Чародей: Досье Петербурга. Досье 1–3 - Николай Владимирович Волков (Волтор)

– Да. Во Франции он был более известен как Жозеф Бальзамо. В Италии – как граф Алессандро Калиостро.

– Эликсир бессмертия.

– И «философский камень». Но ключевым было то, что этот проходимец все-таки был неплохим магом и алхимиком, пока не скатился в чернокнижие. Видимо, на приеме он каким-то образом подмешал эликсир, разделивший нас.

Я потер виски.

– Если весь вопрос в алхимии, то и решение надо искать в алхимии… Почему вы не создали что-то с обратным эффектом?

– А как вы думаете?

Он ехидно смотрел на меня.

– Ну, ингредиенты вы могли бы найти за все эти годы… Место – тоже… Нет, это должно быть что-то нематериальное…

– Да. Вроде того, что пять человек, которым очень охота пожить своей жизнью, чьи воспоминания только что были едины, и вдруг они могут стать в дальнейшем разными, не могут между собой договориться.

Я кивнул.

– Логично. Я со своей родной сестрой договориться не всегда могу, а тут целых пятеро… Но не думаю, что это все.

– Конечно, не все. Талант, знания, сила – все поделилось. Вместе мы могли бы быстро все исправить, но по отдельности – то одного не хватало, то другого… Кроме того, нам, впоследствии, для того, чтобы все решить – было бы необходимо собраться в одном месте, а каждый из нас считал остальных конкурентами, и ждал как минимум – каверзы, если не убийства… То, что сейчас один из нас готов к диалогу – это уже хорошо. Даже двое, поскольку я тоже готов.

Я вздохнул.

– Хорошо. Встречу я вам устрою. Но, может, все-таки, вы объясните мне, что в этом проклятом журнале, зачем вы так гоняетесь? Ответ – «то, что нельзя выпускать в мир» – меня уже не устраивает. Это слишком расплывчато.

Он пожал плечами.

– Мы не знаем.

Мои брови резко поползли вверх.

– То есть как?

– А вот так. Записи делал один из нас, тот что погиб, и воспоминания о содержании не вернулись с его смертью. Только сам факт того, что записи были сделаны и зашифрованы. Возможно, весь объем знаний и вернется при полном объединении, но пока…

Воцарилось долгое молчание, в процессе которого я потягивал кофе.

– Изменим договоренность? Вам же нужны всем именно эти страницы, а не сам журнал. Мне не хотелось бы красть его из архива. Там работает довольно милая девушка, которая не заслуживает того, чтобы быть уволенной, если вскроется факт кражи.

– Хорошо.

– И, кстати, извините, конечно, обычно это моя роль, но вы – идиот. Вы могли бы рассказать мне всю эту историю и сэкономить кучу времени, как мне, так и себе. А еще – вы могли бы хоть немного поинтересоваться жизнью вашего конкурента, который устроил вам такую пакость.

– Что вы имеете в виду?

– Только то, что мой учитель алхимии – Шакши, очень интересовался им, в свое время, и, как результат, уж о «графе Фениксе» – я кое-что знаю… Что и смогу предложить вам всем, на встрече. Мне, конечно, еще придется покопаться, но…

В этот момент я услышал поворот ключа в замке, и мы оба поднялись с кресел.

– Я дома.

– Слышу. Господин Диппель уже уходит. Я вам позвоню, когда решу насчет места. Ну, точнее, позвоню Виктору. Кстати, это его настоящее имя?

Он рассмеялся.

– Нет. Он…

– Игорь. – кивнул я – Тяжело не заметить, что вы – «Игорь», а он «Виктор», хотя должно быть наоборот. Долго думали над новой личностью?

– Не очень. Мэри Шелли была столь любезна, написав книгу, что грех было не воспользоваться аналогиями.

Пожав мне руку, и подтвердив мои подозрения в том, что он маг, Диппель кивнул моей сестре, и спокойно удалился.

– Что это было? – поинтересовалась она.

– Это, сестренка, наш заработок… Который, похоже, теперь увеличится, благодаря прощальной шутке Калиостро.

