Следуя зову - Кристи Кострова

Проснувшись, я не сразу поняла, где нахожусь. Надо мной трепетал листвой лес, а легкий ветерок принес запах грибов. В голове царила звенящая тишина: мысли лениво ворочались, словно плавая в густом тумане.

Вдруг передо мной вспышкой возникло мамино лицо. Мама! Она снилась мне. Она, улыбаясь, гладила меня по волосам, а я держала ее за руку.

Смахнув слезу, я приподнялась на лежанке, наскоро устроенной вчера. Кто-то заботливо укрыл меня тонким одеялом поверх плаща. Я с благодарностью погладила ткань — ночами становилось прохладно.

Неподалеку пылал костерок, возле которого сидел Дэмиор, помешивающий похлебку в котелке, на поваленном бревне расположилась фандрийка, завернутая в покрывало. Устыдившись позднего пробуждения, я мгновенно соскочила и пригладила волосы руками. Вчера мы до самой ночи двигались верхом, пока обессиленная Брисса едва не сползла с лошади.

Поздоровавшись со своими спутниками, я пошла умываться — неподалеку протекал ручеек, на который мне указал проводник. Вступив под кроны деревьев, я глубоко вздохнула и улыбнулась. Все же здесь я чувствовала себя гораздо лучше.

Вернувшись к костру, получила тарелку грибной похлебки и присела рядом с Бриссой. Ее лицо было бледным, а под глазами залегли тени.

— Как ты?

— Лучше, чем вчера. — Я с сомнением посмотрела на фандрийку и перехватила понимающий взгляд Дэмиора.

— Нужно заварить тебе травы, — я быстро заработала ложкой, освободив посудину, и встала, потянувшись к своим травам.

— Погоди, — Брисса остановила меня, — Сначала я расскажу вам все, что стоило сказать раньше.

— Ты вовсе не обязана…

— Нет, я должна, — упрямо тряхнула головой фандрийка.

Я снова опустилась на бревно.

— Меня действительно зовут Брисса Тантьери. Мой отец — Кэвер Тантьери, торговец тканями из Фандрии.

После ее слов я чуть заметно выдохнула. Все-таки я не ошиблась в ней. После небольшой паузы, она продолжила, глядя в костер:

— Полтора года назад я вышла замуж. Отец прочил мне более удачную партию — торгового магната или обедневшего аристократа. Он не одобрял мой выбор, но мы с Кайденом любили друг друга и поженились тайно.

После свадьбы Кайден поступил на работу к отцу, оставив службу в страже — это было требования отца, он хотел воспитать преемника. Сначала мы обрадовались, — горько усмехнулась Брисса. — Подумали, что он принял его, полюбил…

Но он отправил его служить на корабли, плавающие в самые дальние рейсы. Три месяца назад муж не вернулся. Мне сказали, что он вывалился за борт во время сильного шторма, — Брисса всхлипнула, и по ее щекам потекли слезы. — Все твердили, что мне нужно забыть о нем. Отец поддерживал меня, говорил, что организовал его поиски. Но при этом не мог скрыть своей радости. А неделю назад вовсе сказал, что мне пора вычеркнуть Кайдена из жизни и снова выйти замуж. На этот раз за его торгового партнера! Брак по любви не принес мне ничего хорошего, и теперь я должна подчиниться его воле. Я не могла поверить, что отец может так поступить со мной!

Я обняла девушку за плечи, чувствуя, как она дрожит. Дэмиор слушал молча, изредка подкидывая ветки в костер.

— Мне пришлось бежать. Собрав немного вещей и денег, я ночью выбралась из дома, а на постели оставила записку о том, что иду молиться в храм Мафрины. Я и прежде уходила на ночные службы, потому меня не должны были хватиться раньше обеда. Выведя лошадь из конюшни, поскакала в сторону Талейна. У меня есть карта, я стащила ее из кабинета отца.

Мне нужно добраться до мамы, она живет в Нейтральных землях. Там он не сможет заставить меня выйти замуж.

Я всей душой сочувствовала Бриссе, понимая ее как никто другой. По-видимому, это отразилась на моем лице, потому что Дэмиор вдруг спросил:

— И ты, Орис? Ты тоже сбежала из дома?

Я резко обернулась, глядя на мужчину, потом кивнула и опустила голову.

— Да. Но меня не станут искать.

Дэмиор соскочил с бревна:

— Ну, надо же! Две девицы, сбежавшие из дома. Неужели ты тоже бежала от свадьбы?

Я промолчала, но проводник прочел ответ в моих глазах.

— Немыслимо! Есть ли еще что-то, что мне следует знать?!

Переглянувшись, мы с Бриссой покачали головой.

Выпустив пар, Дэмиор выдохнул и взглянул на нас.

— Спасибо вам, — тихо сказала фандрийка. — Я думала, что крепко попалась. И меня отправят отцу. Или будут пытать. Я даже не знаю, что хуже!

Я внутренне содрогнулась. Как же можно поступить так со своей дочерью?

— Почему отец объявил об исчезновении служанки? — спросил Дэмиор. — Нам повезло, что Тэри не знал всех подробностей дела, иначе бы мы так легко не ушли.

— Он всегда был скуп, — взгляд Бриссы потух. — Наверное, так он надеялся, что заплатит меньше.

— Неужели он не подумал, что тебе может грозить опасность?! — возмутилась я.

Брисса промолчала.

— Я едва не обомлела, увидев вас там, в этом логове. Орис, ты была так прекрасна и убедительна в роли сиенни.

Я смущенно зарделась, а Дэмиор объявил:

— Теперь все ясно, но нужно поторопиться. Пора ехать в Мабон.

С дороги поднималась красноватая пыль, и вскоре подол моей юбки окрасился ржавым. Лошадей мы вели на поводу — сегодня начинались праздники в честь богов, и запрещался стук копыт.

— Что это? — в очередной раз закашлявшись, спросила Брисса, кутаясь в капюшон.

Я ее отлично понимала — пыль висела даже в воздухе.

— Мабон славится своими гончарами. Он обеспечивает черепицей весь Ривалон, и почти все дороги мощены крошкой, — ответил Дэмиор.

Несмотря на то, что солнце уже вполне уверенно сияло на небосводе, по-прежнему было прохладно. Мне пришлось натянуть на себя плащ, одолженный у Дэмиора, и все равно иногда я вздрагивала от холода.

Дэмиор вел нас к своему другу, вновь отлично ориентируясь в городе. Похоже, он исходил всю страну!