Ундина особых кровей - Ирина Матлак

— Какое блюдо вы хотите? — чеканя слова, повторил адмирал. — Если верить вашим же словам, день был трудным. Чтобы восстановить силы, вам нужно поесть.

«И чтобы я смогла выполнить нужную работу», — добавила я про себя.

Отложенное наказание несколько успокоило, хотя предстоящая трапеза с адмиралом пугала ничуть не меньше. Тем не менее на поставленный вопрос пришлось отвечать, ибо заставлять морского демона повторять в третий раз — идея далеко не лучшая.

— Булочки с черносмородиновым джемом, — проговорила я первое, что пришло в голову. И, тут же поняв, что таких кушаний на корабле нет, поспешно исправилась: — То же, что ели на ужин все остальные.

Не прошло и полминуты, как передо мной оказалась тарелка с пышущей жаром рыбой, картофельным гарниром, овощами и пиалой с соусом. Горячий чай и… булочки. С черносмородиновым джемом.

Слава поднебесным, на этот раз обошлось без вина.

— Как заказывали, — подворачивая манжеты, сказал адмирал. — Сегодняшний ужин из корпуса.

Я чуть было не спросила, как он здесь оказался, но вовремя вспомнила о Карке — работающей на благо корпуса и отвечающей за подачу блюд потерянной душе. Наверное, и он у адмирала состоит в прямом подчинении.

Приняв единственно верное решение — забыть, где и с кем нахожусь, я с удовольствием утолила голод. Даже вкус сполна ощутила и не подавилась ни разу — прогресс. Адмирал, видимо тоже не поужинавший вовремя, составил мне компанию, и некоторое время повисшую в каюте тишину нарушал лишь стук столовых приборов.

— В столицу едем через три дня, — неожиданно сообщил он.

Я-таки подавилась. Сглазила!

— А как же…

— Последние события этому не мешают, — верно истолковал он мой невнятный посыл. — Напротив. Чем скорее вы увидитесь с семьей, тем лучше.

В горле моментально пересохло, я глотнула чаю. Мне казалось, я уже свыклась с мыслью о необходимости встретиться с родственниками, но волнение по этому поводу все-таки не отпускало. Наверное, дело было не только в них, но и в самом визите в столицу. Я ведь за пределами Сумеречья нигде не бывала…

— Прости, Фрида.

Подумав, что мне померещилось, я подняла на адмирала широко распахнутые глаза, в которых, по ощущениям, отражалось недоумение. Столкнувшись с его взглядом, растерялась окончательно.

— За то, что сегодня опоздал. Я обещал защиту, но Пентаграмма сильно искажает магию, из-за чего мне не сразу удалось понять, что происходит. Охраняющая тебя душа молчала, а амулет сработал неточно. Больше такого не повторится.

Я снова уподобилась саламандре, краснея с макушки до пят. Не зная, куда себя деть и как на такое ответить, просто молча кивнула. Показалось, что всяческие отрицания и благодарности будут сейчас неуместны.

— А теперь приступим к наказанию, кадет Талмор, — сменил тему адмирал Рей, и его глаза как-то странно блеснули.

Если, направляясь сюда, я просто боялась, то сейчас едва не впадала в панику. Почему-то вдруг показалось, что никакие бумажки меня перебирать не заставят и отчеты писать — тоже, и даже об уборке каюты я могу не мечтать. Поднебесные, спасите…

— Прямо сейчас, смотря мне в лицо, десять раз называешь меня по имени.

Впервые в жизни я настолько радовалась тому, что сижу. И очень надеялась, что мое лицо не слишком перекосило от непередаваемой смеси изумления и ужаса.

Глядя на меня, адмирал задумчиво побарабанил пальцами по крышке стола.

— С этим определенно нужно что-то делать…

Видимо, на моем лице все-таки отчетливо проступили испытываемые эмоции, так как он со вздохом пояснил:

— Фрида, нам предстоит часто бывать в обществе друг друга, особенно учитывая предстоящий визит в столицу. А ты до сих пор смотришь на меня как на вышедшего из Глубины Нагхара.

Нервно сглотнув, я поерзала на диване, отползая подальше, и вжалась в мягкую спинку.

— Ты должна доверять мне, а доверие и страх несовместимы, — добавил адмирал и, заметив, что слова меня не убеждают, раздраженно добавил: — Поднебесных ради! Я ведь не прошу называть себя морским котиком на глазах у сослуживцев!

Повисла тишина. Очень долгая тишина, которую я нарушила сдавленным фырканьем. Затем мое фырканье стало громче. А в итоге я вообще не выдержала и рассмеялась в открытую, пряча полыхающее лицо в ладонях.

Адмирал Рей, видимо, решил, что у меня случилась истерика, и, моментально оказавшись рядом, предложил кружку с оставшимся чаем:

— Фрида! Что?!

— Вы… морской демон… — выдавила я сквозь спазмы смеха. — Морской котик…

Меня накрыла новая волна, и пока я пыталась с ней справиться, адмирал вернулся на место. Постепенно цунами схлынуло, в моей душе наступил штиль, и как теперь смотреть на адмирала, было решительно непонятно. Но находиться в неведении было еще хуже, поэтому я все-таки заставила себя робко поднять взгляд. Следуя давней привычке, посмотрела сначала одним глазком, чуть разомкнув ладони, и только потом — двумя.

Адмирал улыбался. Искренне улыбался, и улыбка эта касалась даже обычно ледяных глаз!

— Я бы хотел сказать, что у тебя удивительный смех, но, боюсь, начнется пожар.

Поняв, что он намекает на мои полыхающие щеки, я снова уронила лицо в ладони. Если бы от смущения можно было сгореть, от меня бы осталась лишь горстка пепла.