Повелитель миражей - Владимир Ильин

– Хакамадо, можете выходить, – хрипнула рация.

– Ода-сан, обопритесь о меня. – Я предложил ему руку, но тот оттолкнул и поднялся сам.

– Дурацкий цилиндр, – лениво отметил он.

– Это для маскировки, от снайпера. – Я перевесил цилиндр на прокурора. Точно уволит.

– Тогда – да, идем.

Я поднял защиту на пределе своих возможностей и прикрыл неплотным облаком песка выход – увы, материала было маловато.

На выходе что-то дважды ударило по лицу, словно слон лягнул. Тело отбросило назад, вжав в переборку напротив выхода. Ода-сан моментально сориентировался и рыбкой нырнул вбок, даром что пьяный.

В рации бесновался Сайто, требуя найти позицию снайпера и поймать исполнителя живьем. Снаружи послышался визг шин отъезжающих джипов.

Я же подтянулся к телу шефа поближе, чтобы закрыть его своим доспехом духа от возможной атаки.

– На некоторых людей опасно заводить дела, – ощерился хищной улыбкой прокурор.

– Спокойно. – Мои непослушные губы шепнули в рацию.

Откат пробил тело мелкой дрожью, неприятной, не сдерживаемой никаким волевым усилием. После стычки с Акети такого не было. Быть может, потому что там меня хотели схватить, а не ликвидировать. Тут же – два сильных удара, мир переворачивается, удар по спине, холодный пол под пальцами рук и осознание, что смерть прошла очень близко. Часто даже «воины» куражатся и выдерживают пистолетные выстрелы в упор, принимая их на доспех. «Ветераны» способны идти против вихря пуль автомата, подавляя волю и мораль соперника. Но между автоматным патроном и тем, что прилетел в меня, – бездна разницы. Первый выстрел погасил бы доспех «ветерана», а второй – поставил точку в его жизни. Я выжил, но ощущения бодрящие – словно лежал на солнышке, радовался жизни и собственной удаче, а тут на тебя опрокинули ведро ледяной воды, в потоке которой чуть не захлебнулся.

Начальство уже отошло от первых секунд шока и бодро материлось по сотовому телефону, не покидая плоскости пола.

Десяток минут мы не шевелились, ожидая, чем закончатся действия Сайто-сана.

Начальник охраны лично поднялся на борт и сразу подошел к боссу.

– Ода-сан, – традиционный поклон и виноватые интонации, – было три человека – два снайпера и корректировщик. Оружие на месте, преступников задержать не удалось. Введен план-перехват, но у нас нет даже их лиц – записи камер испорчены. Специалисты обещают восстановить.

– Замечательно, – довольный голос шефа удивил нас обоих, – я договорился с генералом, у нас есть двадцать четыре часа.

– По первому списку? – непонятно уточнил Сайто.

– Все списки, начиная с первого, – не знал бы, что произошло, подумал, что у него праздник, а не покушение. – Максимум вежливости, не забывай.

– А если встретим сопротивление? – все еще мялся на месте Сабуро.

– Подавлять, – отрубил прокурор, – и не церемониться. Дай мне минуту, я с вами.

– Ода-сан, вам бы в больницу.

– Парень поймал пули, не я. Я-то в норме, – хекнул шеф, за одно движение взмывая с пола, – а пацана в больницу закинем.

– Да все со мной нормально, – буркнул я, поднимая и отряхивая цилиндр.

– Тогда поехали, – не стал спорить шеф и энергично зашагал по трапу. – А где твой мотоцикл?

– Отобрали и подсунули четырехколесное убожество, – ответил я, пряча за ворчанием остатки страха.

– Водить-то хоть умеешь?

– Не очень, но у меня с собой учебник и телефон инструктора. – Я залез на место водителя и пристегнулся.

– Шутник, – хмыкнул главный босс и хлопнул своей дверью, за ним – начальник охраны.

