Принцесса помойки - Вячеслав Шалыгин

Яков, вне себя от страха и негодования, забарабанил по прочному люку, но ответа не получил. С той стороны шлюза уже была пустота. Шлюпка с пилотами и прочими членами экипажа стартовала в направлении недалекого Супертрахбаха. Злюхин завыл и бросился к межвагонному тамбуру. Рассудок покинул его пока не полностью, и он вполне логично предположил, что шлюпки должны быть во всех вагонах экспресса.

К отправлению капсул из второго и третьего вагонов он опоздал. Оставался лишь последний, но там были враги: ненавистный Зигфрид и его покровители из контрразведки. Ну что ж, значит, так тому и быть! Злюхин стиснул зубы и решительно пнул в дверь последнего вагона.

Дверь не поддалась. Яков пнул сильнее и отбил пятку. Дверь держалась достойно. Злюхин в порыве отчаяния навел на нее лучемет, но тут за его спиной раздался оглушительный вопль.

Бывший олигарх испуганно обернулся и почувствовал, как шевелятся волосы на голове и груди. В дальнем конце вагонного коридора ворочалось и пульсировало черное Нечто. Оно медленно приближалось и тянуло к Якову аспидные щупальца. Злюхин заверещал, как пойманный за уши кролик, и пальнул в черную субстанцию.

В ответ Нечто, словно обидевшись, плюнуло фонтаном мусора, объедков и парой объемистых сгустков своего невероятного вещества, которые, немного не докатившись до Якова, распались миллионами брызг и оставили на ковровой дорожке двух отливающих медью громил. Сначала Злюхин подумал, что это роботы-стюарды из вспомогательного персонала экспресса, но под медными бровями человекоподобных чудовищ зажглись безжизненные красные глаза, и Якову стало совсем нехорошо. Эти истуканы смотрели прямо на него. А еще они медленно, но верно тянули в его сторону огромные клешни.

– Помогите! – завопил Яков Дормидонтович. – Здесь зомби! Они хотят меня задушить!

В этот момент за спиной Злюхина лязгнула дверь тамбура, и его за шиворот втянули в четвертый вагон.

– Ого! – поспешно запирая дверь, произнес Зигфрид Безногий. – Я сначала подумал, у меня уже «глюки» от водки. Откуда взялись эти болваны?

– Я... я не знаю, – Якова била крупная дрожь. – Там что-то черное... Оно колышется и ползет... как огонь, только черный. А эти из него появились. У них такие глаза! Мертвые совсем!

– Огонь, водка и медные трупы, – подытожил Безногий. – Кстати, Яков Дормидонтович, вы что тут делаете?

– Яша? – донеслось из купе.

Спустя секунду оттуда выглянула Аглаида Карловна. Злюхин уставился на старушенцию в полном недоумении. Примерно через минуту в его взгляде промелькнул испуг еще похлеще, чем от вида «медных трупов».

– Глаша? – Он попятился, несмотря на то что Зигфрид по-прежнему крепко держал его за шиворот.

– Злюхин, ты чего? – удивился капитан. – Ты куда?

– Мне надо... – Яков схватился за рукоятку двери тамбура. – Я там... забыл кое-что!

– Там же эти... оловянные мертвецы и огонь... черный, – напомнил Зигфрид.

– Мне надо! – истерически выкрикнул Злюхин и распахнул дверь.

– Карловна, это он от тебя драпает? – удивился Безногий.

– Яша, любимый, вернись, я все прощу! – старушка с нехарактерной для ее возраста прытью бросилась вдогонку за Яковом и в прыжке ловко повалила его на резиновую гармошку тамбура.

– Злюхин, вы арестованы! – добавил сумбура в ситуацию возглас появившегося из грузового отсека Сбондина.

– Нет! – Яков, даже с Аглаидой на спине, быстро уползал навстречу черной субстанции и ее медным подручным. – Лучше в Щекотурию! В Дрисландию! В Зомбирь проклятую!

– Приказываю остановиться! – рявкнул Сбондин и, оттолкнув с пути Зигфрида, тоже бросился в третий вагон.

– Яша, вернись ко мне, не надо в Щекотурию! – вопила Карловна.

– Лучше смерть! – плюясь через левое плечо, ответил Яков. – Женитьба на тебе была моей худшей ошибкой молодости!

– Ну вы вообще, – изумленно глядя на эту мизансцену, заявил Безногий. – Надо же, какой поворот!

Черная субстанция вдруг подалась вперед и выплюнула кучу какого-то хлама, а заодно еще один сгусток, который подкатился к тамбуру гораздо ближе, чем стояли блестящие болваны. Зигфрид насторожился и положил руку на рычаг, в полной готовности захлопнуть дверь при малейшей опасности.

Сгусток распался, и взглядам пассажиров проклятого экспресса предстала... Аманда!

Зигфрид почувствовал, как трепещет и замирает сердце. «Надо завязывать с водкой, – пришла мысль, – вишь, как сердечко шалит...»

Аманда между тем проворно вскочила на ноги и, грозя черному Нечто кулаком, проорала во всю глотку:

– Уроды! Кошку верните! Отдайте мою мурлышку, зомби тухлые! Щекотанцы дристанутые! Отдайте, или я сейчас вернусь!

Черная субстанция пошла крупной рябью, будто морщась от ее воплей. Студенисто подрожав несколько секунд, она конвульсивно дернулась и исторгла еще один черный клубок. Он со страшным воем прокатился совсем уже до двери тамбура и растянулся у ног Зигфрида взлохмаченной мурлышкой. Бездонный взгляд «кошки» горел безумным огнем, а клыки были оскалены до самых десен.

– Киса! – зачарованно шепнул Зигфрид. – Маня! Вы вернулись!

Мурлышка, услышав дрогнувший хозяйский голос, спрятала клыки и взвыла еще громче, но теперь не угрожающе, а радостно. Безногий раскрыл объятия и заключил в них сразу обеих вновь обретенных подруг. Киса тут же заурчала, а мадемуазель Борщ попыталась вырваться, но расчувствовавшийся Зигфрид держал крепче, чем абордажный магнит.

– Амандочка! – следом за Безногим вякнула Аглаида Карловна. – Дочурка!

Безногий заинтересованно перевел влажный от радости взгляд на старушенцию. Та счастливо обняла ляжку Злюхина и повторила:

– Доченька вернулась!

Удивлению капитана уже просто не было пределов, но зато теперь Зигфриду стало понятно почти все. Такое яблочко, несомненно, могло упасть только с такой яблоньки. Когда же Карловна уточнила свои родственные притязания к присутствующим, Безногий окончательно убедился, что генетика – точная наука.

– Яша, это Аманда, наша с тобой дочка!

– Мама? – Аманда кое-как вывернулась из пахнущих шерстью и перегаром объятий и рассмотрела в клубке из трех борющихся на полу тел знакомые детали. – Какого хрена вы тут делаете? И кого это вы сватаете мне в отцы? Этого потрепанного хмыря?

– Доченька, это сам Яков Дормидонтович!

– Не верю! – сдавленно прохрипел Злюхин. – Это подлог!

Он попытался взбрыкнуть ногами, но за них мертвой хваткой держалась Аглаида Карловна.

– Ха! – Аманда торжествующе уставилась на Зигфрида. – Так я дочь миллиардера?!

– Бывшего, – капитан виновато улыбнулся и наконец-то расцепил руки. Подруга тут же выскользнула, а мурлышка осталась висеть, обнимая его лапами за шею.