Эвританские хроники - Олег Шелонин

— Ишак худо-о-ой! Гора круто-о-ой!

Катился к закату четвертый день его пребывания а Эвритании. Кирилл упорно лез вверх на «верблюда», за которым, по слова Мордана, проживал Фарадан. Было скучно, голодно, а по ночам еще и холодно. Первую половину дня он развлекал себя, истошно вопя: «Если парень в горах не ах!» — пытаясь заглушить бурчание в животе. Вторую половину посвятил творчеству, результатом которого и явился изумительный шедевр:

— Ишак худо-о-ой! Гора круто-о-ой!

На этой высокой ноте он преодолел седловину «верблюда» и осмотрелся. Пещеры вокруг не наблюдалось, зато порадовал взгляд ряд неказистых домишек, сгруппировавшихся в центре раскинувшейся внизу долины. В животе заурчало еще сильнее. Деньги, спасибо Давлету, у него были. И по здешним меркам — немалые.

— Говорят, горцы славятся своим гостеприимством. Проверим.

Спуск прошел ускоренно. Оголодавший путешественник летел как на крыльях. На подходе к деревне Кирилл притормозил, перевел дух, причесал пятерней свой пышный чуб и даже отряхнул изрядно пропыленные джинсы. Не хотелось появляться на глаза жителям грязным, лохматым бродягой. Приведя себя таким образом в относительный порядок, он двинул было дальше, как вдруг из кустов раздался чей-то голос:

— Мужик, дай закурить.

— Не курю, — насторожился Кирилл. Начало диалога было многозначительное и до боли знакомое.

— Это хорошо. Спортсмен, наверное… Люблю спортсменов… А ты, случаем, не герой?

— А тебе кто больше нравится, — засмеялся юноша, пытаясь разглядеть невидимого собеседника в кустах, — спортсмен или герой?

— На вкус-то они одинаковые. Тут ведь как приготовить… Так ты кто — спортсмен или герой?

— Вообще-то я спортсмен, — насторожился Кирилл, — но меня усердно прочат в герои.

— Давно собирался сесть на диету, — задумчиво произнес тот же голос, — много есть вредно.

— Хорошая мысль, — одобрил юноша, — рекомендую вегетарианскую. Говорят, от ожирения хорошо помогает.

Затрещали ветки. Между деревьями мелькнула чья-то мохнатая спина. Кирилл похлопал глазами.

— Живут тут, видать, зажиточно. Питаются неплохо — раз жирок лишний есть. Это радует.

Герой Эвритании двинулся дальше. Не прошел он и десяти шагов, как из кустов раздался тот же голос:

— Мужик, выпить есть?

— Не пью, — отрезал Кирилл.

— Это хорошо. Спортсмен, наверное… Люблю спортсменов… А ты, случаем, не герой?

— А тебе кто больше нравится? — потребовал уточнения Кирилл, потянувшись к рукоятке катаны, торчавшей из-за спины.

— Вообще-то кровь у них на вкус одинаковая… Вкусная… Так ты кто — спортсмен или герой?

— Спортсмен с обалденными задатками героя! — Кирилл выхватил самурайский меч из ножен и сделал шаг к кустам.

— Псих! Точно псих! — Кусты затрещали. — И кровь у тебя наверняка дрянная. Не буду я ее пить. Еще отравлюсь.

Лохматый клубочек вновь мелькнул между деревьями. Юноша покачал головой и возобновил движение к намеченной цели. Тропа вильнула. Клубочек сидел у обочины, уже не скрываясь. Он раскачивался и канючил тоненьким плаксивым голоском:

— Подайте подая-я-яние на пропита-а-ание бедному домово-о-ому. Хозяйка померла, дом развалился, три дня не ел, шесть дней не умывался, из одежды один топор остался… — Клубок покосился на катану и торопливо добавил, потупив взор: — И тот вчерась потерялся.

Кирилл выудил из кармана золотой:

— Лови!

Домовой вскинул голову и поймал.

— Ую-юй! — заверещал он, хватаясь за правый глаз. — Полегче нельзя?

— Льзя, но нету, — сообщил Кирилл, засовывая катану в ножны, — у меня только золото.

— Золото? — подскочил домовой. Пострадавший глаз немедленно раскрылся. — Добренький дяденька денежку дал! — Домовой от избытка чувств запрыгал, как козленок, вокруг Кирилла. — Ну, теперь берегись, нечисть поганая! — погрозил он невидимым противникам в сторону деревни. — Вы у нас попляшете! Это вам не халам-балам! Настоящий герой! Вампиров не боится, людоедов не боится, добрый…

— Проверял, значит?

— А то!

— Зачем?

— Как зачем? Тут этих героев столько перебывало. Пропасть! Герой! Герой! А как до дела… До сих пор не пойму, как они из доспехов выпрыгивать умудряются? Улепетывают так, что пятки сверкают. У меня этих доспехов — ну завались. Армию одеть можно. Прикупить не желаешь?

Домовой явно не прочь был облегчить карман очередного героя еще на несколько золотых.

— Без надобности.

Лохматый комочек разочарованно вздохнул.

— Тебя как зовут, пушистик?

— Кузя. А тебя?

— Кирилл.

— Просто Кирилл? — удивился домовой.

— Просто бывают только Марии. Помешались вы тут на титулах. Мое Величество этого терпеть не может. Так что Кирилл — и точка!

— Так ты король? — выпучил глаза Кузя.

— Не сыпь мне соль на рану! — попросил «король». Перед его глазами стояла Натали. Сцена прощания была душераздирающей. Принцесса рвалась сопроводить своего героя до пещеры Фарадана, чему воспротивился Мордан. Да что уж скрывать — и сам герой тоже!..

В дорогу Кирилла снабдили кошелем Давлета, оброненным абреком в процессе панического бегства, и страстным поцелуем. Последнего, к счастью, никто не видел. Натали приказала своим людям отвернуться, закрыть глаза и заткнуть уши.

— Ваше Величество, — домовой недоуменно крутил головой, — а где же Ваша свита?

— Нету! И свиты нету, и королевства…

— А где ж оно?

— Потерял… Отстань!

— Что значит отстань? — Кузя колобком катился перед Кириллом, путаясь под ногами. — Свита — ладно, но королевство! Это ж какие деньги! Надо найти!

— Неплохо было бы. Но это вряд ли.

— Найдем!

— Ты лучше пожрать чего-нибудь найди. Брюхо спине прилипло. В этой деревне есть приличный кабак?

— Не пущу!!! — Домовой перегородил дорогу, растопырив коротенькие ручки. — Героя пустил бы, короля не пущу!

— Почему?

— Тебя там прибьют, а я без королевства останусь…

— Чего-о-о?!!

— Ну неужели вы, Ваше Величество, откажете бедному домовому в должности, скажем, камердинера, если он найдет вам королевство?

— Ну, если так ставишь вопрос — не откажу.