– Текс… – Я деловито набрал номер телефона. Позади легонько тренькнуло в кармане пиджака Сайто-сана.

– Слушаю, – недобро ответил не самый главный босс.

– Шеф, сначала выдавить сцепление, а потом мягко отпустить и нажать на газ? – В зеркале заднего вида некто багрово-красный пытался сломать рукой аппарат. – Понял, понял!

– Давай в штаб-квартиру, – фыркнул Ода-сан.

День прошел хлопотно. Босс как будто сорвался с цепи и пытался быть в сотне точек города одновременно. На моих глазах офисы, отели, высотные здания и уютные таунхаусы штурмовал спецназ при поддержке отрядов в мобильных доспехах. Без суеты, словно после десятка репетиций, изымались документы и снимались копии с электронных носителей. Прокурор словно палкой тревожил муравейники корпораций, и что самое странное – никто особо не возражал. Нет, без конфликтов не обошлось, но они были для поддержания авторитета владельцев, а не ради победы. Все-таки с армейскими формированиями ссориться никто не рисковал – тем более что среди сил правопорядка были в том числе «учителя» и «мастера», а охрану офисов осуществляли максимум «ветераны».

Каждые тридцать секунд на телефон босса поступал новый звонок – чиновники высших уровней, имперская знать, уважаемые представители родов просили найти управу на зарвавшихся служак. Я же воспринимал на слух высший класс вежливого отшивания сильных мира сего.

В очередной раз телефон босса упал на сиденье рядом. Ода-сан с силой провел руками по лицу и счастливо улыбнулся.

– Шеф, а что мы делаем? – Я с интересом посмотрел на прокурора в зеркало.

– Мы ловим снайпера, чуть не убившего прокурора Токио, – довольно отозвался Ода-сан.

– По всему городу? – удивился я. – И зачем нам документы?

– Мало ли где мог спрятаться снайпер, – фыркнул шеф. – На самом деле все понимают, что происходит. Покушение на чиновника моего уровня – событие далеко не рядовое. Император сильно не любит, когда на его слуг поднимают руку, поэтому любезно подарил нам эти двадцать четыре часа.

– Но мы же так не найдем заказчика? – все еще не понимал я.

– А зачем? Ты думаешь, благородным понравилось, что из-за какого-то идиота в их бумагах копаются власти?

– Думаю, не очень, – честно ответил я. Даже до моих ушей иногда долетали крики ярости собеседников шефа.

– Вот потому они сами притащат ко мне исполнителей, лишь бы завершить бардак, – подвел итог Ода-сан. – Даже, думаю, несколько комплектов исполнителей, чтобы наверняка. Давай обратно, остальное завершат без нас.

На парковке возле офиса моя работа закончилась. Оба шефа скрылись в глубинах пятиэтажного здания, а я потерянно рассматривал полупустую парковку. Мотоцикл остался возле дома, утром меня привезли на джипе. Пришлось заказывать такси.

Адрес я назвал чуть подальше от дома на всякий случай, да и чтобы просто пройтись пешком по вечерним улицам. Надо сказать, силы я свои переоценил. Ощущение выжатости и слабости накрыло тело, словно после долгой изматывающей тренировки. В недомогании было все: нервное напряжение, частое использование способностей – по городу мы иногда летали, удар снайпера, страх за свою жизнь и попытка прикинуть последствия моей столь энергичной работы. Не самое спокойное место – стоять возле мишени, но и отказываться было нельзя. Шеф не производил впечатления плохого человека, хоть такая должность и должна оставлять штамп циничности на душе, а мне без покровителя никак, раз Кавати отказался. Послезавтра – школа, эдакая небольшая Япония в миниатюре. Есть аристократия, клановая и имперская, есть простолюдины, которые могут быть чьи-то или ничьи. Чьих-то аристократы трогать остерегутся, а об остальных знатно вытрут ноги при первом же конфликте. Все, как и в жизни.