Повелитель миражей - Владимир Ильин

– Прости, – легонько смутился Сайто-сан.

– Да не за что.

– А нас хотят на мотоциклы пересадить, – обиженно произнес охранник.

– Здорово же! Сошьем одинаковые куртки и будем как банда, – серьезным тоном предложил я план действий.

– Ты не можешь автомобиль поднять в воздух? – заерзал Сабуро. – Мы бы тебя быстро выучили водить. Понимаешь, Ода-сан – уважаемый человек, ему нельзя ездить на мотоцикле, как мальчишке.

– А что мне за это будет? – Я изобразил задумчивость.

– Дело на тебя заводить не станем, – привычно отреагировал собеседник и тут же недовольно сморщился, вспомнив, с кем говорит. – Шучу. Что хочешь?

– Боевого робота! – Подбородок поднят, глаза мечтательные.

– Эй, парень, полегче, – встревожился Сайто, – какие роботы в черте Токио?

– Тогда двадцать тысяч долларов в месяц без учета премий за четыре часа отработки в свободное время по вечерам.

– А утро?

– Ну, и утром с семи до восьми часов, – легко отмахнулся я. Все равно много спать не умею.

– Идет, – неожиданно ответил Сайто.

– Что-то я продешевил, – зачесал я маковку, – подозрительно это все.

– А учить тебя водить буду я, – ласково, да так, что волосы поднялись на голове, произнес начальник охраны. Собственно, теперь уже и мой начальник.

– Я категорически буду сопротивляться! – Стул вместе со мной отодвинулся подальше от стола.

– Кстати, на выходных отличившимся сотрудникам разрешается посидеть в боевом роботе, и даже проводятся курсы по владению МПД (мобильный пехотный доспех).

Как конфетку протянул! Да за кого он меня принимает! Чтобы я, да как мальчишка повелся…

– Я согласен! – Голова покаянно свешивается вниз. Большие человекоподобные боевые роботы сильнее моей воли.

Время до трех часов дня пролетело очень насыщенно.

– Влево рули! – орал Сайто, вцепившись в скобу над дверью.

– Какое лево, шеф? Мы же летим! – Крылья воздуха поймали восходящий поток и несли «ниссан»-который-не-жалко-разбить» вперед и вверх.

– Прямо – здание, придурок! – Начальника болтало по кабине, а я же говорил: пристегивайтесь!

– Понял вас, сэр! Беру влево, сэр! Внимание диспетчеру, «Ниссан джи-ти-эр» просит разрешения на посадку.

– В посадке отказано, – пробубнили из рации, – летайте еще пять минут, иначе мы проиграем пари.

– Вас понял, диспетчер. Прошу направить к взлетной площадке карету «скорой помощи». Одному из пассажиров стало плохо.

– Всех уволю на фиг, – рыкнул позеленевший босс.

– Шеф, я сдал экзамен на вождение? Или второй круг? – В моем взгляде нельзя было уловить и намека на насмешку. Так смотрит преданный пес на любимого хозяина, после того как разодрал кожаный диван.

– Сдал, только богами прошу: приземляйся!

– Понял вас! Диспетчер, говорит «ниссан», скорблю по вашим деньгам, но жизнь любимого шефа дороже.

– Добро пожаловать на землю, «ниссан».

А неплохие они в принципе ребята, просто серьезные очень. Дело понятное: если грохнут шефа – можно ложиться с ним рядом в могилу. Никто их на работу не возьмет, а без влиятельного покровителя моментально достанут враги. Вот и оберегают подзащитного, как могут.

– Едем в аэропорт. – На земле Сайто-сан моментально принял вид грозного начальника охраны и быстро построил подчиненных.

Мне достались «Тойота Альфард» и место в авангарде процессии.

– Запомни, сынок, – поучал босс, – забудешь, как ехать по правилам, – врубай мигалку.

– Да, сэр, – важно ответил я, разгоняя машину до сотни. Дороги были пустынны, а встречающиеся патрульные отдавали честь.

– И сними этот идиотский колпак, – в очередной раз заерзал начохраны, намекая на мой замечательный английский цилиндр. Мне его как-то подарили девочки, но свою минуту славы он обрел именно сегодня.

– Никак не возможно, сэр, – привычно ответил я и слегка покачал головой.

– Вот увидит господин Ода-сан и уволит, – довольно отреагировал Сайто, – и заживем мы как раньше – спокойно и без тебя.

Я зыркнул в зеркало заднего вида на довольную физиономию шефа и все-таки стянул с себя головной убор.

Ворота аэропорта приветливо распахнулись при виде кортежа. Самолет уже стоял в конце рулежной дорожки, но пассажира рядом с ним не было, хотя трап уже был состыкован.

Сайто напрягся, распорядился в рацию удвоить бдительность и набрал шефа. Односложный диалог лично для меня ничего не прояснил, но вроде как прокурор все еще в самолете.

– Давай медленно к трапу, – распорядился Сабуро, отстегивая клапан пистолетной кобуры.

– А как же коронная фраза «Не нравится мне это все»? – полюбопытствовал я.

– Заткнись, – холодно остановил мои каламбуры шеф.

Значит, все действительно серьезно.

– Можно, я встречу? – решился все-таки предложить я после пяти минут разглядывания округи. – Меня не жалко.

– Что-то в этом есть. Проверь салон – просто зайди и ответь по радио. Если все плохо – ответь умышленно весело, наоборот – спокойно доложи обстановку.

– Так точно, сэр! – Я вышел из машины и вновь напялил колпак. Была некая сумасшедшинка в происходящем, словно в кино. Но еще было куда более важное – экзамен для меня как работника этого коллектива. Вчера меня наняли из-за прихоти начальства. Сегодня-завтра могут выкинуть пинком под зад, если я покажусь шефу бесполезным. А где я еще найду такой удачный график за хорошие деньги?

В самолете оказалось тихо, пусто – весь персонал давно покинул борт. В одном из кресел нашелся прокурор – живой, здоровый, но задумчиво-пьяный.

– Шеф, все в порядке, – отрапортовал я, – сопроводить персону до машины?

– Не выходи из самолета, – прохрипела рация.

«Нет так нет», – пожал я плечами и сел напротив государственного чиновника. Вид у того был неважный – словно второй день не спал; а может, так оно и было.

– Опять, – прохрипел наниматель, разглядев, наконец, меня. Или не меня, а абстрактного собеседника своим мыслям, – все зря.

– Все будет хорошо, Ода-сан. Хотите соку? – Я налил бокал и поставил поближе к нему.

– Полгода работы. Доказательная база. Свидетели. А потом вызов к Императору – и все зря, – мотнул головой прокурор, отказываясь от сока. – Вот ты молодой, юный. Что будет, если один род разорит холдинг, предварительно вырезав все его руководство с семьями?

– Смертная казнь? – Я не сильно силен в японском законодательстве, но смертная казнь тут в почете.

– Неверно! – дернул рукой Ода-сан. – Не будет ни-че-го.