Иллюзия отбора - Екатерина Верхова

— И что ты предлагаешь? — мне стоит многих усилий, чтобы не выдать эмоций, не осыпать его глупыми вопросами вроде “Это все из-за меня?”. Я говорю размеренно и спокойно, хотя сердце бьются где-то в районе горла. Меня начинает душить волной ужаса.

— Тебе я предлагаю сейчас лечь спать, — Гильям встает и направляется к выходу. — Завтра пропустить физическую подготовку и отсидеть на других парах. Может, наберешься новых знаний и умений в Академии Лойнеха. Пригодится в семейной жизни.

Я не успеваю даже слова в ответ сказать, как Алер покидает мою комнату. Не удержавшись, вскакиваю и начинаю кружить.

Ах, значит, так?! Мне предстоит отсидеться в уголке, пока “женишок” будет усиленно делать вид, что совершает что-то полезное? Ха! Трижды “ха”!

Я почти физически ощущаю, как утекает время. Я не могу бездействовать. Это непозволительная роскошь, способная обернуться трагедией как для меня, так и для брата. Может, все же обо всем рассказать батюшке? Дело завернуло в слишком резкий поворот, тут не до наказаний. Чем, в конце концов, может обернуться его гнев?.. Чем угодно. Увы, за свои восемнадцать лет я так и не смогла выяснить, что стоит ждать от отца.

Меня разрывает от внутреннего конфликта с самой собой. С одной стороны, я чувствую острую необходимость разобраться во всем самостоятельно (пусть, с помощью Гильяма), найти брата, исполнить свои обязательства и слинять, куда подальше. С другой… с другой, я банально не чувствую в себе сил и, что важнее, могущества, чтобы со всем определиться. Вон, Гильям даже к Тайной канцелярии доступ имеет, а я? А я могу документы подделать.

Я падаю на кровать и запускаю пальцы в волосы. Мне хочется выть, банально от того, что я не знаю, что делать.

Так… стоп. А ведь комната Никуласа находится на моем же этаже, только в другом крыле. Если я сейчас выберусь из окна, то вполне могу туда доползти по крыше этажа ниже. Обыщу комнату, может, найду какие-нибудь улики, зацепки. И доберусь быстрее, чем кто-то вообще успеет обнаружить, что Ник пропал.

Постараться не использовать магию — на меня могут выйти по магическому фону, если посчитают, что Ник пропал не просто так — даже чары иллюзии.

Постараться не попасться на глаза другим студентам академии, живущим на этом этаже и, по закону подлости, не спящими в этот час.

Постараться, кхм, не сорваться вниз, не покалечиться или хотя бы остаться в живых.

Если подводить итог, то выходит, что мне придется трижды постараться.

Запасной костюм для физической подготовки отлично подойдет для этой задачи, и я его натягиваю. Запоздало приходит вопрос — как я вообще оказалась одета в хлопковую пижаму. Меня что, Гильям переодевал?! Ладно, потом. Все потом.

Приподнимаю оконную раму и прислушиваюсь. Вдали стрекочут насекомые, поют ночные птицы. Перекидываю ноги через подоконник и осторожно ступаю на черепицу. Она тихо потрескивает от моего веса, но выдерживает, не слетает вниз по покатой крыше. Делаю шаг, прижимаясь к стене, выдыхаю. Да, идти можно. Но очень тихо и осторожно.

Шаг, еще один, и я у окна соседней комнаты. Осторожно выглядываю, шторы закрыты, отлично. Иду дальше, прикидываю через сколько окон будет комната Ника. По моим подсчетам — через шестнадцать — но я сверяю несколько раз.

Проходя через некоторые окна, приходится пригибаться — там горит свет или открыто окно. Сердце, еще недавно бьющееся со скоростью пойманной в клетку дикой птицы, спокойно. Все горячие эмоции выветрились из головы с легким ночным ветром.

Так, еще одно окно, и еще. Вот… Вот то, что мне нужно.

Осторожно вглядываюсь в темноту комнаты. Мне хочется запустить туда чары, но нельзя, слишком опасно. Простояв у стекла еще минут пять, я собираюсь с силами и тяну за оконную раму. Слава Канису, открыто! В кои-то веки бог удачи на моей стороне!

В комнате затхло, воздух спертый и пахнет сыростью. Аккуратно приземлившись на ноги, ступаю внутрь и оглядываюсь. Глаза давно привыкли к темноте, потому я с легкостью различаю очертания письменного стола, шкафа, кровати и тумбы. Эта комната — точная копия моей, и первым делом я подхожу к столу.