Пламя и сталь - Андрей Земляной

Знакомство с обстоятельствами дела следственная группа начала с допроса всех задержанных, содержащихся в камерах местной службы безопасности. Работая словно единый организм, команда успела за несколько часов установить подробности происшедшего и отпустить всех без исключения по домам, оставив под стражей только Кима Глана — дежурного оператора вентиляционных систем.

Узнавший об этом отец Равак взвился со своего места, словно ракета, и, подхватив лист полномочий от Ревнителей Веры, понесся, распугивая встречных диким взглядом, к кабинету, выделенному начальнику группы.

— Ты предатель! — Равак ворвался в помещение и, наставив наманикюренный пальчик на подполковника, уже собирался продолжить обличающую речь, как епископ, заполнявший какой-то документ, отложил в сторону планшет и спокойным холодным тоном бросил:

— Сядь!

— У меня есть полномочия! — Старший дьякон потряс листком с вензелем Ревнителей. — Ты за все ответишь!

— Не припомню нашего близкого знакомства, отец Равак, кажется? Я не перепутал ваше имя? И вы, насколько я помню, старший дьякон. Напоминаю вам мое звание — епископ. А теперь — сесть!

Несмотря на внешнее спокойствие, было что-то в голосе Венора такое, от чего служитель плюхнулся на стул без звука.

— Встать!

Словно загипнотизированный, старший дьякон поднялся на ватных ногах.

— Сесть! Встать! Сесть! Теперь успокоились? — Подполковник стал складывать свои вещи и документы в старый потертый портфель. — Если вы недовольны проведенным следствием, можете подать жалобу. Хоть в Высший Совет. Но если я узнаю, что вы снова принялись арестовывать невиновных граждан империи, вернусь лично и переломаю вам ноги и руки. Даже если это будет стоить мне карьеры. Понятно?

Отец Равак мелко затряс головой, что, видимо, означало согласие.

— Теперь о том, что касается вас лично в ближайшей перспективе. Мною составлен рапорт, который будет в течение недели рассмотрен дисциплинарной комиссией. К рапорту приложены документы о вашем недостойном поведении, порочащем честь и нарушающем долг служителя Веры. До официального ответа по рапорту вы и ваши сотрудники будете оставаться под домашним арестом. Скорее всего, отделаетесь записью в досье, хотя я рекомендовал понижение и перевод в более спокойное место. Оружие сдадите начальнику городской службы безопасности. — Венор поднял холодный, словно лед, взгляд на старшего дьякона. — Можете идти.

Может, все и закончилось бы вполне благополучно, как и планировал командир группы, но на орбите уже крутился небольшой скоростной корабль решительно настроенных Ревнителей Веры из центрального аппарата. Не вступая в переговоры с диспетчерами, а пользуясь ответчиком, дававшим «зеленый коридор» во всех обитаемых мирах империи Сарган, они направили корабль по предоставленным отцом Раваком координатам.

Заняв позицию возле корабля инквизиторов, офицеры блокировали все входы и выходы, намереваясь арестовать следственную группу и допросить ее уже на территории Министерства Веры и Благочестия.

Первой возле корабля появилась хрупкая девушка с довольно безвкусной имитацией диадемы «Черных стражей» на голове. Она положила свою сумку на пол и, задумчиво оглянувшись, стала ковыряться в ее содержимом.

— Берем? — Сержант, жадно пожиравший глазами девичью фигурку, от напряжения сжал рукоять автомата так, что побелели суставы.

— Ждать! — Командовавший операцией капитан наблюдал, как остальные члены группы выходят из коридора и подходят ближе.

— У нас гости. — Венор, мгновенно срисовавший сигнал тревоги от Лиссы, переложил сумку из левой руки в правую и потер шею двумя пальцами, давая команду на отражение атаки.

— Я тех, что слева, — бросила эксперт-криминалист и, чуть задержавшись, достала из кармана зеркальце в толстой оправе, начала спокойно поправлять макияж.

— Тогда я тех, что справа. — Прокурор, словно запнувшись о невидимое препятствие, шагнул в сторону и стал с удивленным лицом хлопать по карманам.

— Вас прикрыть, шеф? — Безопасник, прижав бесформенную сумку к груди, уже давно просунул руку вовнутрь и, положив палец на курок тяжелого плазмомета, готовился открыть огонь.

— Спасибо, Сантрон. Лучше присмотри за девочками. Что-то мне их кураж не нравится.

— Ясно!

Венор как раз подходил к своему кораблю, как командир Ревнителей Веры — иерей Хара — дал команду на захват.

Лисса, увидев спешащих к ней солдат в тяжелой броне, насмешливо улыбнулась и ментальным импульсом активировала диадему как раз в тот момент, когда складное зеркальце эксперта взорвалось среди группы готовящихся к атаке солдат.

Броня, похожая на черное стекло, мгновенно покрыла все тело, не оставив ни малейшей щели. Сержант, вскидывающий автомат, еще успел открыть рот, чтобы выразить какую-то не очень длинную мысль, как фигура девушки размазалась в пространстве, не давая ни малейшего шанса стрелкам. Короткие мощные удары, усиленные диадемой, пробивали доспехи, словно яичную скорлупу. Заслонившись от выстрела уже потерявшим сознание бойцом, Лисса выбила ударом ноги автомат и, перехватив его в воздухе за ствол, обрушила приклад на голову нападавшего.

Контролировавший все пространство Сантрон, уловив движение, вскинул плазмомет, и с легким шорохом шар огня улетел куда-то наверх. Через секунду неудачливый снайпер рухнул вниз, продолжая сжимать в руках оплавленную винтовку.

В это время прокурор уже заканчивал обрабатывать троицу атаковавших его солдат и, добив последнего ударом кулака в тонкой пластиковой перчатке, обернулся посмотреть, как идут дела у остальных. Мелькнувшего за мощной опорой корабля стрелка он увидел первым и, выхватив левой рукой тонкий узкий клинок, метнул его в показавшуюся краешком фигуру. К сожалению, именно в этот момент стрелок наконец решил, что настало его время, и поменял положение так, что нож, который должен был попасть в плечевую пластину, пробил воротник и перерезал шейную артерию.

Не услышав, а просто почувствовав движение, Венор сказал куда-то в пустоту:

— Медиков вызвали?

— Да, обещали скоро быть, — ответила Лисса.

— Хорошо. — Епископ кивнул. — Сантрон, срочно найди транспорт, мне нужно переговорить с мальчишкой и его отцом.

В кабинет магистра Савра кардинал Коггар давно входил без трепета и страха. Он свое уже отбоялся довольно давно и в других местах. В обширном зале, служившем магистру рабочим помещением, уже находился глава Комитета Ревнителей Веры — кардинал Ларен и что-то торопливо рассказывал, темпераментно размахивая рукавами широкой сутаны, отчего казалось, что он вот-вот взлетит прямо под украшенный изысканной лепниной потолок.

Увидев идущего по гигантскому ковру Коггара, Савр замолчал и только недобро посмотрел в глаза главе инквизиции.

— Ну, расскажите нам, как следственная группа священного трибунала ухитрилась положить взвод спецназовцев? — Магистр насмешливо посмотрел на Коггара и чуть прищурился, отчего на его широком лице образовались глубокие морщинки возле глаз.