Летний лагерь - Влад Райбер

– Эй ты! – начал бузить наш друг.

Его голова оказалась в окошке. Я крикнула, чтобы он туда не лез, и назвала придурком. Не поняла сразу, что это он не сам… Получается, моё оскорбление было последним, что слышал Колыч в своей жизни. Его затянуло внутрь палатки, как макаронину.

– Какого…

Харитон не успел договорить. Внутри ларька что-то задребезжало, как бетономешалка, и нас окатило кровью. Наш друг будто попал в давку, а его кровь выплеснули наружу!

Я и Хоря были в крови с головы до ног. Всю землю вокруг тоже залила кровь. Вот почему рядом с палаткой росла такая густая и сочная трава!

Харитон обтёр лицо и посмотрел на свои ладони. Его реакции замедлились. Он был в исступлении. Мне пришлось выдёргивать его из этого состояния, тащить скорее оттуда!

– Куда?.. Нам надо забрать Колыча! Он же там остался! – Мой друг был в шоке.

Я тянула Хорю до самого забора, пыталась успокоить, хотя и сама пережила всё то же самое.

– Ты видела, что случилось с Колычем? – Казалось, друг хочет услышать что-нибудь обнадёживающее, но я знала, что видела.

– Его что-то убило!

– А вдруг он живой! Может, это какая-то краска!

Хоре требовалось время, чтобы принять факты… И по запаху, и по характеру свёртывания было понятно, что это не бутафория, а настоящая кровь.

У меня были некоторые соображения, в какой переплёт мы угодили. Наши замыслы насчёт заброшенного парка были детскими шалостями по сравнению с тем, что устроили там до нас.

Кто-то одержимый пытками и убийствами вмонтировал в старый киоск смертельный механизм, чтобы губить случайных посетителей парка.

Я придумала, что делать дальше. Мы обратимся в полицию. Главное – быть осторожными. Не рассказывать всё! Ведь мы и сами нарушили закон – вторглись на запретную территорию. Насчёт злодеев ещё ничего не известно, а нас уже есть за что взять под стражу.

Надо было спровоцировать расследование, и когда виновного… или виновных выведут на чистую воду, мы с Хорей выступим свидетелями и расскажем всю правду.

На следующий день, всё обговорив, мы заявили о пропаже человека. Указали на конкретное место. Придумали ложное свидетельство: «Наш друг – Виталий Колов… Колыч, как мы его называли… собирался осмотреть старый киоск в заброшенном парке аттракционов. Ушёл и исчез».

Нам казалось, что мы нарисовали жирную стрелку «Ищите здесь», и мы ждали быстрых результатов. Приходили спрашивали: что там с поисками?

Нам отвечали: парк – частная территория, нужен ордер.

Два дня шли сильные дожди. Я смотрела в окно и представляла, как в парке ливень смывает следы крови с травы. Бессилие и вина сводили с ума.

Мой друг был убит, но считался пропавшим.

Мы получили ответ: проверка по указанному месту проведена, человек не найден. Я и Хоря сомневались, что там хорошо искали, но нас убедительно попросили не лезть в работу полицейских. Они узнали, что мы постоянно проводили время втроём и много раз влезали куда нельзя. Так что теперь нас подозревали в причастности к пропаже человека.

– Почему ты до сих пор не выбросила этот дурацкий значок? – спросил Харитон при встрече.

Я по-прежнему носила его на груди, но не потому что он мне нравился, а, наоборот, потому что был ненавистен.

– Просто хочу помнить, что наделала.

– Ты-то здесь при чём?! – удивился Харитон и попросил меня не отчаиваться.

Мы были уверены, что узнаем, что случилось! Все узнают! Он собирался вернуться в парк и найти доказательства.

Я сказала, что не отпущу его в одиночку. Мы отправимся туда вместе и узнаем, что произошло с Колычем.

Я понимала, как мы рискуем, и написала отложенный пост на своей странице. Подробно описала наш первый поход в парк, рассказала, что мы идём туда снова.

«Если вы это читаете – значит мы не вернулись», —

закончила я и установила дату. Пост должен был опубликоваться автоматически утром следующего дня.

Мы с Хорей снова пошли в парк. Старые аттракционы больше не казались мне интересными. Их вид нагонял страх и предвещал беду.

За стеклом ларька висели яркие товары. Они притягивали внимание. Хорошая была замануха! Мы не собирались подходить близко, наблюдали и снимали издали. Как я и полагала, на траве не осталось следов.

Снимая всё на телефон, Харитон пошёл вперёд.

– Ты куда? – Я подумала, он с ума сошёл.

– Там его фляга, – прошептал Хоря.

Он был прав. Фляжка Колыча валялась в траве, серебрилась, намытая дождём. И как там проводили проверку, если совсем ничего не нашли?

Личная вещь пропавшего человека могла всем доказать, что он был там.

Хоря, словно на эстафете, подбежал, схватил флягу и скорее побежал назад. Однако, когда он наклонился к траве, окошко ларька открылось и оттуда сразу потянулись длиннющие руки.

– Назад! – закричала я.

Хоря успел. Его не поймали. Я дождалась, когда он добежит до меня, и мы вместе ринулись прочь. Я не хотела оглядываться, но Хоря обернулся и вскрикнул: «Что за чёрт?!»

Пришлось и мне глянуть. Я не поняла, что это было. Живое или механическое. Нечто безголовое, с длинными руками, на таких же длинных ногах. Слишком высокое и многосоставное, чтобы держаться ровно. Если бы его не кренило набок и не заносило в стороны, оно бы сразу нас догнало[30].

Харитон вырвался вперёд и направился к арке в виде звериной пасти. Я подумала, что он со страху забыл обо мне, но его голос раздался эхом из тоннеля:

– Быстрее! Быстрее!

Я втиснулась между створками, и Хоря захлопнул стальную дверь. Там оказался засов. Мы дёргали вместе, я разодрала ладони до крови, но у нас получилось закрыться внутри тоннеля.

Снаружи вдарили по дверям. Засов выдержал. Заскрежетали железные когти. Мы держались друг за друга в темноте. Обнимались, как напуганные дети. Я чувствовала сквозь куртку сердцебиение моего друга.

Всё затихло. Мы стояли в нашем укрытии, тряслись от ужаса.

Да если бы я знала, что сидело в ларьке, никогда бы сюда не вернулась. Не сбрендивший садист. Нет! Человек-подъёмный кран… Живой металл!

Я надеялась, что мы спаслись, и была готова сидеть в этом коридоре, пока кто-нибудь нас не заберёт оттуда. Но это укрытие оказалось ненадёжным. Где-то в глубине тоннеля был ещё один вход, и безголовая ходячая мясорубка им воспользовалась.

В темноте брызнули искры, всё загромыхало. Я кричала и не слышала в этом шуме собственного голоса. Мы с Харитоном только успели открыть засов, как железная лапа оторвала моего друга от меня и ударила его головой о стену.

Я упала на спину. Ко мне потянулись кривые пальцы. Я зажмурилась в ожидании боли. Но железный коготь только тронул значок на моей куртке и тут же отпрянул. Ходячая мясорубка не убила меня, потому что на мне был значок