Мой босс - палач - Анна Владимирова

— Жениться? — вернула его в русло.

— Да, — спокойно кивнул.

— Отказать не могу?

— Устанешь, — покачал он серьезно головой. — Слишком нужна.

— Хочешь еще один брак по расчету?

— Один единственный, — поправил он. — Безусловно.

Я замолчала и отвернулась в сторону улицы. Стало смешно, насколько я не готова к реальности. Правильно говорила мама, надо было возвращаться домой после третьего курса, закончить местный провинциальный университет и всю оставшуюся жизнь разбирать дела пропавших куриц, травленых собак и сведенных коров.

— А как ты попал в этот договор с твоей невестой? — стало вдруг интересно.

Нам как раз принесли заказ, а нет лучшего сочетания, чем хлеб и зрелища.

— Был идиотом, — не собирался обеспечивать он мне второго составляющего, и даже, кажется, вознамерился спокойно поесть.

— Интересное дело, — поощрила его.

— Ее отец поддержал меня на выборах главного инквизитора. Это было давно.

— Намекаешь на то, что поумнел? — Сама удивлялась, с чего вдруг наш разговор стал таким легким.

— Я до последнего не знал его цену.

— Узнал бы — отказался?

Видела — била его ощутимо, но он будто этим наслаждался. Противоречия в нашем общении были похожи на парнвальдские огни — ярко, но очень опасно.

— Нет, — не изменял он себе.

Только зачем? Давал понять, что между нами настолько все честно? К чему ему такой риск, если за мной бегает пресса? А когда все узнают, что теперь я его невеста — будут бегать с удвоенной скоростью.

— То есть тогда тебя это, скорее, устроило, — обличительно ткнула в него вилкой. — А сейчас ты просто соскакиваешь, отказываясь исполнять свою часть сделки.

— Я уже начинаю бояться встречаться с тобой в суде, — отвесил он комплимент.

— Ой ли? — с сомнением прищурилась. — Обо мне же ты тоже не думаешь в этот раз, как и не думал о предполагаемой невесте. Даже если у вас нет любви, она очень расстроена. Сколько она тебя ждала?

— Она не ждала, — притягательно заострялись его черты. — Бабочка, ты слишком сентиментальна.

— Кому-то надо, — вздернула я брови, — в вашем мире циничных властных мужчин и расчетливых стерв!

Он широко улыбнулся, чуть повернув голову набок, словно в поиске лучшего ракурса. А у меня дыхание сперло, насколько хорош дьявол. Пожалуй, я бы тоже расстроилась, брось меня такой жених.

— Это и есть тот договор, который символизирует эта жгучая печать?

— Да, — кивнул.

— И… как ты себе это видишь? — откинулась на спинку кресла.

Думать о том, что через пятнадцать минут нужно продолжить путь в изолятор, не хотелось. Тут, на красивой веранде, где густо пах после дождя жасмин, казалось, что в этом мире нет всей этой несправедливости.

— Все обсуждаемо, — обхватил он руками чашку, и я снова прикипела к ним взглядом. Мир уже не пах жасмином, открывая совсем другие потайные ноты. — Заключим договор, поженимся… — он внимательно следил за мной, я видела это боковым зрением, но игру взглядов не принимала. — Создадим идеальный брак напоказ…

— А потом? — все же подняла на него взгляд.

— Любая другая в этом месте спросила бы, что ей с этого будет.

— А мне что-то с этого может быть? — усмехнулась. — Ты же все равно не дашь выбора, отказать не позволишь… Тебе не нужно со мной договариваться.

— Не нужно, согласен. Но важно.

— Мне с этого будет испорченная к чертям жизнь, мистер Рэд. Никакие деньги этого не исправят. Ты же снова получишь несколько очков к своему основному плану — инквизитор женился на салеме! Общественность никому не позволит тебе препятствовать, ведь ты предстанешь таким благодушным — сжалился над бедной девочкой! Потом подстроим мою трагическую гибель — и ты станешь вообще едва ли не святым мучеником.

Он слушал, подперев щеку рукой.

— А может, я просто сделаю тебя счастливой? — улыбнулся нагло.

— Это было бы еще проще, — закатила глаза, — исчезни ты из моей жизни — я бы была счастлива.

— А ты счастлива? — Я захлопнула рот, едва раскрыв. — Нет, серьезно? Оголяясь каждую ночь для плотоядных взглядов, а каждый день воюя с дискриминацией на износ, ты чувствуешь себя счастливой? — давил он.

— До тебя было лучше, — упрямо процедила. — Теперь я воюю с тобой и все так же оголяюсь перед плотоядными взглядами по ночам.

— Насколько я знаю — не оголяешься, — прищурился он.

— А жить мне с чего, господин инквизитор? Мне еще сессию оплачивать, квартиру, не говоря про жизнь. Или потребовать себе жалование фиктивной невесты?

— Почему бы и нет? — мрачнел он.

— Потому что это унизительно, а твоя бывшая невеста окажется права на сто процентов, обзывая меня шлюхой.