Отбор попаданок для короля-дракона - Полина Нема

За завтраком я ковыряла кашу, не съев ни кусочка. И пить хотелось ужасно.

Слуги принесли мои вещи на королевский этаж лишь по утру. Грета успела помочь одеться и убежала на кухню. Трудолюбивая горничная проснулась пораньше, успела сходить в город, купить продукты и вернуться.

Король сидел во главе стола, а рядом его мать. Место фаворитки, любовницы, невесты, жены пустовало. Он хотел посадить меня туда, но я успела сесть на другое, в самом конце, поближе к выходу. Вскоре рядом сел Алан.

– Помогло лекарство? – спросил он.

– Да, благодарю, – тихо ответила ему, довольно улыбнувшись. Хоть что-то хорошее произошло за ночь.

Рядом сидели министры. Некоторые из них жили в замке и питались вместе с королевской семьей. Лично я всегда удивлялась, что у драконов больше европейские имена. Судя по их любви к экономии, они просто обязаны быть с фамилией Рабинович.

Король ел с явным аппетитом, а королева едва-едва щипала маленькими кусочками пищу.

– Алан Стемфри, ваша ссылка закончилась? – королева повернулась в нашу сторону.

– Я здесь по приказу короля, – ответил Алан. – После окончания отбора возвращаюсь обратно.

Ссылка? Из–за чего? Он что декабрист какой–то? Или шутливые стихи на короля писал?

– Ах, мне вас так не хватает при дворе, – картинно закатила глаза она.

Актриса просто. Внесите срочно Оскар.

– Герцогиня Загорулько, вам не нравится каша? – спросила драконица, заметив, что я ничего не ем. Ее фрейлины уставились на меня, и, кажется, послышалось шипение. Вот почему-то доктор у них такой реакции не вызывал. Говорю же – драконарий!

– Прошу меня простить, аппетита нет, – ответила ей. А живот–предатель раструбил, что еще как есть.

Натан внимательно посмотрел на меня, а я откинулась на стул. Вот пока Грета передо мной тарелку не поставит, ни кусочка не возьму.

– В еде ничего такого нет, – шепнул Алан. А у короля зрачки превратились в вертикальные.

Я была бы очень рада встать и уйти. В конце концов, надо с девочками познакомиться.

– Герцогиня Загорулько, вы уже выбрали испытания? – поинтересовалась королева, помешивая ложку в чашке.

– Да.

Зал притих, и теперь на меня смотрели все.

– Какое будет первое испытание? – она аккуратно отпила. Умеет дракониха быть элегантной. Ни одного лишнего движения. Все грациозно и красиво. Будь она слоном в стеклянной лавке, не разбила бы ничего.

– Опера, – я забарабанила пальцами по столу.

Будто у меня выбор огромный.

– Опера! Чудесная идея. Не так ли, Ваше Величество?

– Да, хорошая, – тут же ответил Натан, делая вид, что еда – самое интересное, что существует в этом мире.

– Вот и славно. Я сегодня же отошлю письмо в главную оперу, чтобы готовились. Кстати, заходили храмовники – принесли чашу испытаний.

И вот тут у меня закрался один важный вопрос. И зачем на отборе я? Вовсе не против, что мама Натана все устраивает, договаривается и так далее. Но немного ревность взыграла. Все я должна делать, а у меня забрали любимое занятие. Хотя, возможно, спешка такая, что взвали на меня все – ничего не успели бы.

– Не волнуйтесь, леди Загорулько, мы все сделаем. Вы же не можете всю ношу на себе тащить, – язвительно уколола она.

Вот только на меня не действует. То, что творится внутри, никогда не должно всплыть наружу.

– Как я могу помешать поспешной женитьбе короля, – пожала плечами.

– Кажется, вы не понимаете важности происходящего, – начались нравоучения. Почему драконы считают, что если они прожили на несколько сотен лет больше, то имеют полное право учить остальных?

– Позвольте узнать, что такое чаша испытаний? – я сбила ее с мысли учить меня жизни.

– Вы записываете испытание на листе и вкладываете в чащу. Она их попросту запоминает, чтоб не было путаницы, – ответил король.

В зале повисла гробовая тишина. Дверь скрипнула, и вошла Грета с подносом. Вовремя. У меня живот снова дал о себе знать.

– Приятного аппетита, – она поставила поднос. – Все, как вы любите: тут кашка гречневая с мяском и салатик. Для охудения.

Да я сейчас от стыда похудею. Кивнула ей, мол, уходи. Надо сказать, что прислуга – это невидимки в замке.

Натан прикрыл рот рукой, но по блеску в его глазах поняла – улыбается драконяра. Алан вообще сидит словно статуя. Только лазурный свет сверкал, не прикрытый очками сбоку.

– Герцогиня Загорулько, это немыслимо и недопустимо –позволять прислуге подобное! – возмущенно сказала королева.

– Извините, у меня прислуга воспитанная и всегда желает приятного аппетита.

Королева гневно посмотрела на Натана, но тот сделал вид, что ничего не слышал. В женские разборки он никогда не влезал. Мы же умеем сегодня ссориться, а на следующий день ногти друг дружке красить. А виноват потом мужчина.

Натан нам обеим так и сказал – хотите ругаться – ругайтесь, но, если кто-то из нас будет науськивать его на другую, он даже слушать не будет. Если у мамы больное сердце и вот-вот удар, то сразу направляется к лечебнику.

И долгими неделями замок без королевы.

После завтрака мы вошли в главный зал. Небольшой медный чан стоял недалеко от огромного камина.

А возле окон, выстроившись в ряд, стояли попаданки. И все как одна в коричневых длинных сарафанах, надетых поверх белых рубашек.

Я вот всегда себя считала независтливой, не любила судить о людях по внешности, но сейчас мне хотелось устроить «Модный приговор», «Из пацанки в дворянку» и еще какое–нибудь шоу, которое меняет внешность людей. Смотря на этих девушек, я прекрасно понимала, почему они еще девственницы. В мире драконов не сыскать столько любителей экзотики. Ладно те, кого я выбрала были нормальные, но остальные…

Алла, перестань. Будто сама по молодости не выглядела, как пугало. Ну, Наташа, молодец. Понавыбирала.

Хотя нет – вот одна стоит, красивая девушка, с длинными, сплетенными в косу волосами и огромным потенциалом спереди. Яна, ту, что я выбрала, со своей спортивной фигурой нелепо выглядела в сарафане. То ли платье было такое, то ли она никогда в жизни их не носила.

Злата Дорджилс стояла с краю и чуть позади, постоянно одергивая рукава, но, увидев меня, тут же перестала.

У толстушки Нади – на платье виднелись жирные пятна. Кто-то ест неаккуратно.

Хоть Анна Флай держалась достойно.