Принц-ворона - Лариса Петровичева

Джемма смогла окончательно успокоиться только к вечеру, когда солнце опустилось за лес и мир накрыло молочным покрывалом туманной белой ночи. Она почти успела забыть о том, как красиво это бывает: видела белые ночи много лет назад, и память сохранила лишь таинственное ощущение чуда, которое свершается на твоих глазах.

Тогда отец поехал на север с какой-то научной работой и взял Джемму с собой: хотел показать ей края озер, лосей и клюквы. Джемма едва помнила это путешествие — лишь знала то, что не хотела спать. Сон не дал бы ей налюбоваться на красоту мира — безграничную, обжигавшую душу, делавшую Джемму совсем другой, не той, какой была раньше.

Но сейчас, несмотря на все свое жемчужное очарование, белая ночь казалась тревожной. В поселке оплакивали убитую девушку, Артур готовился вступать в должность единственного в регионе полицмейстера — Дэвин имел право назначить его, перед отправкой король выдал ему разрешение на введение в должность мелких чиновников, — а на крошечном кладбище возле леса копали могилу. Джемма стояла возле окна, и ей казалось, что она слышит, как могильщики работают лопатами. Завтра несчастную девушку похоронят, и Вороний король станет искать новую жертву.

— Убийство с помощью магии, — задумчиво проговорила она.

Дэвин, который разбирал вещи в небольшом сундучке и расставлял по столу хрустальные пузырьки с разноцветным содержимым, усмехнулся.

— Заметь, я здесь ни при чем.

Джемма посмотрела на него с искренним сочувствием. Должно быть, он привык к этому: все кругом считают, что любые неприятности и проблемы — его рук дело. Если бы они сейчас были в столице, то в смерти девушки обязательно обвинили бы Дэвина. Мало ли зачем величайшему темному магу понадобилась кровь невинной девы? Заплатит ее родителям, и все замнут. И даже не станут искать настоящего убийцу.

— Я знаю, — сказала Джемма, и вдруг ей сделалось невыносимо стыдно, словно она могла чем-то обидеть Дэвина.

Он вынул из сундука небольшой черный ящичек, и Джемма вздрогнула от омерзения — за стеклом красовались сиреневые друзы аметиста, которые словно охраняли скелет большой ящерицы. Кости и позвонки казались кружевными, и в этой мерзости таилось какое-то смутное очарование. Джемма боялась смотреть и в то же время не могла отвести взгляда.

— Что это? — испуганно спросила она.

Дэвин аккуратно поставил ящичек на стол и с определенной гордостью ответил:

— Скелет саламандры. Они очень докучливые твари и очень опасные. Я поймал одну и законсервировал с аметистами. Как-нибудь пригодится.

Против воли Джемма всмотрелась в скелет и увидела, как по тонким косточкам пробегают золотые искры. Должно быть, когда придет срок, кости обрастут плотью и саламандра вспыхнет и бросится бежать, поджигая все на своем пути.

Дракон поступил точно так же.

— Это было жутко, — призналась Джемма и поежилась: несмотря на тепло в комнате, ее продолжало знобить. — Мы с Артуром были в саду, а потом женщины закричали…

Дэвин вдруг сделал очень неожиданную вещь: отодвинул свой сундук, поднялся и, подойдя к Джемме, обнял так крепко, что на мгновение у нее перехватило дыхание.

— Я подумал, что с тобой беда, — негромко признался он. — Что это тебя убили. Ох, как я полетел сразу…

Его голос дрогнул. У Джеммы защипало в носу, а на глаза навернулись слезы — волна нахлынувшей нежности и тепла была настолько сильной, что она готова была разрыдаться.

За нее никто никогда не переживал, кроме родителей. Она никому не была нужна, кроме них. И вот теперь — Дэвин, который появился в ее жизни почти случайно…

— Ты ведь сможешь его найти? — негромко спросила Джемма.

От того, насколько быстро все происходило, у нее начинала кружиться голова. Несколько дней назад она была рабыней на торгах, потом получила свободу и выпустила дракона, затем стала женой Дэвина, и вот они приехали в дальние края, укутанные шалью белых ночей, — и в первый же день кто-то совершил убийство.

Джемме казалось, что она стала героиней романа ужасов — одного из тех, в мягких темных обложках, которые мама запрещала ей читать, боясь, что Джемме будут сниться кошмары. Но жизнь оказалась гораздо страшнее придуманных ужасов.