Драконье пламя - Тодд Маккефри

Странствия закалили его — прежде он и представить себе такого не мог. Когда он смело пришел в маленький лагерь, где, как ему сказали, живет Ализа, он был тощим, как палка, но жестким, как ременный кнут.

Когда мог, он ехал с торговцами, а когда выбора не было — с Изгоями. Из-за файра его одинаково гостеприимно привечали и торговцы, и Изгои, которые считали, что человек, запечатлевший файра, зла им не причинит. Маленькие группки Торговцев и Изгоев становились особенно гостеприимны, когда узнавали, что файра в случае необходимости можно использовать как гонца.

Со временем его настороженность в отношении изгоев улеглась. Он понял, что они очень похожи на торговцев — с одним-единственным, но жизненно важным различием: торговцы отказывались от жизни в холдах или ремесленных цехах по собственному выбору, а вот Изгоям путь туда был заказан по приговору.

Однако среди Изгоев Пеллару чаще приходилось показывать свои умения — добывать еду для общего котла, лечить больных или время от времени демонстрировать физическую силу.

Драться всегда приходилось с юношами его возраста, которые считали чужака легкой добычей и хотели за его счет подняться во мнении общества. Проиграв несколько первых драк, Пеллар научился искать быстрое решение, и его перестали заботить синяки и шишки противников.

Хотя еды всегда недоставало и еще приходилось делиться с другими; Пеллар рос, крепнул и вытягивался вверх. Он стал таким высоким, что в конце концов его начали вызывать на драку парни, на много Оборотов старше его тринадцати.

Попрощавшись с караванщицей Тарри в Кром-холде, Пеллар, чтобы продолжать поиски Ализы, нашел место на барже, идущей по реке от Кром-холда. Он отрабатывал свой проезд, помогая толкать баржу шестами и швартовать на ночь. Семья, которой принадлежала баржа, не доверяла ему, потому пришлось спать на палубе. Правда, под конец семидневки они так привязались к пассажиру и его файру, что на прощание всучили потертую полумарку.

Спросив дорогу, Пеллар сначала выбрал неверное направление, на восток — в Зеленополье, а затем в Кэмпбелл-филдз, потратив на это почти месяц. И лишь в маленьком холде в Кэмпбелл-филдз Пеллар услышал, что Ализа устроила что-то вроде холда близ Набола. Это означало, что придется идти назад, в прямо противоположном направлении от Крома. Он отослал весть мастеру Зисту, вернулся в Кром-холд и еще раз пустился на барже вниз по реке. На этот раз он сошел на берег в Кеоге, малом холде в излучине реки Кром.

В Наболе он узнал, что холд Ализы находится на севере, в горах, но Где точно — никто не знает.

Горы к северу от Набола по большей части лесисты и безлюдны. Пеллару приходилось охотиться, что замедляло его путешествие. Спустя три семидневки безуспешных поисков он начал терять силы. Лето стремительно летело к концу. Пеллар уже готов был сдаться, когда вспомнил, что по ночам стражи летают.

Потому он поел рано, нашел полянку на вершине ближайшего холма, сложил костер и стал ждать, внимательно осматривая горизонт.

Лишь к середине ночи, когда Пеллар промерз до мозга костей и уже даже дрожать устал, он увидел, как что-то стремительно пронеслось по небу над головой.

Он быстро разбудил Щебетуна, показал ему стража и подбросил файра в небо.

Как только Щебетун и страж исчезли из виду, Пеллар склонился над подготовленными заранее дровами и высек искорку. И загорелся маленький — и так радостно согревающий костер.

Поутру вернулся Щебетун, страшно довольный собой. Вскоре после этого, набив брюхо вяленым мясом, Щебетун повел Пеллара к холду мастера воспитателей стражей.

* * *

Пеллар не знал, как его встретят, но не рассчитывал, что прямо у его ног вонзится в землю стрела.

— Довольно! — послышался голос. — Говори, что тебе тут надо?

Пеллар ошеломленно остановился — он не знал, как объяснить. Он поднял руки ладонями вперед и затряс головой.

— Ты не хочешь говорить? — послышался второй голос. Этот голос принадлежал старой женщине.

Пеллар замотал головой сильнее и показал на горло.

— Не можешь говорить? — спросила женщина, явно заинтригованная.

Пеллар закивал и улыбнулся широко и дружелюбно как мог.

— Ты ему веришь? — спросил мужской голос.

— Не знаю, — ответила женщина.

— Чего гадать, — ответил мужчина. — Если он Изгой и донесет своим…

У Пеллара глаза на лоб полезли. Они решали, убить его или нет!

* * *

Несколько мгновений Пеллар стоял словно громом пораженный, мысленно сосредоточившись на Щебетуне. Файр в ответ испустил нервную трель, а потом неохотно ушел в Промежуток.

— Куда он делся? — досадливо крикнул мужчина.

— Да куда хочет, — ответила старуха. Когда она снова заговорила, в ее голосе звучало завистливое уважение. — Ведь это ты его попросил, да?

Пеллар решительно кивнул.

— Если он хорошо выучил своего файра, тот малец приведет других, — продолжала женщина. Воцарилась тишина, затем она снова заговорила: — Подойди ко мне. Только не забывай, что Джайтен держит тебя на прицеле.

Пеллар сделал глубокий вздох, забросил на плечо мешок и пошел на звук женского голоса.

Он шел, пока женский голос — теперь ближе и справа — не приказал:

— Стой.

Пеллар, все еще ощущая спиной нацеленную между лопаток стрелу, повиновался. Несколько мгновений ничего не происходило, затем грубые руки схватили его сзади, и он упал, округлив рот в молчаливом удивленном крике. Упав на свой мешок, он ощущал одновременно гнев и смятение — разве он не сделал, как его просили?

Он инстинктивно схватился за дощечку. Кто-то схватил его сзади и приставил нож к его груди.

— Не дергайся, — сказал мужчина по имени Джайтен Пеллар опустил руки.

— Отпусти его, Джайтен, — сказала старуха.

На лицо Пеллара упала вторая тень. Он поднял взгляд и увидел старую худую женщину с седой косой, свисающей на спину.

— Он не врет — он немой. Если бы мог говорить, так хоть пискнул бы, когда ты его уронил.

Пеллар перекатился набок и встал на дрожащие ноги. Женщина была ростом выше его. Джайтен стоял за спиной, явно с ножом наготове.

Пеллар осторожно потянул за шнурок на шее и с ужасом обнаружил, что он идет слишком легко. Забыв об опасности, он стал шарить за пазухой в поисках дощечки и в отчаянии обнаружил, что она раскололась пополам при его падении.

— Ты на этом писал? — спросила старуха, уже теплее. — И она разбилась?

Пеллар горестно кивнул в ответ.

— Ну, ничего, другую найдем, — сказала женщина. Она протянула руку. — Меня зовут Ализа.

Пеллар пожал ей руку, затем печально показал на себя и на расколотую дощечку. Достал из кармана мелок и написал свое имя на одной из половинок.