На дне могилы - Джанин Фрост

Его рука опустилась ей на бедро. У меня брови взлетели вверх. Купер начал вставать, но я уже сбила в сторону нахальную лапу.

— Моя подруга танцует только со мной.

Парень послал мне злой презрительный взгляд и пошел вместе с троицей приятелей. «Не повезло тебе, Лохматый», — подумала я.

— Хорошая работа, командир, — заметил Купер.

— Не называй меня так!

Это прозвучало резче, чем мне хотелось. Купер просто не понимал, как это обращение напоминает мне о потерянной навсегда работе. А здесь, в баре, где я пыталась утопить свои печали, я была практически бесполезна.

Дениз взглянула в пространство между нами:

— Схожу за своей сумочкой.

Мы с Купером проводили ее к машине. К моему удивлению, она стояла незапертой. На мой вопрос Дениз ответила, что, по словам Ниггера, замки помогают только против честных людей. Ее сумочка так и валялась под пассажирским сиденьем. Дениз как раз закидывала ее на плечо, когда сзади врастяжку протянули:

— Ну-ну, ребята, вы только посмотрите!

Я-то слышала, как они подходят. С запахом спиртного, шумными шагами и явственным сердцебиением незаметно не подкрадешься, но они были люди, и потому я оставила их без внимания.

— Отвалите, парни, — сказала я.

Лохматый из бара не унимался. С ним была парочка дружков, таких же здоровенных.

— Да мы это к тому… — Лохматый так тянул слова, что становилось ясно, насколько он пьян, — что нечестно, чтоб две такие милые девицы водились только вот с этаким негром.

— Негром? — Купер повторил слово с открытым вызовом.

Господи, троица расистов. Вот уж чего нам доктор не прописывал!

— Я сама разберусь, — холодно проговорила я.

Эти тупицы не понимали, что я самая опасная в нашей компании. Они следили за Купером, видели угрозу в крепко сбитом мужчине.

— Вот вам самый лучший совет: поворачивайте оглобли. Я сильно не в духе, так что валите на фиг, пока у меня остатки терпения не кончились.

Я и не подумала полезть под одежду за серебром. Обойдусь без оружия, с людьми-то. Ниггер поставил машину в самом дальнем углу стоянки. Эти гориллы решили, что такая позиция им на руку, только они ошиблись.

Однако пистолет, который вытащил из-под рубахи Лохматый, оказался для меня сюрпризом. Он навел ствол на Купера.

— Ты… — В его голосе послышались мерзкие нотки. — Ты сядешь на землю, а мы позабавимся с твоими девочками.

— Купер! — рявкнула я. Я не могла допустить, чтобы он или Дениз получили пулю. — Делай, как он сказал.

Купер давно привык исполнять мои приказы. Он свирепо фыркнул, но опустился на землю. Судя по тому, что Лохматый передал оружие приятелю, он остался доволен.

— Умница, рыжая, — оскалился он. — А теперь побудь с моими друзьями, пока мы с твоей подружкой заберемся на заднее сиденье.

Я послушно повернулась к его дружкам. Как-никак, ствол теперь был у них. Если я их тихо вырублю, обойдется без мерзких сцен…

Лохматый только протянул руку к Дениз, когда я ощутила дуновение воздуха. На мгновение напряглась, прежде чем поняла, кто это, и тут же услышала тошнотворный удар. Вернее, плюх. Трудно сказать, на чьем лице был больший ужас: на лицах двоих, которых Кости сейчас держал на весу за шкирку, или у Дениз, уставившейся на остатки головы Лохматого. Ниггер встал рядом с ней, пробормотал что-то нецензурное и пинком оттолкнул корчившееся тело с такой силой, что оно срикошетило от борта машины. От удара, который обрушил на него Ниггер, голова его превратилась, в подобие упавшего с пятого этажа арбуза.

— Дениз, ты в порядке? — осведомился Ниггер.

— Он… он… — Дениз не находила слов.

— Совсем-совсем мертвый, — пришла я ей на помощь, надеясь, что двое вампиров, пролетевшие над стоянкой, не привлекли внимания. — Кости, отпусти, ты их убьешь.

— О чем и речь, — согласился он, пережимая две глотки. — Я бы им шеи сломал, но это слишком быстро.

Они лягались, цеплялись за его руки. Языки уже вывалились наружу. Дениз, казалось, сейчас стошнит.

— За что ты его убил? — шепнула она Ниггеру.

— За то, что он собирался сделать, — тихо и яростно ответил тот. — После такого никто не заслуживает жизни.

Купер без тени жалости взглянул на труп:

— Надо его убрать, командир.

Я не стала возражать против прежнего обращения. Сначала главное.

— Кости.

Он взглянул на меня, словно и не держал в руках двух умирающих мужчин. Они между тем двигались все медленнее. Один обмочился, синие джинсы потемнели. Ясно, Кости не просто припугнуть их собрался.

— Во всяком случае не здесь, — твердо потребовала я. — Здесь слишком много народу, и Дениз неприятно. Забрось их в багажник, а на обратном пути можем из-за них поругаться. Если переспоришь меня, сможешь задушить их дважды.

Он скривил губы:

— Знаю, чего ты добиваешься, милая, но в данном случае ты говоришь дело.

Он выпустил мужчин, и они грохнулись, как два мешка кирпичей. И задышали с хрипом и бульканьем.

Я слышала, что подходят люди. Они смеялись чему-то своему и вот-вот должны были наткнуться на сцену грязного убийства и двух полузадушенных мужчин.

— Ниггер, бери нашу машину, увези Дениз, — велела я. — Встретитесь с нами позже. Купер, открывай багажник, уберем их туда.

— Синий «форранер», дружище, на той стороне, — пояснил Кости, бросая Ниггеру ключи. Тем же способом переправил ему запасной комплект. — Утром позвоню.

Ниггер, уводя Дениз, задержался на миг, чтобы полыхнуть зеленым взглядом на подходивших людей.

— Вернитесь в бар, вы еще посидите, — приказал он.

Они кивнули, развернулись на сто восемьдесят градусов и пошли обратно. Бедняги, пожалуй, просидят всю ночь.

— Купер, не пачкайся в крови, у тебя нет зеленого взгляда, чтобы заставить людей не замечать, — сказала я, закидывая в багажник труп. — Возьми второго и суй сюда же.

Купер послушно поднял полумертвое тело и забросил его в багажник.

Кости приподнял и встряхнул оставшегося:

— Только пикни, и я из тебя душу вытрясу. Ну, пока я тебя не загрузил: где ваша машина?

— Уг, — отозвался висящий в его руке парень. — Угх…

— Ты ему гортань повредил, он не может говорить, — заметила я.

— И верно. — Кости проколол себе кончик пальца клыком и оскалился волчьей улыбкой в перепуганное лицо, сунув ему в рот окровавленный палец. — Вот теперь отвечай. Только тихо. А то я вырву тебе язык и спрошу второго.

Даже от капли крови Кости к парню вернулась способность говорить, хотя и не слишком внятно.