Утраченный идеал - Дэйв Дункан

Вслед за герольдами шли Вассайл и Хейвик, поддерживавшие друг друга. Аркелл прикрывал подопечного слева, Оук справа. Сзади ступали рыцари. Залы и лестницы, позолота и мрамор, фрески и мозаика… Наконец они вступили в зал приемов, разделенный на две части центральным проходом, ведущим к трону. Придворные, похожие на павлинов и бабочек, расступились. Зазвучали трубы. Холеные ладони захлопали.

Ощущение тревоги усилилось. Это все вздор и суета, говорил он себе. Все важные вопросы обговорены и согласованы еще несколько месяцев назад мастером Меррисоком и каким-нибудь послом Исилонда. Вассайлу выдали охранную грамоту. Шивиаль и Исилонд поддерживают добрые отношения и строят союз против Тергии. Случиться ничего не должно.

И все же что-то было не так.

Герцог де Бриен, Регент Исилонда, важно восседал на троне, весь в мехах, шелках и драгоценностях. Выдвинутая вперед, как у хищной птицы, голова, старческие руки на набалдашнике костяного посоха, желтые зубы и улыбка, расщепившая сморщенное лицо. Даже по печально известным стандартам злобных дядюшек де Бриен имел репутацию мастера двуличия. Никто в общем-то и не надеялся, что король-инфант когда-либо вступит в наследство.

Трон окружали с десяток Сабель, подчеркивавших свою важность вальяжными, расслабленными позами. Трое отличались огромным ростом, еще двое – шрамами. Де Роже, вероятно, был удален от двора после постигшего его позора, но Аркелл подозревал, что еще какое-то число гвардейцев находится неподалеку. Твердо настроенный не пялиться по сторонам, подобно неотесанному деревенскому увальню, он обвел зал одним быстрым взглядом и сразу понял причину охватившего его беспокойства: здесь не было женщин. Что бы это могло означать? Мужские игры?

Оук нервно кусал губы. Аркеллу тоже было не по себе – слишком много вооруженных людей окружали их подопечного.

К облегчению всех присутствующих, его превосходительство посол лорд Хейвик ухитрился-таки исполнить свою роль в церемонии, не обрушив позора ни на себя, ни на своего короля. Он представил гостя, не ошибшись с именем. Последовали поклоны, приближение на несколько шагов к трону, снова поклоны… Верительные грамоты вручены и приняты… Наилучшие пожелания высказаны… Вассайл сообщил о награждении регента Белой Звездой по поручению Ательгара… в ответ его произвели в кавалеры Ордена Серебряной Розы.

Вся эта чепуха закончилась тем, что Вассайл остановился в двух ступеньках от трона. -Его Клинки остались внизу. Впрочем, они даже в Грандоне не исполняли никаких придворных функций. Диксон и рыцари, отставшие еще больше, растворились в толпе приглашенных.

– Его превосходительство – уважаемый гость, – сказал Регент.

– Его высочество необыкновенно любезны, – сказал посол.

Регент выразил надежду на то, что король Ательгар пользуется расположением духов.

Посол высказал восхищение красотами Исилонда. Если его превосходительство нуждается в чем-то…

Вассайлу требовалась тысяча лошадей, как скаковых, так и вьючных. В крайнем случае он мог бы обойтись и парой сотен, но здесь не место для обсуждения серьезных проблем. Приемы – повод для веселья и приятных разговоров.,. Оказывается, чудовищная гора жира и хрящей, не имевшая, как казалось, ни малейшего понятия о любезности, могла – при необходимости – вести себя на зависть дипломатам. Раб иерархии, он пресмыкался перед высшими и был груб, как свинья, со всеми остальными.

Ничего не значащая болтовня прервалась самым нежданным образом. Регент сменил тон.

– Эти двое и есть ваши прославленные Клинки, не так ли?

Аркелл почувствовал, как холодок коснулся его шеи. Весь зал замер и напрягся, словно каждый только и ждал этого момента.

Сабли, стоявшие у трона, поправили оружие. На их лицах появились презрительные улыбки. Непреодолимая пропасть отделяла этих славных воинов от Шивиальских Клинков, зубоскалов и подонков. Сабли были сынами великих династий, их предшественники носили оружие по меньшей мере на протяжении четырех поколений.

Одутловатое лицо Вассайла потемнело.

– Это всего лишь слуги, ваше высочество. Шустрые, ловкие, но не более.

– Однако же непобедимые в благородной науке? Мы слышали, что один из ваших людей провозгласил себя чемпионом всей Эврании. – Хищная голова повернулась, взгляд скользнул по залу, отыскивая мертвечину. – Где наш кузен де Роже?

Выступивший из толпы человек низко поклонился и подмел пол плюмажем широкополой шляпы. На нем был пурпурный с золотом костюм, на правой щеке белел шрам, и в целом он оказался крупнее и моложе, чем предполагал Аркелл.

Вот и добыча. Не лорд Вассайл, не Клинки – по крайней мере пока. Хищник наметил жертву в лице графа Де Роже, опозорившего себя, свой Орден, свою страну, свою семью, своего дядю… Каким же будет наказание? И почему здесь нет женщин?

– Ах да, – произнес Регент. – Кто из этих двоих преподал тебе урок в Грандоне, племянник?

– Юноша по имени Бомон, ваше высочество. Его здесь нет.

– Милорд посол?

В ситуации, когда другой сжался бы от страха или потупился в смущении, Вассайл надулся как жаба.

– Ваше высочество, король предоставил мне трех Клинков, но с собой я привел лишь двоих.

Герцог поджал губы – похоже, задуманная им шутка не получилась. Может быть, планировался реванш?

– Не вылезай, – прошептал Оук. Аркелл слегка повернул голову.

– Что? – одними губами спросил он и с ужасом увидел, как его напарник сделал пару шагов вперед.

Его голос прозвучал чуть громче, чем диктовалось необходимостью:

– Если благородный лорд желает получить еще один урок, я буду счастлив.

Зал настороженно притих. Аркелл хотел только одного: проснуться и узнать, что все это только сон. Услышать такие слова от Оука, мягкого, добродушного Оука? Что делает этот безумец? Это же святотатство, повод к войне… Да одно только чтение обвинений растянется на годы; если их не повесит Регент, то это сделает Ательгар. Лорд Вассайл снова побагровел. Казалось, его хватит удар. Прежде чем он успел что-то сказать…

– Итак? – вопросил регент. – Еще один Бомон, да? Оук уже рвался в бой:

– Как Клинок я мусор, ваше высочество. У меня хромота. Но с ним управлюсь.

Де Роже побледнел так, что шрам стал невидим. Пальцы сжали рукоять меча.

– Ваше высочество, позвольте…

– Нет! – Регент снова улыбался. – Лорд посол! Нет, кузен! Ты не можешь ответить на вызов. Он не благородных кровей. Комендант!

– Ваше высочество?

Воин, стоявший ближе других к трону, сделал шаг вперед. Коренастый, постарше других, но все еще сухой и жилистый, он отличался от прочих не только более обильной позолотой, но и огромными белыми усами. Легендарный Доберош, расправившийся с верукскими мятежниками, вышедший однажды в финал Королевского Кубка, единственный чужеземец, забравшийся так далеко.