Империя Тигвердов. Танго в пустоте - Тереза Тур

— Я поговорю с ним.

— Не надо. Он — будущий повелитель своей земли. И уметь действовать сообразно здравому смыслу — его долг.

— Он четырнадцатилетний мальчик, которому сильно досталось в последнее время, — осторожно возразила я.

— Спасибо вам… — У меня никогда не получится стать ему просто матерью. Я рада, что вы смогли это сделать. И знайте…У вашего сына тоже есть вторая мать… — женщина встала, подошла к маленькому столику, на котором кроме свечей стояли шкатулки и сундучки разных размеров и форм. Она быстро стала открывать один за другим — травы, земля, какие-то порошки, камушки, — все это мелькало меж быстрых, легких пальцев и наконец, превратилось в… веревочку.

Ловко разорвав нить на две равные половинки пламенем свечи, что-то напевая про себя, Дарина вытянула левую руку перед собой. На среднем пальце сверкнул перстень. Я присмотрелась. Отполированный прямоугольник темно-коричневого камня в простой оправе. Мой помолвочный перстень выглядел богаче и изящнее, но камень имел ту же прямоугольную форму…

— Возьми — нараспев произнесла герцогиня, и ниточка исчезла. Будто змейка юркнула в кольцо, сверкнув на прощание янтарным облачком.

— Теперь вы — герцогиня потянулась к моему запястью.

Браслет на мгновение сверкнул. Дарина замерла, потом посмотрела на меня долгим, красноречивым взглядом, но не проронила ни слова. Занеся над жемчужиной вторую часть веревочки, маг долго тихо шепталась с браслетом. По руке разливалось приятное тепло, жемчуг на мгновение стал золотым, и в конце концов произошло то же самое — артефакт принял просьбу. Дарина взяла меня за руки и улыбнулась.

— Теперь мне будет проще защищать вас. Вероника, — герцогиня все еще сжимала мои ладони. Ее пальцы нащупали перстень, она подняла мою руку и внимательно уставилась на кольцо, которое последнее время меня совершенно не слушалось. Я поняла, о чем она думает. Перстни были похожи.

— Откуда он у вас? — карие глаза гипнотизировали…

— Это перстень Ричарда Тигверда. И пожалуйста, не мучайте меня расспросами. Я очень устала и хочу спать.

— Чкори…Занятно… будто про себя прошептала Дарина. Я оживилась. Спать расхотелось, усталость как рукой сняло. Чкори, чкори… Где же я это уже слышала…Я подняла на герцогиню жадный любопытный взгляд.

— Чкори? Кто это? Однажды император Тигверд, когда…

— Вероника, вы устали…Вам нужно поспать. Возвращайтесь — герцогиня говорила тихим, мягким голосом, — но противоречить ей было невозможно. Она читала меня, как открытую книгу. Я вспомнила Рэма. Как же ему было, наверное, тяжело…

— Рэм скучает, — сказала я. — И очень волнуется.

— Вы очень удачно укрылись. Даже я долго не могла поверить, что вы смогли попасть в дом имперского палача — и найти там укрытие, — холодно сменила тему герцогиня.

— Дарина! — тут уже возмутилась я. — Будьте любезны, не оскорбляйте при мне милорда Верда. В конце концов, мы ему обязаны. Он спас нас и принял мальчиков как родных.

— Простите. Но мне тяжело быть обязанной этому человеку. Быть обязанной империи…Тигвердов!

— Главное — все живы. А — как Ричард говорил Рэму — все остальное — это только гордыня.

— Возможно, — прошептала герцогиня, — и мне придется заплатить за свою гордыню. Но, с другой стороны, Рэм в безопасности — это главное.

— Может, вам стоит принять помощь Империи? Ричард говорил, что они не будут вводить войска на территорию герцогства. Думаю, император в силах устроить все таким образом, чтобы выглядело так, будто они и не вмешивались.

— Но я буду знать! — женщина зло сверкнула карими глазами, и янтарные искорки заплясали в глубине… К тому же — Фредерик Тигверд наверняка потребует платы за свою помощь.

— Думаю, с ним можно будет договориться — например, вы возьметесь обеспечить его гномьим самогоном. Пожизненно.

— Вы верите Тигвердам? — изумилась герцогиня.

— Да, — просто ответила я.

— Я вам завидую, — опустила глаза правительница.

— Слушайте, но ведь вы тоже различаете правду и ложь. Значит, можете…

— Я способна различать правду и ложь в том случае, — мягко прервала меня герцогиня, — если собеседник по магической силе слабее меня. Это не относится ни к Ричарду, ни к Фредерику Тигвердам. И дело…не только в этом.

— А если они предоставят вам доказательства?

— Вероника… Сильный маг верит лишь себе и своим ощущениям.

— Дарина… — быстро спросила я. — А если такого мага…заколдовали?

— Он не будет верить никому, пока не вернет свои способности.

И я проснулась. С чувством полной безысходности. Ричард никогда никому не поверит — никому, кроме себя…