Щит Королевы - Наталия Подлесная

3 адлари

Первого вечером я немного удивилась, когда Вьорк снова позвал меня к себе. Знахари еще строго запрещали королю вставать, и весь Брайген толпился у него в спальне. Труба быстренько от всех избавился, но тут уперлись Щиты: как же так, а вдруг самочувствие короля внезапно ухудшится. Особенно сомневался в моих способностях дойти до дверей или просто громко крикнуть Цорр. Но Вьорк гневно сверкнул глазами, Щиты отступились, и мы наконец остались наедине.

Я села в удобное кресло, вплотную придвинутое к огромной кровати. Король по-прежнему полулежал на подушках, из-под легкого одеяла виднелись рукава мягкой серой туники.

– Тебе получше? А к отвару из шиповника так и не притронулся!

– Так-то ты развлекаешь больного-несчастного короля! – притворно нахмурился он. – Может, давай…

Он помедлил и добавил куда более серьезно:

– Давай поговорим прямо. Без обиняков.

Я удивилась. Мне казалось, мы и так честны друг с другом.

Вьорк вздохнул, будто действительно хранил какую-то тайну, а теперь решил, что пора мне обо всем узнать.

– Девочка моя! Вижу же, что дуешься, – ну и зачем? Я же тебе не этот, как его, не государь. – Последнее слово он с уморительным старанием по складам выговорил на ольтанском. – И не нянюшка – для этого у тебя Щиты есть. Так и говори мне правду – все, что думаешь.

Как же, скажешь ему правду. Уж я-то знаю, какие гномы ранимые! Обидеть их – проще простого. А потом придется как с Втайлой…

– И думаешь ты сейчас, – Вьорк внимательно следил за моим лицом, – что я старый несправедливый гриб, спасать которого – дело нудное и неблагодарное.

Я потупилась. Ну, не совсем так, конечно…

– А я, моя прекрасная и невероятно юная королева, думаю, признаться, совсем о другом. Не поверишь – все время боюсь, что ты ляпнешь что-нибудь не то… – в мгновение ока раскипятился Вьорк, напрочь позабыв о столь не свойственном ему высоком стиле. – Вот Хийнму, к примеру, а? Взяла ведь – и брякнула!

Я поморщилась. «Человечьи» короли даже слов таких не знают: ляпать, брякать. Но и мне хотелось поговорить начистоту, тем более после истории с гвизармой.

– «Брякнула», значит? – не смолчала я. – Хочешь без обиняков – давай без обиняков. Почему ты никому не рассказал о Сориделе? Он тебя спасал, спасал… Коне-ечно, – протянула я, – гномы, видите ли, не доверяют магии! Но хоть упомянуть его можно было?! А Крадир! Без него… все было бы плохо. А ты о нем – ни слова, а я, оказывается, великий посланец Крондорна.

– Не богохульствуй! – одернул меня Вьорк.

Похоже, Крадир перенял кое-какие интонации у отца.

– Нет, это не я богохульствую, это ты богохульствуешь! – Поймав усталый взгляд Вьорка, я осеклась. – Прости. Я что-то глупости говорю… Мне хочется, чтобы гномы знали: Крадиру – во многом – мы обязаны тем, что ты… вернулся к нам. В конце концов, когда он решился позвать к тебе мага, его наверняка направлял сам Крондорн. Разве не так?

– Воистину неисповедимы пути творца. – Король благочестиво закатил глаза к потолку, но я так и не разгадала: взаправду или чтобы меня позлить. – А твоего Сориделя мы уже отблагодарили.

Интересно, кто это «мы»: гномы или Вьорк Труба, их король собственной персоной?

– Что касается Крадира, то… ну, не пристало ему быть заметнее брата. И так он этим божеским Оком всем глаза намозолил. – Я тихо хмыкнула, но муж и бровью не повел. – Все равно не ему быть королем. А что Терлест тебе кажется скучным… Хорверком править – не саркат[4]танцевать!

Вьорк задумался. Поднес руку к густой бороде, зажал прядь в кулаке.

– По крайней мере, с традициями он уж точно станет обходиться куда бережнее меня! – Король усмехнулся. – Да у него и выхода другого не будет. Ты знаешь, что мы с Ведающим – друзья детства? Так вот, после нашей свадьбы Дамерт сказал мне: «Труба, а ведь тебе все наши обычаи – как бервару вши. Что есть, что нету…» И добавил – вот тут даже я задумался: «На сей раз ты опять все по-своему переломал. А следующего раза может и не быть».

– И ты догадался, что он имел в виду?

– Кто ж его разберет… Любит он, знаешь, иногда напустить на себя такой вид – умный и таинственный… Хотя шесть-семь сотен лет назад – что я, не помню, что ли! – вовсе не был таким занудой.

– Вьорк! Это же несправедливо!

– Что? Что мы вместе росли?

– Да нет же! – Я рассердилась.

– Ты все про Крадира… – расстроился король. – Эх, не понимаешь…

Но я правда старалась его понять. Честно-честно!

– Традиции – это же не Дамерт. Не наше гномье упрямство. Это…

Вьорк замолчал. Молчала и я.

– Ты вот по отцу скучаешь? – неожиданно спросил он.

Скучаю ли?.. А что такое – скучать? Вспоминать, хотеть видеть? Вспоминаю. Хочу увидеть. Но возвращаться к нему не желаю. Может, я плохая дочь…

Вьорк так и не дождался моего ответа.

– Знаешь, мне в детстве его так не хватало, – снова заговорил он, обращаясь к потолку. – Он вечно был занят. Ты, наверно, и представить себе не можешь, что когда-то и мне было всего шестьдесят… всего девяносто… А потом – потом и у меня начались другие заботы. Я привык. Клан, Хорверк. Я ведь мальчишек своих маленькими почти и не помню, – а они уже вон какие вымахали!