Империя Тигвердов. Танго в пустоте - Тереза Тур

— А вы…Тоже считаете, что у меня роман с его отцом?

— Я не знаю…Но…Вы не похожи на женщину, у которой роман, — заметил владыка Ир. — Да и император Фредерик не выглядит счастливым.

— Может, вы объясните это Ричарду?

— Зачем? Он должен понять это сам.

Море тихо дышало. Оно было таким же томным спокойным, как его владыка. Интересно…Этот зеленый когда-нибудь выходит из себя? Может, йогой занимается в свободное время? Кстати, надо попробовать…

Этой ночью я сошла с ума. Я даже засыпала с мыслью о том, что хочу увидеть Ричарда. Наверное, виноваты мои путешествия по местам боевой и политической славы, так сказать… А что… Перстень несколько дней таскал меня по нашим спальням, погружая в воспоминания…

Это был лес, в котором мне уже приходилось бывать. Я не столько узнала пейзаж, сколько почувствовала это. Но место было другое. Луна светила настолько ярко, что можно было, наконец, разглядеть окружающие деревья. Огромные исполины с листьями, по форме напоминающими лопухи. Весь лист устлан ковриком иголок, — как у нашей елочки, только зелень ярче и мягче на ощупь. Мох под ногами был сухим. Меж голубоватых стволов, на полянке стоял домик, — эдакий приют охотника на привале. Дверь избушки даже не скрипнула, когда я тихо проскользнула внутрь. Пахло деревом, травами, и еще чем-то очень знакомым, причиняющим боль…

Почему-то я была одета в то самое платье, которое сшили для свадьбы. Золотистый атлас шептался с лунным светом, подсматривающим сквозь зашторенное окошко в темноту комнаты. Кожей чувствовала, что платье надето на голое тело.

Перед очагом была расстелена огромная мохнатая шкура, на которой спал Ричард.

Я была настолько взбудоражена воспоминаниями… к тому же — это же сон. Мой сон. Так что смущаться? Прежде чем сообразила, что творю, я скользнула к нему.

— Ника, — прошептал он, не открывая глаз. — Это снова ты…

— Я, — потерлась щекой о его грудь.

— Счастье мое, — потянулся он ко мне. — А мне столько времени одни кошмары снятся…

— Это только кошмары, — почему-то ответила я, тая под его поцелуями. — Не верь им.

— Ника, — простонал он. — Радость моя. Любовь моя…

— Я ведь без тебя не живу, — шептала я ему в ответ. — Я ведь твоя. Только твоя…

Все было по-прежнему. Все наконец-то было правильно. Только мы. и наша тихая, бесконечная, трепетная нежность.

Сливались стоны и дыхание, сплетались тела, словно боялись друг друга потерять. Мы опять совпали — как волны прибоя и долгожданный берег. Каждым прикосновением мы жаждали объяснить друг другу как плохо нам, когда мы не вместе. Мы сожгли себя в пепел, расставшись, корчились от боли, а теперь возрождались в объятиях…

Я распахнула глаза, и поняла, что где-то ярко светит солнце. Ричард дремал, крепко прижимая меня к себе. Склонилась над ним, нежно коснулась губами шершавой щеки.

— Моя, — прижал он меня к себе еще сильнее. Мгновение — и он оказался во мне. Мы с ним одновременно застонали — он хрипло, я как-то жалобно. А потом я кричала от ликования, потому что была счастлива. Потому что так и надо засыпать и просыпаться. В объятиях друг друга, сгорев дотла от страсти.

— Никогда не думала, что во сне можно заснуть и проснуться, — чуть укусила я его за ухо. — Так хорошо… Жаль только, что не в реальности…

— Ника, — как-то напрягся Ричард. — Ты что, действительно считаешь, что тебе все это… приснилось?

— А разве нет?

— Нет. Ты приходила ко мне три раза. Этот был третий. И — лучший.

Я вспомнила, что пришла к нему сама. Что творила ночью. Что он творил со мной. Что шептала ему — человеку, который выгнал меня из своего дома и из своей жизни…

Вспомнила — и застонала. Почувствовала, как он навалился на меня всем телом. Услышала, как он злобно заскрежетал мне на ухо:

— Теперь переживаешь, что изменила не только мне с императором, но и императору со мной? Думаешь, он будет настолько же добр, как и я?

Я даже спорить не стала с этим непробиваемым созданием. Только спросила:

— Как я здесь оказалась?

— Видимо, перстень после помолвки настроен на меня…

Я вспомнила, как этот чертов артефакт раз за разом таскал меня по всем спальням, где мы побывали с Ричардом, доводя меня до слез… А потом перенес и сюда. К нему под бок. Меня даже замутило от ненависти:

— Что? — закричала я. — Все это время ты манипулировал мной?

— По-моему, в искусстве манипуляции нет равных как раз тебе, — презрительно протянул Ричард.

— Отпусти меня, немедленно.

— А то что? — в его глазах снова билось алое пламя гнева.

Я закрыла глаза, чтобы этого не видеть.

— Ты же пришла сама, — прошептал он мне на ухо. — Скажи еще, что я тебя принудил. Или что тебе было плохо.

— Пожалуйста, — меня уже трясло. — Отпусти.

— Не понимаю тебя, — он погладил меня по щеке. — Не могу простить измены, но не живу без тебя…

— Отпусти, — закричала я — и рванулась.

— Ника, прекрати! — зарычал он, но откатился.

Я вскочила, схватила платье. Оно было разорвано. Я растерянно обвела взглядом домик, не понимая, что мне делать.

— Погоди, я дам тебе рубашку.

Ричард поднялся. Ничуть не стесняясь своей наготы, он пересек комнату, склонился над саквояжем, протянул мне белоснежную рубашку.

— Ника, ты же понимаешь, что так нельзя. Ты просто стравливаешь нас с отцом.

Я закрыла глаза. Лучше бы, это и правда был кошмар.

— Повторяю — я не любовница твоего отца, — выговорила я наконец — и поздравила себя с тем, что голос не дрожал — хоть маленькая, но победа. — Я никогда ей не была. Вас действительно пытаются стравить, но это делаю не я. А теперь, немедленно сними с меня свой перстень… Я скорее отрублю себе палец, но на мне его больше не будет!

— Даже так… — насмешливо протянул Ричард. — Какое серьезное заявление.

Я посмотрела ему в глаза. В них была пустота, от которой захватывало дух. Не знаю, что он увидел в моих, но через мгновение он сказал:

— Не надо истерики. Давай руку.

Перстень с пальца сниматься не хотел.

— Ника, это действительно не я.

— Мне уже все равно, кто это. Просто сними, — закричала я.

— Тебе так ненавистна мысль о том, что ты — моя невеста?

— Мне ненавистна мысль о том, чем это все закончилось. Мне ненавистна мысль о том, что ты мне не веришь. Я не желаю таких отношений. — Я рванула перстень — и он вдруг соскочил с пальца. — Забирай.

— Тебе открыть портал? — любезно спросил меня Ричард.