Глава 14

Встречу решено было назначить на Елагином острове после полуночи, когда там гарантированно не будет никого из посторонних. И это хорошо еще, что мне решили позвонить все сами, потому как мне вовсе не улыбалось мотаться по городу подобно курьеру только для того, чтобы сказать время и место.

Хозяину лаборатории в Башне Грифонов пришлось, разумеется, объяснить, что я уже в курсе всей их истории, и только после этого он, заинтересовавшись тем, что я могу предложить нечто, что устроит всех, согласился на гарантии безопасности и на «посиделки».

К вечеру начал накрапывать дождь, что было даже хорошо, ведь для «зеленого» ученика чародея, который планирует «встречу в верхах» с тремя весьма превосходящими его в ремесле людьми, каждый из которых потенциально мог бы убить остальных – льющаяся с неба вода, да еще и на острове окруженном водой – гарант безопасности.

Не мудрствуя особо, я решил, что место перед дворцом – именно то, что нужно. Пустое, хорошо просматриваемое во все стороны, да и, в конце концов, от ближайшего моста совсем недалеко. К тому же, я сам вызвался встретить всех именно на мосту, и взять с каждого клятву, гарантирующую безопасность присутствующих.

К тому моменту как они приехали – дождь лил как из ведра, и я уже порядком закоченел.

– Так, господа, давайте, чтобы никто не обижался, и я мог обращаться к каждому из вас персонально, я сам определю, как мне вас именовать. Вас, – указал я на «Игоря» – я буду называть Иоганн. Вас – указал я на хозяина Башни – Конрад…

– А мне что остается? – с весельем в голосе поинтересовался обитатель номера в гостинице.

– Диппель, – серьезно ответил я – я понимаю, что любой из вас может откликаться на все имена сразу, но раз уж у вас два имени и фамилия, а вас трое – давайте использовать то, что имеем.

Четыре зонта приблизились друг к другу.

– Я не против, – произнес Иоганн, кивнув Диппелю – тем более, что, в общем-то, я первый и согласился на предложенную встречу. Предлагаю, пока, передать листы Витторио, до исхода нашей встречи.

– Можно – кивнул он в ответ и протянул мне небольшой тубус.

Я посмотрел на его содержимое, и подтвердил, что все в порядке.

– Еще не расшифровал? – спросил Конрад.

– Нет. Там не просто шифр, там еще и алхимические чернила, которые проявляются только в какое-то определенное время, так что, пока, даже не увидел что написано. Так что – мы все в равных позициях. Но мне бы хотелось послушать, что на уме у господина Скамми. В конце концов, он утверждал, что у него есть решение, которое оставит довольными всех.

Взгляды всех троих обратились ко мне, и я откашлялся. Терпеть не могу перед кем-то выступать.

– Ладно, господа… Господин… Да ну вас к… Короче, если без предисловий. Вы сказали, что в вашем нынешнем положении был виновен Бальзамо, он же Калиостро, так?

Три кивка были мне ответом.

– А что вы знаете о нем?

– В основном – общие факты, – задумчиво ответил Конрад – он был неплохим целителем в магическом сообществе того времени.

– Весьма достойным алхимиком. В конце концов, к нему прислушивался даже Сен-Жермен – подал голос Иоганн.

– Прохиндеем он был первостатейным – весело сказал Диппель.

– И я со всеми вами соглашусь. Но я спросил вас не об этом, а о его жизни. Видимо, тут ваши знания оставляют желать лучшего… Что же, в таком случае, давайте я расскажу вам о том, что для начала, он бывал в России, а точнее – прямо в Санкт-Петербурге, как минимум дважды, и даже останавливался в гостях у человека, фамилией которого назван и этот остров, и стоящий на нем дворец. Да, он был гостем в этом дворце, но в этом городе – это не единственное место, которое с ним связано.

Три пары глаз внимательно смотрели на меня.

– А еще, господа, когда его, наконец, попросили покинуть Россию, он выкинул одну прелюбопытнейшую шутку, которую сочли ловким фокусом. Видите ли, в ту пору, все выезды и въезды в город фиксировались на заставах. Застав было всего четыре, и в день его выезда – запись об этом появилась на каждой из них. Вам