Летний лагерь - Влад Райбер

На том же листе цветными карандашами изобразили улыбчивого мертвеца с многочисленными гнойниками и кровяными потёками…

«Он уводит детей в подземный класс. Люк в подвале за сценой актового зала. Оттуда никто не возвращается. Уже пропали: Аня Синицына, Даша Нивайко, Коля Золотов, Женя Егоров».

Я бегал глазами по тексту, рассматривал картинки. Люк в полу, рука в перчатке тянет туда мальчика за пионерский галстук.

«Знайте правду, которую все хотят скрыть. Нас убивают. Об этом все молчат. Нам нельзя говорить о проклятьях и про убийства в подвалах. Найдите пропавших детей. Это были наши друзья».

– Почему вы ничего не сказали? – спросил я директора, оторвавшись от текста.

– Когда увидишь, сам поймёшь, что об этом лучше молчать, – ответил Александр Анатольевич. – Пойдём. Я тебе всё покажу.

Я без уговоров согласился. Мне с трудом верилось в подземный класс. Хотелось увидеть всё самому.

Уже начались уроки, я проследовал за директором по пустому коридору, мы зашли в актовый зал.

– Подвал залили бетоном, – говорил директор, уходя за кулисы сцены. – Я две ночи пробивал пол, чтобы увидеть, есть ли там вход. Не стоило этого делать. Там что-то закрыли, а я выпустил. Теперь пропадают ученики.

– Что закрыли? – спросил я. – Александр Анатольевич, вы что, верите в бесов?

– Ты сначала спустись и посмотри… Вопросов не останется.

Директор сдвинул неприколоченные доски. Под полом была дыра, в ней железная дверца люка со сбитой сваркой. Заскрипели ржавые петли. Поднялась пыль. Стальная лестница утопала в темноте.

– Полезешь?

Директор давал мне шанс передумать, но я включил фонарик на часах. Что же там такое?..

Лезть пришлось глубоко. Казалось, что эта лестница никогда не кончится. Когда ноги коснулись пола, вверху остался только небольшой круг света, словно я оказался на дне колодца.

Директор спускался следом. Я посветил часами вокруг. Короткий коридор заканчивался дверью. Рядом валялись доски с гвоздями и ящик инструментов из кабинета труда.

Много же препятствий прошёл Александр Анатольевич, чтобы попасть туда. Заколотили дверь внизу, заварили крышку наверху и залили бетоном. Да что они там прятали? Кого пытались закрыть?

Я потянул ручку и тут же закрыл нос рукой. Ужасный запах! Света от часов не хватало, чтобы всё сразу рассмотреть.

Я переступил порог. Это был классный кабинет без окон. С партами, стульями и сломанными книжными полками, с доской у дальней стены. Я прошёл между рядов, обернулся, и меня передёрнуло от ужаса. За партами сидели мертвецы! Ещё свежие и уже разложившиеся до костей.

Моя нога задела ещё один скелет на полу, он валялся у доски. Кем были эти люди? За партами сидели школьники! Истлевшие – ученики другого поколения, пропавшие много лет назад. Об этом говорила их старая форма. А недавно умершие – мои знакомые! Я видел их в школе. Среди них сидел и мой друг Дима. Голова свесилась на плечо, а в груди была длинная рана. Его убили!

На пороге появился Александр Анатольевич и осветил класс фонарём. Ужасающая картина открылась мне полностью, во всех красках.

– Кто это сотворил? – Мой собственный голос стал детским и жалким.

– Ты ещё не догадался, что это моих рук дело? – выдохнул директор. – Я их убил… Наших учеников и твоего друга тоже. А других убил тот, что лежит за тобой. Это учитель, что приводил их сюда. В него действительно кто-то вселился, я это почувствовал, когда впервые вошёл в класс. Теперь оно во мне… владеет мной и моими мыслями. Голос в голове шепчет[29], что я должен закончить прерванное дело – заполнить класс мёртвыми учениками… Мои мертвецы… Так он их называет! Они воскреснут, когда все парты будут заняты, и начнётся что-то страшное. Я убил их по его велению. Со мной что-то происходит, я в кого-то превращаюсь, Серёжа. Вот погляди.

Директор оттянул воротник рубашки и показал кожу, покрытую гноем и чешуйками.

Я смотрел, слушал его исповедь, и мои зубы стучали. Не надо было ему доверять!

– Вы меня обманули, чтобы… – еле выговаривал я.

– Убить! – подтвердил Александр Анатольевич.

В его руке что-то заблестело… не нож – стамеска. Он приближался ко мне. И я вдруг осознал, какой же он высокий и крупный. Мои успехи в спорте вряд ли помогли бы. Мы с ним не ровня.

Он крепко схватил меня за плечо. Я бестолково дёрнулся. Лезвие стамески коснулось моей груди. Оставалось только попрощаться с жизнью.

Так бы я и умер, не успев прокричать и последнего слова. Но рука директора вдруг дрогнула.

– Не могу! – сказал он и отбросил орудие. – Уходи! Быстро, пока я держусь! Заколоти дверь. Крепко заколоти и лезь наверх. Найди надёжных ребят, залейте люк бетоном. Сегодня же! И постарайтесь сделать так, чтобы никто ничего не узнал. Забудьте про это место. Понятно? Сожги письма! Всё забудь. Никто не должен знать о подземном классе.

Я слушал его наставления и судорожно кивал.

– Что стоишь? Уходи сейчас же!

Я и не помню, как выбежал за дверь. Пришёл в себя только когда приколачивал последнюю доску, а потом вылез наверх, прикрыл пробоину в бетоне половицами.

И как мне было сохранить всё это в тайне? Как молчать о таком? Я не смог сберечь тайну, поэтому и оказался здесь.

Седьмая вставка

– Вот заливают… – довольно громко сказала Инга.

– И не говори! – шёпотом ответила Алёна.

– Одни сочиняют, а другие сидят, как лопухи, уши развесили!

– Угу…

Девочки бурчали, глядя на ребят из таинственного отряда. Они и правда внимали каждому слову рассказчиков, не перебивали и ни о чём не спрашивали.

– Интересно, конечно, это всё, но с трудом верится, что это не выдумки, – признался Родик.

Никто из рассказчиков ничего не ответил на его слова.

Диме эти ребята казались до жути странными. Не только истории, но и сами ребята казались ненастоящими. Словно герои страшных легенд собрались в лесу у ночного костра.

Разглядывая эти лица, Дима не сразу заметил молчаливого наблюдателя. Укрытый тенью, он стоял за спинами незнакомцев. На нём была коричневая маска зайца. Длинные уши, проволочные усы, глаза в прорезях скрыты тьмой. С его плеч свисала мантия из грубого полотна, вроде мешочной ткани. Мантия была такого же цвета, что и маска. В полумраке казалось, что это вовсе не маскарадный костюм, а огромный коричневый заяц.

Человек в маске склонял голову в одну и в другую сторону, словно рассматривал Диму.

– Зайка! – закричал он и указал пальцем.

Никто из отряда и головой не дёрнул. А вот Инга, Маша и Алёна разом поднялись с бревна. Родик сощурился, Егор, наоборот, в испуге отвернулся.

– Где? – спросила Алёна, дёрнув Диму за плечо.

Там уже никого не было. Человек в костюме зайца исчез.

– Что ты сейчас сказал? – спросил один из вожатых, не отрывая глаз от пламени костра.

– Да ничего, – ответил Дима. – Показалось что-то.

– Дур-р-рак! – Алёна потрепала