Загадка имперского посла - Сергей Садов

— Простите… простите, госпожа. Но как подумаю о господине…

Из-за ее спины Арет кивнул девочке и вернулся на место.

— Я понимаю. Вы готовы?

— Да-да. Если я смогу чем-то помочь…

— Хорошо. Вы когда в последний раз видели господина?

— Дайте подумать… Утром… Да, утром, он собирался ехать в посольство, сказал, что задержится там допоздна, что у него много работы, и велел его вечером не ждать. Попросил только приготовить ему хлеба и оставить его на столе в комнате, вместе с вином.

— Приготовили?

— Конечно! — В голосе служанки явственно слышалось удивление — как можно ослушаться приказа господина?

Наташа чиркнула в блокноте.

— Утром, это позавчера?

— Ну да. А вчера сказали, что господин…

— И вечером вы его не видели? — поспешно вмешалась Наташа, заметив вновь появившиеся слезы у Моти.

— Нет. Я, пока не стемнело, прибралась в комнатах, как обычно, вытерла пыль. Потом нарезала свежего хлеба и отнесла его с кувшином вина в комнату…

— Когда примерно отнесли?

— Уже стемнело.

— Ага, значит, часов в десять или в половине одиннадцатого. Отнесли вино и хлеб, а потом?

— А потом пошла к себе в комнату и легла спать.

— Вы постоянно здесь живете?

— Да, госпожа. У меня есть дом, обычно я прихожу сюда только днем, но когда госпожа уехала, господин Рекнерт попросил меня временно переехать сюда. Он даже жалованье мне увеличил. Господин был такой добрый…

— Спасибо, — вновь поспешно вмешалась девочка, прежде чем пролились новые реки слез.

— А что теперь со мной будет? — Похоже, этот вопрос мучил кухарку уже давно, но только сейчас она осмелилась его задать.

— Да ничего. Послу ваши услуги уже вряд ли понадобятся. Так что можете забирать свои вещи и ехать домой. Дядя Гонс, предупредите охрану, чтобы не мешала ей уехать.

— Вы уверены? — поинтересовался Вестарий, когда за обрадованной кухаркой закрылась дверь. — У убийцы мог быть сообщник в доме.

— Вы сами-то в это верите?

— Дело не в том, верю я или нет, — нахмурился офицер. — Я не могу исключить такую возможность.

— Даже если она сообщник, продолжать держать ее в доме бессмысленно. Что это даст?

— Ее можно забрать в посольство и допросить как следует.

Наташу передернуло.

— Знаете, — разозлилась она, — если бы меня забрали в посольство и допросили как следует, я бы призналась в чем угодно. А вообще назвала бы вас своим сообщником, что это вы меня подговорили и что вы мне угрожали, заставляя следить за добрым господином Рекнертом и сообщать о каждом его шаге. О, я такие подробности напридумывала бы…

Вестарий слегка побледнел и с некоторой оторопью покосился на девочку.

— На вашем месте я бы ее не злил, — ухмыльнулся Арет со своего места. — Она вполне может такое учудить. Вы бы поинтересовались, как она прощения просила…

— Дядя Гонс!!!

— Молчу-молчу.

— К тому же вы не могли видеть этого.

— Почему это? — делано удивился маг. — Я прекрасно все видел. О предстоящем действе мне сообщила тетушка, и я просто не мог пропустить такое зрелище. Я был рядом с преподавателями и все прекрасно видел. И ни минуты не жалею, что опоздал из-за этого на заседание Совета Магов.

Наташа сначала нахмурилась, потом хмыкнула.

— Вредина, — буркнула она. — Давайте вернемся к делу.

Арет привстал, выглянул за дверь и отдал распоряжение дежурившему там солдату. Вскоре появился Рик. Вот полная противоположность Моти. И дело не в разнице полов. Если Моти толстушка небольшого роста, то Рика вполне можно назвать верстой коломенской. Длинный, худой, черные волосы, стриженные ежиком, лет двадцати пяти на вид. Держится хоть и с опаской, но себе цену знает. Неторопливо вошел, поклонился всем разом и замер, дожидаясь вопросов.

— Доброе утро… Рик, правильно?

— Рик Уртон, — представился вошедший.

— Очень приятно. Меня зовут Наталья, еще многие называют Призванной.

— Я слышал о вас, госпожа.

— В таком случае не ответите на некоторые вопросы?

— С радостью, если это поможет найти убийц господина.

— Вот как? Вы к нему хорошо относились?

— Он был достойным человеком и хорошим господином.

— Хм… Хорошо. Как я понимаю, вы видели его последним в тот вечер?

— Совершенно верно. Он вернулся после полуночи из посольства. Я его встретил, дал корм коню.

— Дали корм?

— Да. Господин велел не расседлывать коня и сказал, что скоро снова уедет. Я слегка ослабил подпругу и дал немного овса.

— Ваш господин долго отсутствовал?

— Минут сорок.

— А вы в это время что делали?

Рик чуть покраснел.

— На звезды смотрел…

— Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты. Как мимолетное виденье, как гений чистой красоты.

Рик покраснел еще сильнее.

— Красиво говорите, госпожа.

— Это не я говорю, но слова дарю, можете сказать их своей девушке. Автор строк, полагаю, не обидится.

— Спасибо, госпо… ой… — Рик совсем смутился, не зная, куда спрятать лицо. Даже Вестарий улыбался.

Девочка кивнула на стул:

— Присаживайтесь, Рик. У меня на родине говорят: в ногах правды нет. Похоже, вы действительно можете помочь нам в поисках убийцы. Значит, вы сидели рядом с конем и смотрели на звезды, думая о… ладно-ладно, не будем об этом. Посол вернулся через сорок минут, что было дальше?

— Я подтянул подпругу и подвел ему коня.

— Это был посольский конь? — поинтересовался Вестарий.

— Совершенно верно, господин. Я еще удивился. Обычно господин посол предпочитал своих.

— А своего он оставил в посольстве? — Девочка повернулась к Вестарию.

Тот кивнул:

— Да. Меня это тоже удивило. Но он сказал, что его конь немного хромает и что он не хочет излишне напрягать его.

— Вы потом осмотрели коня Рекнерта?

— У меня не было причин не верить господину послу. После известия об убийстве осмотрел… Конь вполне здоров.

— Понятно. — Наташа задумалась. — Ну, тут вроде все очевидно. Если посол собирался ночью куда-то ехать в костюме простолюдина, то, естественно, он взял лошадь неприметную. Сколько у него, кстати, всего лошадей?

— Три, госпожа, — на этот раз ответил Рик.