Мрачное королевство. Честь мертвецов - Богдан Дорошин

Зомби отпустили меня слишком резко, и я едва не упал. К слову сказать, раны, полученные мною в прозектории, уже успели затянуться, и вместо боли в месте укусов я ощущал лишь легкий зуд. Как пить дать, работа магов, но вот благодарственную речь я приберегу на потом. Неизвестно еще, чем все это закончится.

Штефэнеску при моем приближении не встал и поначалу даже не обращал на меня внимания. Для древнего вампира я был лишь частью декораций, но вот его свита, вампиры помоложе, зашевелились. Кто-то скалил зубы, кто-то шипел, кто-то сохранял на лице высокомерие. В общей толпе я сумел приметить и Йонуца Лупу, который присутствовал при потасовке в гостинице. Молодой вампир остался абсолютно бесстрастным при моем появлении. Друзьями мы не были.

Ко мне быстрым шагом подошел человек в черной мантии, и я с неприятным холодком узнал в нем лысого колдуна. Он, приблизившись, пробасил:

– На колени перед Его Превосходительством, если не хочешь быть выпитым!

Не знаю почему, но во мне взыграло упрямство. Какого черта? Скорее всего, эта свора кровососов в любом случае меня схарчит, так не лучше ли сохранить достоинство и умереть красиво? Впрочем, мои смелые мысли быстро развеялись, ибо сила чужого волшебства надавила мне на плечи, и я все же преклонил колени. Как пить дать – лысый решил помочь.

– Теплокровный может встать, – властно разрешил Штефэнеску низким, почти глухим голосом. – Больдо, спроси у теплокровного, знает ли он, почему предстал пред нашим взором.

Лысый колдун повернул ко мне голову и повторил вопрос слово в слово.

– Вероятно, из-за гостиницы, – озвучил я вполне логичный ответ. – Я работал управляющим в ваш… в заведении лорда-вампира Штефэнеску. Недавно гостиница сгорела, и…

– Больдо! – рявкнул граф, вперив при этом разъяренный взгляд в мою персону. – Сообщи еде, что меня не интересует судьба полусгнившего старого дома!

Чего-чего?.. Старого дома? Несмотря на ситуацию, в которой я очутился, мне стало обидно, ведь гостиница под моим управлением из сезона в сезон приносила стабильный доход! Неужели ее владельцу было настолько плевать на собственное учреждение? А я ведь даже гроссбух заполнял честно…

Штефэнеску между тем продолжил:

– Из проверенных источников я знаю, что у этого теплокровного есть нечто, что долгие столетия принадлежало Королеве. Артефакт невиданной мощи, Искра Звезд!

– При мне ничего нет! – выпалил я.

Штефэнеску зашипел. Вероятно, ему не нравилось, когда его перебивают. Тем более такие, как я.

– Ты непочтителен, теплокровный! – Древний вампир вытянул по направлению ко мне узловатый палец, унизанный сразу несколькими перстнями. – Еще минуту назад я желал одарить тебя великой милостью – разрешил бы поцеловать полу своей мантии! Но теперь я передумал…

Свита из десятков вампиров заволновалась, переглядываясь между собой и зыркая в мою сторону недобрыми взглядами. Чувствовал я себя так, словно оказался в яме с ядовитыми змеями: боялся пошевелиться и ожидал укуса в любой момент.

– Однако мне в любом случае придется использовать тебя. – Граф обращался теперь ко мне лично. – Ведь я знаю, что артефакт тесно сплетен с твоей душой!

Я похолодел. Как я понял, Искра Звезд для некоторых личностей имела цену несоизмеримо большую, чем жизнь одного человека. Не желая злить хозяина замка, я повернулся к Больдо и пролепетал:

– Скажи его вампиршеству, что я не знаю, как извлечь эту штуковину. Честно. Я бы рад помочь, но это не в моей власти…

Лысый уже было открыл рот, чтобы передать мои слова, но Штефэнеску прекрасно расслышал их сам. У вампиров великолепный слух.

– Человек прав, – кивнул граф, не дожидаясь, пока Больдо донесет мои слова до его ушей. – Есть подозрения, что при передаче было задействовано жертвенное колдовство, а значит, насильно отнять артефакт не получится. Теплокровный сам должен захотеть расстаться с «живым» артефактом! Но он не маг и вряд ли разбирается в высоком искусстве. Даже под жестокими пытками мы ничего не добьемся. К тому же, – Штефэнеску ухмыльнулся, – сколь бы низким ни было стоящее перед нами существо, оно какое-то время верой и правдой служило мне, а я умею быть щедрым. Несмотря на проявленную наглость, пища без награды не покинет эти стены.

– Меня отпустят? – пролепетал я, боясь поверить.

– Лучше, – на лице графа улыбка превратилась в хищный оскал, – ты станешь одним из нас! Вампиром.

По залу пробежал ропот, и я не смог доподлинно определить, какие эмоции охватили кровососов. То ли они возмущались решением господина, то ли приветствовали потенциального собрата. Я застыл камнем, ощущая, как холодный пот стекает по спине. В Мрачном королевстве многие мечтали обрести посмертие, но я к их числу себя никогда не причислял. Вечное существование в виде вампира не стоит той цены, которую придется заплатить. Непреодолимая жажда крови, холодное обескровленное тело, боязнь святых артефактов.

А еще страх перед солнечным светом.

Последнее беспокоило особо, ведь я знал, что отныне Королева записала меня в личные враги, а значит, мне необходимо любой ценой покинуть здешние места. Отправиться в земли, где она не сможет протянуть ко мне свои лапы. А если меня обратят в вампира, то на «светлых» землях первый же встречный рыцарь вобьет мне в грудь осиновый кол.

– Это великая честь, ваше превосходительство. – От испуга я снова обратился к Штефэнеску напрямую, но лорд отреагировал уже спокойнее, вероятно посчитав, что таков удел низших существ – быть нахальными. – Я бы предпочел принять другую награду, уж коли вы решили одарить меня своею милостью. Те же золотые монеты вполне сгодятся…

Я говорил сбивчиво, неуверенно, а когда раздался хрипловатый смех лорда-вампира, так и вовсе замолчал. Когда Штефэнеску отсмеялся, я услышал его язвительный ответ:

– Неужто ты думаешь, теплокровный, что вправе выбирать? Как вообще ты смеешь перечить мне?!

– Простите! – выпалил я, поднимая руки в примирительном жесте. – Просто это слишком громадная честь для меня! Я недостоин стать одним из вас!

– Верно. – Штефэнеску кивнул. – Недостоин. Но других вариантов нет. Я не знаю иного способа извлечь Искру Звезд, а потому готов даровать тебе вечную жизнь. Ибо в посмертном теле ты не сможешь удерживать «живой» артефакт.

– А что скажет Ее Величество? – Я панически искал лазейку. – Ведь это ее собственность! Ее гнев…

– Королева больше не имеет той власти и уважения, которыми пользовалась всего несколько веков назад, – фыркнул Штефэнеску. – Ее время прошло, а мое – только начинается. Грядет эра вампиров!

– Но она сильна! – воскликнул я. – И на ее стороне Падшие! Тот же Дэнуц Нягу…

– Некогда я тоже был Падшим. – Штефэнеску в раздражении фыркнул, а мгновение спустя поднялся со своего трона и угрожающе стал приближаться к моей персоне.

Мне стоило громадного самообладания остаться на месте и не вздрогнуть. Когда вампир остановился, я мог вблизи разглядеть мертвенный блеск его глаз, а также устрашающие клыки, от которых веяло смертью.