Марица. Исток - Александра Европейцева

С каждым движением клубок тревоги в груди понемногу разматывался. Мысли о Совете, о Демитре, о его процессе отступали, вытесняемые необходимостью следить за дыханием, за положением ног, за плавностью кругов, которые описывал клинок. Физическая усталость выжигала душевную. Напряжение из плеч перетекало в мышцы предплечий и растворялось в ровном, монотонном движении.

Я не знала, сколько времени прошло. Минуты? Часы? Руки горели приятным, живым огнем, спина была мокрой от пота, но на душе стало пусто и светло. Тревога отступила, сменившись мышечной усталостью и странным, почти мистическим спокойствием.

Я повернулась, чтобы идти обратно, и замерла. К плацу приближался Его Величество в компании Истера и Демитра. Мужчины о чем-то негромко переговаривались, а потом заметили меня.

Я замерла, опустив клинок, чувствуя, как насквозь промокшая от пота рубашка мгновенно леденеет на пронизывающем ветру. Трое мужчин остановились в нескольких шагах. Король, в простом камзоле и сапогах, смотрел на меня с привычной, немного отстраненной оценкой. Истер — с лукавым, почти торжествующим любопытством. А Демитр… Демитр смотрел на саблю в моей руке, и вдруг усмехнулся.

Ледарс первым нарушил молчание.

— Напоминает мне старые времена. Только Адорд никогда не позволял себе так задирать локоть на замахе. Словно собираешься не рубить, а поддевать снизу. — Он сделал несколько шагов вперед, и едва слышно спросил. — Устала?

— Сбрасываю напряжение, Ваше Величество, — ответила я, стараясь, чтобы голос не выдавал ни смущения, ни внезапно вернувшейся тревоги. — Иногда необходимо, чтобы сохранять ясность ума.

— Ясность ума, — он усмехнулся, коротко и сухо. — Хотел бы поблагодарить Вас, тэба Лантерис, именно за вашу ясность ума. Ваше решение о самоотводе было мудрым решением. Суд вынес решение в пользу лорда Янга.

Воздух из легких вышел одним тихим, сдавленным вздохом. Я встретилась взглядом с Демитром. Он молча кивнул, и в этом кивке было больше, чем в любых словах: и благодарность, и тяжесть, и тихая, еще не осознанная радость.

— Я уверена, решение Совета было взвешенным и законным.

— Теперь, — голос Ледарса снова стал жестким, деловым. — Раз уж вы уже разогрелись и явно ищете хорошего противника… — Он обернулся к Истеру. — Сын. Меч.

Истер, до этого момента с наслаждением наблюдавший, вскинул бровь.

— Ваше Величество…

— Ты слишком много времени проводишь за отчетами и дипломатическими приемами, — безжалостно констатировал король. — И слишком мало — на плацу. Твои последние результаты на тренировках оставляют желать лучшего. Тэба Лантерис явно не знает, куда девать энергию. А ты явно нуждаешься во встряске. Так что продемонстрируй-ка нам, наследник престола, как ты усвоил уроки мастера Хельда. Против реального противника. Без скидок на титулы.

Истер вздохнул и бросил на меня взгляд, полный немой мольбы, но я лишь пожала плечами, с трудом скрывая внезапно нахлынувшее веселье. Король был прав. Вот только Истер лентяем не был. Просто отец не знал о бурных ночахф любви его сына и некоторых следах на шее и груди, что уверенно скрывал камзол. Нет, сама я не видела, но горничные замечают… многое.

Но мне действительно нужно было с кем-то сразиться. Иначе взорвусь.

— Ты тоже останешься. — король повернулся к Демитру. — И будешь делать замечания. Оба они слегка зазнались. Посмотрим, что останется от их гонора, когда они хорошенько взопреют.

Слуги принесли тренировочные мечи — тяжелые, с затупленными лезвиями, но от ударов которыми синяки оставались знатные. Истер взял свой, пробно взмахнул и усмехнулся.

— Давайте, тэба, — пробормотал он, занимая противоположный конец импровизированной площадки. — Только без фанатизма! Помните, я ваш будущий король.

— Будущий, — парировала я, занимая стойку. — А пока я сделаю все, чтобы вы попросили пощады, Ваше Высочество.

Ледарс, скрестив руки на груди, отошел в сторону, к Демитру. Его лицо было каменной маской, но в уголках глаз таились знакомые искорки азарта.

— Начинайте, — скомандовал Ледарс, и его голос, низкий и властный, разрезал тишину плаца.

Истер атаковал первым — быстрый, точный выпад, рассчитанный на то, чтобы проверить мою реакцию и дистанцию. Я парировала почти машинально, чувствуя привычную вибрацию клинка в руке. Сталь встретилась со сталью с глухим, коротким лязгом.

Следующие несколько минут мы кружили друг вокруг друга, обмениваясь сериями быстрых, разведывательных ударов. Истер был силен, техничен и невероятно быстр. Он использовал свое преимущество в росте и размахе, стараясь держать меня на расстоянии. Но я знала его стиль — мы пару раз уже сходились в дружеских поединках, да и я не раз имела возможность наблюдать за ним на тренировках. Он предпочитал мощные, сокрушительные атаки, я — мобильность и точность.

Воздух свистел, рассекаемый тренировочными мечами. Мы двигались по песку, оставляя замысловатые узоры из следов. Я ушла в низкий подкат, избегая горизонтального удара, который мог бы снести мне голову, и ответила молниеносным уколом в бедро. Истер едва успел отбить его, отскакивая назад с коротким смешком.

— Не плохо, тэба! Почти достала!

— Это было предупреждение, Ваше Высочество! — крикнула я в ответ, уже уворачиваясь от его следующей атаки.

Азарт бил в кровь, как крепкое вино. Весь мир сузился до этого круга утрамбованного песка, до звона стали и ритма собственного дыхания. Был только противник передо мной и жажда доказать — себе, ему, отцу — что я могу.

Мы сошлись в клинче, перекрестья наших мечей уперлись друг в друга с сухим лязгом, и я увидела, как он ухмыляется, его лицо было всего в сантиметре от моего.

— Сдавайся, пока не поздно. При всех — неудобно.

— Мечтай! — я рванулась, разорвав захват, и нанесла серию быстрых ударов по рукояти, заставляя его отступать.

Я забыла обо всем. О том, что это просто спарринг. О том, что он — кронпринц. О том, что за нами наблюдают. Видела только цель — победить. Мое сердце колотилось в такт нашему безумному танцу, кровь пела в жилах.

Истер сделал идеальную финтовку — имитировал удар в голову, а сам пошел на низкое подсекающее движение по ногам. Я инстинктивно отпрыгнула, но он уже был там, его клинок занесен для следующего удара. И в этот миг чистейшего, животного азарта я рванула к нему, и вместе с движением тела, почти не думая, высвободила чистейший сгусток родовой магии.

Невидимый кулак ударил Истера в грудь.

Он не ожидал этого. Совсем. Его глаза