Демоны космоса - Илья Стальнов

– Что же все-таки это было, содруг капитан?

– И что же это было, содруг лейтенант? – усмехнулась Талана в ответ.

– Не знаю.

– И я не знаю… По-моему, обычный НАЯ.

– Что?

– Не слышал?

– Непериодические аномальные явления. Этой чушью забавляются «плоскостники». Все телесети полны жуткими историями про негуманоидов с НАЯ.

– Ну да. Привидения на заброшенной космической станции. Атака из космоса цивилизации, для которой наши средства обороны – как деревянные щиты против ракетных установок. Сказки-страшилки для скучающего обывателя. Ты это хочешь сказать?

– Так точно.

– Серг, оставь эти штучки: «никак нет», «так точно». Поговорим как люди.

Это было явление похлеще аномального космического объекта.

– Хорошо, – переварив ее слова, кивнул я.

– Для справки: непериодические аномальные явления наблюдаются на всех планетах, – Талана нагнулась, подняла камешек и швырнула его в пруд. По воде пошли круги, которые напомнили мне тот самый голубой водоворот в космосе. – С выходом в космическое пространство НАЯ стали наблюдаться и там. Но никто так официально и не признал, что этот комплекс явлений вообще существует. Потому что они непериодические – то есть чрезвычайно редки и невоспроизводимы в лабораторных условиях, в их появлении невозможно выявить закономерностей. Серьезная наука от них открещивается, в лучшем случае высокие лбы списывают все на проявления известных законов природы, галлюцинации. Вместе с тем военные прекрасно знают, что существует НЕЧТО. Все это не слишком афишируется, но и не слишком скрывается…

– Что это за объекты?

– А ты как думаешь, встретившись с одним из них?

– Там было нечто разумное.

– Цивилизация, обогнавшая нас на тысячи лет?

– Или миллионы.

– Можно сколько угодно забивать себе голову научными теориями. Я же просто выбрала для себя простую позицию.

– В чем она?

– Это просто демоны.

– Что?! – воскликнул я. Она продолжала удивлять меня.

– Оставим религию – это не нашего ума дело. Под словом демоны понимаю некую могущественную разумную силу, сопровождающую человечество всю историю.

– И что этой могущественной силе понадобилось от нашего «Альбатроса»?

– У нее спроси.

Тут на моем контактном браслете зазвенел зуммер

– Лейтенант Серг Кронбергшен, – забубнил монотонный голос компа. – Вы вызываетесь на четырнадцать-ноль-пять к полковнику Торрелу.

Я поморщился. Главного эскадренного контрразведчика мне хотелось видеть еще меньше, чем психиатра

– Шарх возьми! – выругалась Талана. – Стервятнику захотелось пообедать.

Так, она уже начинает при мне ругать старших по званию. М-да, наши отношения прогрессируют с пугающей скоростью.

– Давай, двигай к полковнику, – скривилась она – Главное спокойнее. Он постарается вывести тебя из равновесия. Не поддавайся.

– Что ему от меня нужно?

– Относись ко всему с пониманием, лейтенант. У каждого свое дело. Кто-то проливает свою кровь. А кто-то играет в игры. И эти игры тоже кончаются кровью. Так что осторожнее.

В назначенное время я переступил порог «каморки» Торрела.

Он повернулся вместе с широким креслом, сорвал контакт-обруч и бросил на пол, сфера его локального компьютера из золотистой стала бледно-розовой, перейдя в нейтральный режим. Посмотрев на меня, полковник даже не пытался скрыть свою неприязнь.

– Прибыл, – доложил я.

– Я прочитал ваш рассказ. Жанр – нечто среднее между мистикой и приключениями в стиле сериалов стереовидения. Его почему-то назвали отчетом, – он ударил по клавише висящей перед креслом контактной панели, и в воздухе зависла голограмма с текстом моего объяснения. – Интригующее чтиво. Когда вас вышибут на «грунт», вы без труда сможете зарабатывать на жизнь страшными историями.

– Показания аппаратуры.

– Какая, к шарху, аппаратура?! Память бортового компа вашего истребителя подчищена.

– Все системы корабля отключились

– Отключились, – он поднялся с кресла, пробежался по кабинету. Я видел, что контрразведчик выведен из равновесия.

– И показания капитана Таланы Алыптен.

– Капитан Талана Алынтен десять лет на боевой летной работе. Вполне достаточно для курса глубокой психиатрической реабилитации! Отличный экипаж.

Более странную компанию трудно найти. Притом? Попадающую в странные ситуации.

– Мы не искали встречи с НАЯ.

– Что?! – неожиданно заорал он звонким голосом, выпучив глаза, и я вдруг понял, что именно он настоящий неврастеник и нуждается в курсе глубокой психореабилитации в тихом доме на тихой планете. – НАЯ?! Кто сказал такую глупость?

– Я видел.

– Так вот – забудьте, что вы видели.

– Нас уже предупредили о высоком уровне секретности.

– Я предупреждаю еще раз… Мои ожидания сбываются, лейтенант. От вас одни проблемы… Что вы хотите от равванских десантников? – неожиданно повернул он разговор на сто восемьдесят градусов.

– Я хочу?!

– Вы спровоцировали драку с ними в баре. Допускали шовинистские высказывания.

– Я?! – вздорное обвинение все-таки вывело меня из себя. – Конечно! Я виноват во всем! Что выжил на Галахваре. Что выжил на «фестивале» у Фаланги, сбив истребитель меркан. Я виноват, что встретил аномальный объект.

– Не поленитесь отвечать по уставу, – холодно произнес полковник. – Наряд вне очереди. За дерзость Я сглотнул. Да, контрразведчик был мастером выводить из душевного равновесия. И он ловко поставил меня в положение оправдывающегося.

– В баре капитан Вольген оскорбил меня и лейтенанта Корвена. Потом равване попытались нас избить. Вмешательство капитана Альштена предотвратило это.

– У меня другая информация…

– Насколько я знаю, равванские десантники прославились потасовками, а не боевыми успехами. Еще один прославился снисхождением со стороны военной юстиции, – мне не надо было этого говорить, но меня будто за язык тянули.

– Еще наряд вне очереди.

– За что, содруг полковник?

– Два… Не смотрите на меня так, а то отправитесь на гауптвахту. Понятно?

– Так точно, содруг полковник. Он смотрел на меня взором ящерицы, будто наслаждался моей яростью.

– Равване – наши союзники, – неожиданно примирительным тоном произнес полковник Торрел. – Это люди, которые добровольно согласились принять участие в нашей войне. И могут рассчитывать хотя бы на нормальное отношение к себе.