Сквозь века - Ксения Мирошник

— По идее, — прервала я их спор, — потоки должны улавливать намерения, темные или светлые, но это в идеале, а на самом же деле и эта система дает сбой. Бывали случаи, когда темные маги использовали эти потоки в своих целях. Однако король Эдред посчитал, что их польза все же ощутимее, чем вред. Итак, на сегодня достаточно. В следующий раз мы поговорим об Окарте, его учениях и жизни.

Когда урок закончился, девочки разбрелись по комнатам, чтобы подготовиться к занятию у мистера Оглси. Этот мягкий и отзывчивый человек деликатно раскрывал таланты наших учениц и помогал их развивать, занимаясь с девочками практической магией.

В класс вихрем влетела Уиннифред. Ее упитанные щечки пылали румянцем, а дыхание сбилось от быстрой ходьбы и возбуждения. Она уселась на мой стул и попыталась отдышаться, обмахиваясь чем-то белоснежным из твердого картона.

— Ада! — воскликнула она, глотая воздух. — Ну-ка посмотри, что тебе прислали! Мы с миссис Баррингтон минут пять разглядывали лакея, который его принес.

— Что это? — удивилась я. — Это принесли мне? Но я ведь не получаю почту!

Моя подруга протянула красивую карточку, на которой нежно-лиловыми буквами было написано: «Уважаемая мисс Аделаида Хоггарт, Вы приглашены на ежегодный благотворительный прием в Чепстон-хаус».

— Это через неделю, судя по дате, — уточнила Фредди. — С ума сойти!

Я еще раз посмотрела на карточку и залюбовалась витиеватым вензелем с инициалами «Д. X.».

— Но я не знаю никого с такими инициалами! Возможно, это какая-то ошибка? Я почти ни с кем не знакома в этом городе, и среди них уж точно нет того, кто бы мог пригласить меня на прием.

— Этот дом принадлежит мистеру Дэниелу Хардману, — послышался голос миссис Баррингтон, которая застыла в дверях. — Один из самых больших и красивых домов в городе.

— Но с какой стати он приглашает меня? — еще больше поразилась я.

Сердце испуганно заколотилось в груди. Что мистеру Хардману может быть известно обо мне? Зачем ему приглашать меня на этот прием? Какое я могу иметь отношение к благотворительности?

— Ни в одних документах вы еще не значитесь как моя преемница, поэтому пригласить вас, как представительницу нашего пансиона, он не мог. Может, это как-то связано с расследованием? — предположила миссис Баррингтон, оглядывая коридор и прикрывая дверь.

— Но как? — все еще не до конца понимала я.

— Ты, вероятно, указана в протоколах как свидетель, — пожала плечами Фредди. — А что, если мистер Хардман уже завладел своим кулоном и теперь хочет поблагодарить тебя? По сути, это же ты его вернула.

— Ты думаешь, у него есть доступ к протоколам? — задав вопрос, даже я поняла, как глупо он прозвучал. — Миссис Баррингтон? Как мне поступить? Я не могу явиться на прием, где будет присутствовать половина города! Тогда мне придется поставить точку в многолетней скрытной жизни. Если я откажусь, то еще останется хоть маленькая вероятность, что все это забудется и никто меня больше не побеспокоит. Но с другой стороны, я уверена, что инспектор Аддерли даже не озаботился тем, чтобы предупредить мистера Хардмана об опасности, таящейся в кулоне! Будет ли правильным смолчать?

Миссис Баррингтон присела на стул, который обычно занимала Ева Мейсон, и нахмурилась, тщательно обдумывая мои слова. Она устало потерла пальцами виски и вздохнула:

— Рано или поздно это должно было случиться. Я много думала, мисс Хоггард, как оградить вас от опасного любопытства. Когда придет время и вы займете мое место, жители Вичпорта все равно заметят ваш слишком продолжительный цветущий вид. Как это можно объяснить? Представляете, сколько будет таких, как Огюст, желающих знать секрет вечной молодости?

— Придумали что-нибудь? — с надеждой в голосе спросила Фредди.

— Признаюсь, пока нет, но в связи со сложившимися обстоятельствами продолжу изыскания. Только в этот раз тщательнее, потому как теперь время не на нашей стороне.

— Могу я расценивать ваши слова как одобрение?

Я обняла себя руками за плечи. Волнение будоражило кровь, но и страх скребся на задворках сознания.

— Дорогая моя Аделаида, — как никогда мягко ответила хозяйка пансиона, — вам не нужно мое одобрение, для того чтобы принимать судьбоносные решения.

Я присела на корточки рядом с миссис Баррингтон и взяла прохладные ладони в свои руки, а потом склонила голову на ее колени.

— Миссис Баррингтон, вы более двадцати лет были моей опорой, моей душой. Я не могу не учитывать ваше мнение.

Женщина погладила меня по волосам и прокашлялась, кажется скрывая застрявший в горле ком и накатившие слезы.

— За эти годы я не раз думала о том, что вы и не живете вовсе. Так… существуете, заточенная в стенах этого мрачного дома. Вы молоды, привлекательны и могли бы найти свой путь. Да, я опасаюсь за вашу жизнь, но сколько можно бояться, обрекая себя на унылое существование в одиночестве? Я думаю, если все же что-то пойдет не так, вы сможете покинуть Хэксмен-хаус и отправиться дальше. Но я очень надеюсь, что делать этого не придется.

Внутри меня бушевал ураган эмоций. Я почувствовала, как от волнения кровь прилила к щекам, а сердце забилось, будто маленькая птичка, ощутившая свободу. Я поднялась на ноги и посмотрела на подругу, которая от души улыбалась и одобрительно кивала. Чтобы хоть как-то отвлечься от приятного возбуждения, я решила поговорить о грустной стороне вопроса:

— Но в чем же я пойду? Прием в самом богатом доме Вичпорта, там соберутся самые достойные люди города! Моего жалования просто не хватит!

— Об этом не беспокойся. — Уиннифред обняла меня за плечи. — В день приема просто доверься мне!

— Вот и славно. — Миссис Баррингтон поднялась с места. — Я отправлюсь на кухню и узнаю, что там с обедом.

Мне показалось, что она отчаянно скрывала свои истинные чувства и хотела поскорее покинуть наше общество, чтобы иметь возможность их выпустить. Как только наша милая хозяйка вышла из класса, мы с Фредди решили поприсутствовать на интереснейшем уроке мистера Оглси. Он иногда позволял нам подсматривать краешком глаза за тем, как девочки практикуются. Я положила приглашение за пояс юбки, чтобы потом отнести в свою комнату.

Большая игровая комната служила мистеру Оглси классом, где он занимался с каждой девочкой по очереди. Мы пристроились на краешке дивана, получив согласный кивок учителя.

— А твои девочки где? — спросила я шепотом у подруги.

— На уроке миссис Крофтон. Снова за обедом буду слушать жалобы и стоны о том, что она была слишком строга и непреклонна к тем, кто не выполнил задание.

Я тихонько усмехнулась и перевела глаза на очаровательную Еву Мейсон, которая практиковалась в создании щитов. Быстро и четко у нее получалось лишь в состоянии стресса, а в классе выходило через раз, а то и через два.

— Мисс Крамер, — позвал учитель, — будьте добры, помогите подруге.