Сквозь века - Ксения Мирошник

Инди послушно кивнула и встала из кресла. Эта девушка обладала отменными боевыми способностями и умела защищаться, невзирая на легкую неуклюжесть. Мистер Оглси расставил девушек друг против друга и создал нечто похожее на барьер, отделяющий их от остальных учениц. Мне нравилось наблюдать за этим милейшим человеком. Его мягкие черты лица, возрастные морщинки, ласковые голубые глаза, немного помутневшие с годами, редеющие волосы и добрейший голос — все привлекало в этом мудром человеке преклонного возраста. Мистер Оглси никогда и ни при каких обстоятельствах не повышал голоса. Относился к ученицам с почтением и трогательной заботой.

— Вы знаете, что делать, мисс Крамер, — негромко сказал он и отошел, размашистым жестом призывая Инди к действию.

Девушка чуть расставила ноги и неуверенно посмотрела на Еву, которая кивнула, давая понять, что готова. Я невольно схватила Фредди за руку, жутко переживая за девочек. Я понимала, что практика им необходима, но это понимание не помогало справиться с волнением. Каждая из них была мне дорога. Ева уже к осени закончит обучение, а Инди остался еще год, как и Каролине. Я буду скучать по ним безмерно.

Первый удар заставил Еву отступить, поскольку щит нужной мощности ей создать не удалось. Девушка стиснула зубы и нахмурилась, а потом с чувством сжала кулаки и снова кивнула. Инди, судя по ее бледному лицу, чувствовала себя неуютно, да и характер у нее был, в общем-то, небоевым.

— Эй, эй! — громким шепотом возмутилась Фредди. — Ты мне руку сломаешь!

— Прости, — извинилась я и отпустила подругу. — Я немного волнуюсь. Ева говорила, что мистер Оглси не зачтет ей этот экзамен до тех пор, пока она не научится выставлять щит мгновенно.

— У нее еще есть время, — успокоила меня Уиннифред.

Прежде чем Инди успела нанести новый удар, окно резкотраспахнулось и десяток крупных, черных как ночь воронов влетели в комнату. Они громко каркали и летали по кругу над головами девочек. Мы с Уиннифред вскочили на ноги и попытались выгнать воронов на улицу, но ни одно наше заклинание не возымело должного эффекта. Мистер Оглси изо всех сил пытался оградить девочек, которые перепугались до смерти и визжали на весь пансион. Лишь Ева не растерялась. Девушка бросилась к младшим и, закрыв их собой, молниеносно выставила щит. Умница!

Птицы принесли с собой чувство безысходности, боли и одиночества. Безмерная, всепоглощающая пустота заползала в душу, вызывая желание лечь прямо на пол и, свернувшись в клубок, рыдать от безнадежности и собственной никчемности. Прежде чем погрузиться в тоскливое уныние, я краем глаза заметила движение. В центре комнаты стояла Каролина и как завороженная смотрела на дьявольских птиц. Ее и так бледная от природы кожа казалась сейчас белой как мел, а венки под ней превратились в черные реки, ярко контрастирующие с бесцветными лицом и шеей. Я видела, как почерневшая кровь бежала вверх, будто вся стремилась попасть в одно-единственное место — к глазам.

— Каролина! — окликнула я девушку, но она никак не отреагировала, чуть подрагивая под действием какого-то колдовства.

Превозмогая нахлынувшую апатию, я попробовала подойти к ней, но не успела. Вороны закричали особенно громко и так же стремительно выпорхнули из окна. Все неприятные ощущения тоже исчезли, будто их и не было. Каролина схватилась за живот, громко выдохнула, а потом выпрямилась.

— Что случилось? — спросила она растерянно.

— Хороший вопрос, — послышался мужской голос.

Я обернулась и увидела инспектора Аддерли, застывшего в дверях. Судя по выражению его лица, мужчина ничего не пропустил. Сердце предательски дрогнуло, словно ощутило облегчение, — кажется, я и не надеялась больше увидеть мистера Аддерли. Осмотрев учениц и удостоверившись, что все, включая Каролину, в порядке, я повернулась к вошедшему.

— Что вы здесь делаете, инспектор? — спросила я, помогая Еве рассаживать младших девочек.

Мои ученицы довольно быстро взяли себя в руки, только Молли еще дрожала, но даже она с любопытством взирала на вошедшего в комнату мужчину. Винить девочек в подобном интересе нельзя, поскольку гостей в пансионе никогда не было.

— Я пришел к вам за помощью, — открыто глядя мне в глаза, сказал Аддерли.

Мои брови сами собой поползли вверх, и тут же захотелось высказаться в не совсем культурной форме, но я сдержалась, сохраняя чувство собственного достоинства.

— А разве мое участие в этом деле не закончилось?

У меня еще подрагивали руки от пережитого, но я старалась не заострять внимания инспектора на том, что случилось минуту назад, поскольку объяснить это не могла даже самой себе. Я посмотрела на мистера Оглси и взглядом попросила его выйти, прихватив с собой учениц. Пожилой учитель кивнул.

— Да… я так сказал и, в общем, я от своих слов не отказываюсь, но…

Я слушала его слова, но смотрела на Каролину, которая выглядела потерянной. Она вертела головой направо и налево и бессвязно отвечала девочкам на их тихие вопросы. Я же упорно делала вид, что все произошедшее в порядке вещей, решив, что мы с девочками и учителями обсудим этот вопрос без посторонних, так не вовремя посетивших пансион.

— …Видите ли, мисс Хоггарт, я не считаю себя человеком впечатлительным и уж тем более мнительным, — продолжал инспектор, — но я бы все же хотел выяснить, что таится в этом кулоне.

Мистер Аддерли достал сапфир из кармана и протянул мне. Впервые я увидела нечто похожее на страх в его глазах. Это заставило меня забыть об обидах и полностью сосредоточиться на неожиданном визите. Все ученицы, которые не успели выйти из класса, тут же остановились и замерли в ожидании.