Загадка Багрового источника - Шерит Болдри

— Значит, мастер де Бир и её шантажировал, — размышляла Гвинет. Они с Гервардом торопились в аббатство, так что говорить приходилось на бегу. — Николас ведь писал про женщину из Уэллса, а леди Изабелла как раз из Уэллса и есть! Отец Герберт отдал письмо про Святой Грааль, чтобы купить молчание Натаниэля. Интересно, чем хотела откупиться леди Изабелла?

— Не знаю, — пропыхтел Гервард. — Её повар работал у декана Александера. Сказал, что ушёл пару месяцев назад — как раз после Михайлова дня. Наверное, он и положил яд в оленину.

Гервард вдруг нахмурился:

— Нет, не может быть. Слишком большой риск. Его могли повесить.

— Спорим, он собирался бежать? — возразила Гвинет. — И леди Изабелла наверняка хорошо ему заплатила!

— Давай по порядку, — решил Гервард. — Брат мастера Натаниэля умер. Натаниэль прочёл его письма, выяснил, кто такая «женщина из Уэллса» и стал её шантажировать. Леди Изабелла назначила ему встречу у нас в «Короне». Но у неё охромела лошадь, и она опоздала на встречу. А когда она всё-таки приехала, мастер де Бир был уже мёртв. Встреча не состоялась.

— Да, теперь понятно, почему леди Изабелла спрашивала про письма, — кивнула Гвинет. — Она собиралась встретиться с Натаниэлем де Биром и ждала от него записки. Помнишь, как она перепугалась, когда отец Годфри сказал, что мастера де Бира убили?

— А должна была бы обрадоваться, — нахмурился Гервард. — Чего пугаться, если шантажист умер?

— Она и раньше пугалась, — вспомнила Гвинет. — Когда в первый раз вошла в спальню Марион.

— Вот это как раз понятно, — заявил Гервард. — Отец бросил на столе счета, помнишь? Наверное, на каком-то из них стояла подпись мастера де Бира. И леди Изабелле стало страшно, что он так близко. Человек, который знает о её участии в заговоре.

Гвинет остановилась как вкопанная под аркой ворот и обернулась, чтобы заглянуть брату в лицо:

— Ты понимаешь, что это значит?

Она помахала письмом перед носом брата.

— Она написала отцу Годфри, потому что он и есть М ! Они оба были заговорщиками!

— Пока не вижу, с чего ты это взяла, — задумался Гервард.

— Леди Изабелла знает, что все пожитки мастера де Бира попали к отцу Годфри, — объяснила Гвинет. — Вот она и хочет убедиться, что он уничтожил все улики, подтверждающие её вину. Им с отцом Годфри вовсе не надо, чтобы кто-нибудь нашёл отравителей!

— Да, — кивнул Гервард. — Правдоподобно. Но не слишком ли рискованно писать М , после того, что случилось с Николасом и Натаниэлем? Ведь несчастный Николас больше всего боялся именно М .

— Ты прав, — поёжилась Гвинет. — Не хотела бы я иметь дело с кем-нибудь вроде М !

Сообразив, что давно уже стоит на месте, она потянула брата за рукав и вошла в ворота аббатства.

Занесённый снегом двор был пуст. Служба шестого часа закончилась, и монахи разошлись по кельям предаваться благочестивым размышлениям. Со стороны нового храма не доносилось ни единого звука — холод заставил каменотёсов прекратить работу.

— Ну и где нам искать отца Годфри? — спросила Гвинет.

В этот момент из поварни вынырнул монах в чёрной рясе и двинулся через глубокий снег к лечебнице. Гервард бросился ему наперерез. Гвинет, движениям которой мешала длинная юбка, намного отстала. Подойдя поближе, она узнала брата Тимоти и услышала конец фразы:

— Нет, Гервард, я не видел отца Годфри после службы. Попробуй поискать в гостевых палатах.

— Спасибо, — поблагодарил Гервард.

— Как здоровье брата Питера? — спросила Гвинет. Ей было немного стыдно, что она подозревала брата Тимоти. Но зато как приятно снова доверять старому другу — ведь теперь-то они с Гервардом точно знают, что М — это отец Годфри!

— Брат Питер все ещё очень плох, — вздохнул брат Тимоти, и по лицу его пробежала тень. — Тяжкий недуг терзает его тело и душу. Все мы глубоко опечалены.

Он поднял руки и показал закрытый крышкой кубок, который сжимал в ладонях.

— Брат Майлз приготовил горячий поссет[11]. Пойду отнесу его брату Питеру, пока не остыл.

— Передай брату Питер, что мы желаем ему побыстрее поправиться, — сказал Гервард вслед брату Тимоти. Тот обернулся через плечо:

— Просто помолитесь за него.

Гвинет и Гервард молча смотрели, как юный монах пересекает заснеженный двор и исчезает в двери лечебницы. Но вот дверь закрылась, и они повернули назад к воротам и гостевым палатам. По дороге внимание Гвинет отвлёк растущий в церковном дворе терновник — его корявые ветви снова были покрыты цветами[12], белыми, как хлопья падающего снега. Гвинет подумала о святом Иосифе Аримафейском, из посоха которого выросло первое Терновое Древо. Легенда говорит, что именно он привёз в Гластонбери Святой Грааль. Быть может, эти цветы — знак свыше, показывающий, что они с братом всё-таки докопаются до истины? Она вздохнула и отвернулась. Не имело никакого смысла рассказывать Герварду о своих «девчоночьих фантазиях».