Темный эфир - Анна Терешкова

Такое впечатление, что я к некроманту в логово попала.

Хотя сравнивать мне не с чем и это может быть обычное явление для темных магов. Все-таки жертвенных постаментов и вопящих девственниц здесь нет. А вот у некроманта точно бы были.

Мне предложили присесть в кресло. Ректор тем временем взял со стола верхнюю папку, после устроился напротив меня.

— Твоя бабушка сочла нужным посвятить меня в ситуацию, в которой ты оказалась, Арэя.

Я вздрогнула. Несколько настороженно взглянула на главу академии, чувствуя на себе ледяные взгляды заблудших душ.

— Об этом известно только мне и полагаю адепту Бэлимору.

— Полагаю, — согласилась с ним.

Марим не могла не послать весточку Лимьену с трагичными новостями.

— Наш разговор не выйдет за пределы этих стен.

Призраки активно закивали, подтверждая слова мага. Но один из них так алчно скалился, что я усомнилась.

— Не буду тебя задерживать. Перейду сразу к делу. Я спрашиваю — ты честно отвечаешь.

Мягкость в голосе ректора, которая до этого звучала — бесследно испарилась.

— Какому ковену принадлежала твоя мать?

— Я не слышала, чтобы мама была связана узами с сестрами тайного круга, — ответила правду. — Она вела отшельнический образ жизни.

Ректор немного помолчал, очевидно, обдумывая мои слова. И выражение его лица мне не нравилось.

— Ты полукровка. Мать — темная ведьма. Отец — светлый дракон, — начал он зачитывать мое дело.

— Да.

— Заклинание восстановления и уровень магии, что показал темный дух, не соответствует этому факту. Несмотря на это даже без аттестации сбежавшего белого дракона, я могу сказать — в тебе чувствуется свет. Слабый, но он подтверждает смешанную кровь.

После того чувства, когда я ощутила пробудившийся эфир, с этим уже не поспоришь.

— Мне непонятно лишь одно.

Я с трудом сдержалась, чтобы не поежиться от цепкого взгляда черных глаз.

— Откуда у полукровки такой дар?

— Не все полукровки рождаются пустыми или слабыми.

— Это крайне редко, — бросив папку на разделяющий нас стол, глава академии откинулся на спинку кресла.

— Я благодарна богам за такую редкость. Но я и сама приложила немало усилий в обучении.

Мой дорогой дядюшка, оказавшийся светлым драконом, этому способствовал.

— Такие редкие кадры единичные случаи. И один из них известен нам всем.

— Кил Торсвар, — сообщила о своей осведомленности. — Я никогда не помышляла встать на путь некроманта, ректор Имирой. И никогда не использовала чары смерти. В академии я оказалась по воле случая и некоторого обстоятельства.

— Посвятишь меня в них?

Отвечать я не спешила, обдумывая, стоил ли. В итоге решила умолчать о мерзавце Омасе. Смысла о нем говорить нет.

Ректор вздохнул, сцепил пальцы в замок и мрачно добавил:

— Ты нарушила одно из правил академии.

— Пока не заглянешь в глаза смерти, невозможно сказать, на что ты готов ради жизни. Спасая себя, я нарушила одно правило, ректор Имирой, при этом никто не пострадал. Более того я восстановила статуи богов.

— Именно поэтому на этот раз я закрою глаза, — неожиданно заявил маг и прежде, чем я расслабилась, добавил: — Но ты должна помнить. Даже высшие маги могут быть поглощены собственным источником.

— Мне это известно.

— Можешь отправляться в жилое крыло. Завтра будет распределение, расписание получишь от куратора, которого приставят к тебе и твоей группе.

Я кивнула, поднялась и быстренько покинула кабинет, заметив на себе уж очень неодобрительный взгляд секретаря главы академии. Рыжеволосый гном даже языком поцокал.

Великая Тьма! А ему я, чем не угодила?

Только я решила, что на сегодня мои темные фибры души больше не будут подвергаться нападкам со стороны нервных субъектов, как на пути в жилое крыло, я наткнулась на Дэйвара. Принц Тьмы стоял, подпирая стену со сложенными на груди руками.

Хотя с чего это я решила, что он поджидает меня? Может темный решил прогуляться к женскому общежитию. Насколько мне известно, жилое крыло парней находится на другом конце академии.

Проходя мимо, кивнула Дэйвару, и уже было подумала, таки да, гуляет, когда услышала:

— Эй, ведьмочка, не расскажешь мне, что тебя связывает с Элаем?

Против воли пришлось остановиться.

Хотелось ответить «страшная месть», которую я обязательно в скором времени придумаю, но сказала другое:

— Ничего. Впервые его видела.

С губ Дэйвара сорвался смешок, оттолкнувшись от стены, он шагнул в мою сторону. Остановился в полушаге и нагнулся к моему лицу.

— От «ничего» наш принц светлой братии не бросается спасать ведьмочек. Понаблюдать в сторонке запросто, а спасать за «ничего» это вряд ли.

— Принц? Он-то? — нервно переспросила я, стараясь отодвинуться.

— Эларонис Митиан. Второй наследник Владыки Свободных земель.

Этот ящер неуклюжий еще и принц? Тогда понятно, почему куратор Гольман стушевался.

— Вижу, он не представился, — снова усмешка.

— А я вижу, тебя очень интересует как сам Элай, так и его окружение. Что? Песочницу не поделили? — Не сразу сообразив, что ляпнула это вслух, прикрыла рот ладонью, немного подумала и добавила: — Мой принц.

Что уж тут поделать. Сказанного не вернешь. У нас у ведьм напрочь отсутствует чувство самосохранения и рамками мы себя не ограничиваем. Многие и подавно переходили черту, используя чары смерти. Только эта магия подчиняет сердце, отравляет разум и извращает душу. Тогда в ход шли жертвенные ритуалы, и даже ингредиенты в виде слез неумолимой горечи и утраты, последние капли крови и чувства. Это колдовство приносило в этот мир такое зло, что содрогалась земля.

Потому-то нас раньше без разбора и истребляли как некромантов. Но времена менялись, а сила ведьм росла. Тогда-то сильные мира сего пораскинули мозгами и решили, что истреблять-то можно не всех и ведьмы окажутся хорошими союзниками в борьбе против Хаоса и Проклятых богов. Точнее их последователей.

— У нашей новенькой острый язычок, — елейным голосом протянул темный, ухватив меня за подбородок холодными пальцами.

Чтобы Дэйвар не собирался сделать, а я воображать эти красочные картины не хочу, ему помешала появившаяся магичка.

— Решил скрасить ожидание? — усмехнулась она, аккуратно подбив каштановые кудри.

Черный принц улыбнулся. И такая это была улыбка. М-м-м. Любая гиена обзавидуется. Щелкнул меня по носу и, бросив на прощание многообещающий взгляд, удалился, обнимая темную за талию.