Иллюзия отбора - Екатерина Верхова

— Пойдем! Физическая подготовка! — дверь аж содрогнулась от удара.

Ладно, к принцу Мэтту. Долой бег по пересеченной местности, приседания, отжимания и прочие “прелести” утренней жизни обучающихся в академии Лойнех.

31

* * *

— Ландгард Шеклис? — брови принца Мэтта ползут вверх. То ли от удивления, то ли от немого возмущения (как же, ведь я нагло пропускаю ну жутко обязательную физическую подготовку!).

— Здравствуйте, — опускаю взгляд, даже ножкой шаркаю. — Гильям сообщил, что вы хотели меня видеть.

— Вы, Ландард, удивляете меня все сильнее, — Мэтт откидывается на спинку кресла, смотрит насмешливо. А в совокупности с темными, почти черными глазами это смотрится даже как-то брутально. — Вспомним все ваши заслуги? Или просто добавим к имеющимся?

Это он о чем?

— Я только одного не пойму, — продолжает он, не дожидаясь ответа, — как вам удалось одновременно привлечь негативное внимание братьев Баркель, но при этом попасть под протекцию Гильяма Алера?

Пожимаю плечами. Нет, у меня есть пара идей на этот счет, но не буду же я об этом вслух говорить?

— Смотрим дальше, — Мэтт выдвигает первый ящик стола, достает какую-то тонкую папочку. — Вы знали, что на каждого студента академии Лойнех заводится личное дело?

Догадывалась.

— Нет, — делаю вид, что удивлена. Толком не понимаю зачем, но почему бы и не придерживаться роли ничего не понимающего дурачка?

— Физическая подготовка — ноль, — читает второй принц, — история магии — десять, бытовые чары — десять, боевые чары — девять с половиной, дисциплина — три. А вы, Шеклис, имели бы все шансы на то, чтобы отправиться в карнийское поселение, если бы не физическая подготовка и дисциплина. И вам не обидно?

— Обидно, — усиленно киваю. А почему мне должно быть обидно? Если бы я хотела отправиться в карнийское поселение, я бы точно приложила все усилия. Но, опять же, не говорить же Мэтту о том, что я тут совсем для других целей.

Не знаю почему, но во мне просыпается желание доказать Мэтту, что я не идиот. Именно в мужском роде. Может, чисто женское. А может, из-за того, что он один из немногих, кто ко мне хорошо отнесся в этой академии без оглядок на род, статус и прочие прелести.

— В общем, студент Шеклис, — Мэтт театрально вздыхает, захлопывает папочку. — Вам назначается отработка на кухне сегодня вечером. Если за будущую неделю вам удастся снова привлечь мое внимание в негативном контексте, то мне придется написать вашему отцу.

— Спасибо, — тихо говорю я. Впервые по-настоящему чувствуя неловкость. Все, что сделал Мэтт для академии Лойнех, вызывает уважение. Все, что сделала я, приравнивается к вранью. Да, вранью во благо, но все же вранью. Мне бы хотелось учиться в таком месте, как академия Лойнех в своем истинном обличии. Но… но всегда есть “но”. И оно не оставляет никаких вариантов.

— Все в ваших руках, — он кивает, обозначая, что разговор закончен. — И думаю, что у вас все еще есть шанс.

Вновь лепечу слова благодарности, продвигаясь к выходу спиной. Благо, он ничего не сказал про то, что я наглейшим образом пропустила физическую подготовку. Стоит мне выйти из кабинета, перевожу дух.

— И как все прошло? — вопрос заставляет вздрогнуть.

— Твою ж… — от испуга получается только шипеть. Поворачиваюсь. У стены, прислонившись спиной, стоит Гильям Алер собственной персоной. Видимо, после нашего соглашения он не собирается ни на секунду меня выпускать из поля зрения.

— Неужели тебе понравилась аудиенция у принца Мэтта? — плавный шаг в мою сторону, я даже чувствую мягкий, но терпкий парфюм Алера. — Еще бы, он ведь самый завидный холостяк в королевстве.

— Вот ни разу не смешно, — хмуро бросаю я и иду вдоль коридора. Ловлю себя на мысли, что ни разу не думала о Мэтте как о мужчине. Нет, я прекрасно осознаю разницу между мужчинами и женщинами, даже отдаю отчет, что принц относится к первой касте, но допускать какое-то влечение к нему? Даже не знаю.

— Ну так где они? — внезапно спрашивает Алер.

— Они — это кто?

— Записи Ника, — сухо бросает он. — Эли, дело пахнет жареным, и будет лучше, если ты останешься наблюдателем, а не действующим лицом. Я не смогу бесконечно прикрывать твою очаровательную попку от проблем, если ты постоянно будешь лезть в гущу событий.

В его тоне проскользнуло что-то такое, что не могло не зацепить. Даже испугать. Я почувствовала, что…

— Что произошло? — даже останавливаюсь, заглядываю Алеру в глаза.

Он отвечает на сразу, только через несколько секунд.

— Сегодня утром Никуласа нашли мертвым в лесу. Никто, кроме административной верхушки академии, не в курсе.

Дзззз… — я слышу только этот мерзкий скрежет. Словно остальные звуки мира отключили. Внутри разливается сосущая темнота.

Ник мертв? Ник, которого я знаю с малых лет? Ник, с которым мы так много времени проводили летом? Ник, который всегда был самым лучшим другом моего брата?

— На его теле обнаружили надписи. На карнийском языке, — тихо проговаривает Алер, не сводя с меня напряженного взгляда. Будто он в каждый момент готовится к магическому взрыву, хочет его предотвратить.

— Записи у меня в комнате, — бормочу я. Перед глазами пелена тумана, в ушах звенит, но возможности отдаться печали нет. Сожалеть о том, что уже произошло — роскошь, способная вывести меня из равновесия на долгие дни вперед. Погорюю об этом после. Когда все останется позади. Когда я найду Кайда и сбегу с ним ото всех проблем.

— Эли, ты в порядке? — спрашивает Алер, и я не сразу понимаю, что он обращается ко мне. Что он вообще неотрывно следует за мной по пятам, что мы уже почти добрались до моей комнаты.

— Элиан, — поправляю я. “Эли”… так меня называл брат, когда пребывал в хорошем расположении духа, когда у меня получались чары, которым он меня обучал. Это обращение кажется мне настолько добрым и нежным, что слышать его из уст Гильяма слишком тяжело и неправильно. — И да, я в порядке. Просто мне нужно немного времени. Спасибо, что рассказал.

— Хочешь об этом поговорить? — осторожно спрашивает фиктивный жених.

Я открываю дверь в свою комнату и пропускаю Алера внутрь.

32

— Ты в лекари душ записался? — огрызаюсь, ничего не могу с собой поделать. В горле скопился комок, и мне хочется хорошенько выплакаться.

Ник… как же так?..

— Эли… ан, — под моим настойчивым взглядом он называет меня полным именем, делает шаг назад, тяжело вздыхает, но вновь отступает. Плотно прикрывает дверь и с его пальцев слетают вектора, окутывающие всю комнату и защищающие от прослушки. Как всегда. “Своевременно”. — Нам и правда стоит поговорить.

— Есть еще какие-то новости? — деланно спокойно спрашиваю я, когда все внутри клокочет. Мозгами я понимаю, что Алер не виноват, но не срывать на нем свою беспомощность в сложившейся ситуации не получается. Единственное, что я могу ему предложить, так это уберечь форменный пиджак от соленых слез.