Повелитель миражей - Владимир Ильин

– Его надо зафиксировать, иначе вылетит, – показал руками пряжки на боку.

Кейс фиксировал чуть ли не бережнее, чем пассажира, – под дулами пистолетов к работе относишься куда тщательнее. Активировать доспех я остерегался – еще примут за начало атаки, а аварию – за подставу, а меня – за ловушку, а… короче, надо расслабиться. Заодно показал, как пользоваться шлемом и как подключить телефон – тот уловил удивительно быстро.

– Заплатите ему, – скомандовал мужик, слегка ерзая на месте, – и предупредите аэропорт, чтобы обеспечили проезд на поле.

Один из охранников шагнул вперед и протянул сложенные пополам купюры. Я не решился пересчитывать на его глазах и полез за кошельком.

– Сынок, можно твои документы? – Охранник ловко перехватил бумажник и сам достал водительское удостоверение. – Фальшивка, – напрягся секьюрити и активировал доспех.

– Настоящие во втором кармашке, – сглотнул я тугой ком в горле. Расстояние не способствовало победе. Да и еще один конфликт с явно знатным господином за второй день – это уже перебор.

– Хакамадо, значит. Шестнадцать лет, – почему-то успокоился охранник и улыбнулся. – Нарушаем…

– Время, – словно хлестнул словом босс, – быстрее.

– Ода-сан, я поеду с вами, – решительно заявил охранник.

– А вы умеете быстро бегать? – Я занял свое место, намекая, что свободных нет. – Тогда я согласен.

– Документы и деньги получишь в аэропорту, – недовольно отреагировал тот, – если что – из-под земли достанем.

– Мы будем ехать? – проворчал Ода-сан.

– Да, конечно, – хмыкнул я и сорвался с места. Щелчком включил радиоканал между шлемами: – Ода-сан, а у вас крепкое сердце?

– Я прокурор города, сынок, – жестко ответили мне, – сам догадайся.

– Ну, тогда да, – впечатлился я, – едем по второму варианту.

– Что значит «по второму»? – слегка удивился пассажир.

– Полетим.

И до того, как Ода-сан смог что-то ответить, мотоцикл развернулся в сторону ограждения и по воздушному мостику слетел за пределы конструкции. Снизу вилась лента трассы, шедшей к океану, – взлетная полоса нужного нам аэропорта находилась на искусственном острове в небольшом отдалении от берега. Широкие крылья сжатого воздуха превратили падение двухколесного монстра в полет. Маневр должен был сэкономить минимум десять минут – развязка была довольно причудливой, а с учетом пробки и вовсе труднопреодолимой. По радиосвязи послышался шумный выдох в момент, когда колеса байка вцепились в дорожное полотно.

– Про сердце я, пожалуй, поторопился, – хекнул пассажир и принялся успокаивать охранников, забыв выключить радиоканал.

Из разговора я точно понял, что вместе с документами и деньгами получу кое-что еще, не вещественное, но очень болезненное.

Остальной путь прошел спокойнее – ну, для меня. Ода-сан так не считал, судя по очередным глубоким выдохам.

Десять минут от центра Токио до горячего полотна взлетного поля. К слову, ворота внутрь территории уже были открыты к нашему прибытию.

– Ода-сан, а почему самолет просто не задержали? – решился я на вопрос, помогая нанимателю снять с себя ремни безопасности.

– Окно вылета фиксировано, – охотно ответил тот, – со мной или без меня самолет обязан покинуть воздушное пространство над городом.

– Понятно. – Я наблюдал, как прокурор прижал к груди кейс и двинулся к трапу небольшого частного самолета.

Неожиданно мужчина остановился и вернулся ко мне.

– Посадить бы тебя… – Ода-сан скептически посмотрел на меня снизу вверх. – Но да ладно. Завтра в шестнадцать жди меня тут. – И поднялся на самолет.

М-да… есть отчего почесать затылок. А вот и работа.

– Покиньте поле, пожалуйста.

Я кивнул в ответ на просьбу сотрудника аэропорта и двинулся обратно в город.

Через два часа ожидания к выходу подъехали добрые и ласковые представители охраны прокурора. Глаза их лучились заботой и вниманием, а кулаки сжимались в знак поддержки.

– Придурок малолетний, меня чуть инфаркт не хватил, – мягко упрекал главный среди них, потряхивая меня за грудки. – Если бы Ода-сан умер, я бы знаешь что с тобой сделал?

– Соскреб с асфальта. – Я мягко убрал его руки от себя. – Я ж вместе с ним был. Кстати, где мои деньги?

– Тьфу, – огрызнулся нервный охранник и кинул в меня кошельком. Надо же – ровно пять сотен. – Глаза б мои тебя не видели.

– Спасибо! – помахал я рукой. – Кстати, ваш шеф меня нанял, завтра увидимся.

Ответом мне были очень тяжелый взгляд и хаотичное включение-выключение Силы вместе с полурыком.

– Тебе шестнадцать, – прошипели в ответ, – тебя нельзя нанимать, тебе нельзя водить…

– А еще маленьких нельзя бить! – Я медленно и значительно одел на себя шлем, игнорируя вспышку гнева.

– Ты же школьник, – последнее предложение было с легким удивлением, – как ты э… летать-то мог?

– «Ветеранов» знаешь? – Я дождался легкого кивка. – Я – круче! – И рванул в сторону города.

Россия, Москва. Полвторого ночи

Свет вывески ночного клуба, мигание гирлянды «скорой помощи» и полиции. Все казалось нереальным, как в кино, словно не с ней. Когда же это все закончится?.. Татьяна потянулась за сигаретой и досадливо дернула уголком губ – дядя отнял пачку.

– Да, господин офицер, вы абсолютно правы, я поговорю с ней. – Голос мужчины средних лет еле доносился через толстое стекло «Бентли». – Примите мою признательность и искренние уверения в почтении.

Татьяна отвернулась, эту сцену она видела не раз. Быть может, десяток, а может, и два. Пухлый конверт переходит из рук дяди к полицейскому, тот отвечает любезностью и рвет протокол. Ничего не было, никто ничего не видел и ни в чем не виноват.

Легкий хлопок двери обозначил второй тур программы – поучение жизни.

– Прости, я больше не буду, – заученно протараторила девушка, чтобы закончить побыстрее.

– Естественно не будешь, твою карту заблокировали, тебя лишили денег, – спокойно ответил Николай Герасимович Вязов, он же – ее родной дядя.

– Как лишили?! Эта тварь… – Яростную речь девчонки прервал сочный звук оплеухи.

– Не смей так говорить о своей матери. – Мужчина был спокоен.

– Она мне не мать! – словно выплюнула Таня. – Не мать! Моя мать умерла!

– Мачеха, – согласился дядя, – но денег тебя лишил отец.

– Урод, – сжала кулачки девушка, – все мужики – уроды.

– Именно поэтому ты ломаешь судьбы молодым людям? Калечишь, травмируешь? – хмыкнул Николай.

– Он меня лапать полез! – тут же приняла стандартную линию защиты девушка.