Любовь для Янтарного лорда - Александра Черчень

На меня сверкнули кучкой черных молний и опять повернулись к свиткам.

– Ил-ла тан-н-н оро…

Точно – истерик. А раньше я за ним такого не замечала… Или?.. Как там сказал Энирен? Привлечь внимание Янтарного лорда – это дорогого стоит?

– Алам! – осененно сказала я. – Ты что – ревнуешь?

Плюх!

Чернильница покатилась по полу, оставляя фиолетовую дорожку. Дорожка поплыла было кляксами, но по щелчку длинных пальцев быстренько подпрыгнула и влилась на положенное место.

И тишина…

А потом слова, сказанные с вибрирующим рокотом:

– Я? К терновому мешку с органами, которые сам же в него вставлял? Угадала, козочка моя. Ежесекундно ревную. Прямо ночами не сплю от ревности!

И Янтарный заржал, радостно и весело. Очень весело. Даже, я бы сказала, неестественно весело.

Можно было обидеться… Но ведь он ясно дал понять, что я действительно предмет ревности. Не сказал же что-то вроде: «Тебя, глупую козу, ревную?»

Мужчина на полу тряхнул головой, перекинул косу за спину и вытянул одну ногу. Гибкий, изящный, как все высшие. Ну почему другие высшие меня не привлекают? Тот же препод боевки…

Так, Ула, все дело в привычке. Если перед глазами постоянно мелькает один и тот же мужик, то просто к нему привыкаешь. Наверное. И вообще этот вопрос тебя интересовать не должен.

Шур-шур-шур…

– Козочка моя, пойди чаю попей? – предложил вдруг дивный, не оборачиваясь. – Ты меня отвлекаешь.

– Я соку попью.

Гордо, с прямой спиной вышла из кабинета. Правда, ровной осанки, призванной демонстрировать обиду, никто, конечно, не заметил. Хотя тоже не факт…

Не должно меня все это волновать!

Но, найдя на кухне кувшин с персиковым соком, я медленно пила и думала, думала… Так упорно, что влетевшего на кухню Алама и заметила-то не сразу.

А в руках у него была книга – черная, с фиолетовыми загогулинами на обложке, запертая увесистым блестящим замком.

– Готова? – спросил высший. – Пошли приключаться. Потом допьешь.

Вот куда торопиться? Могли бы неспешно поесть на дорожку. Кстати, об этом.

Я встала, сосредоточилась и призвала из кабинета свой рюкзак. Без еды никуда не пойду. С утра приключаемся, и неизвестно, когда и где будет обед. И будет ли.

– Тилкен! – крикнул Янтарный, наблюдая, как я запечатываю кувшин с соком. – Собери нам еды! Ула, тебе точно именно персиковый сок нужен?

Вот не могу я привыкнуть к его заботе. Не могу, и все…

Внезапно он сгреб меня в охапку, привлек к себе и неожиданно серьезно сказал:

– Я был сейчас не прав. Дал себе волю, и это нехорошо, в будущем постараюсь вести себя сдержаннее. Просто между нами такая пропасть… а я настолько отвык, что нечто дорогое мне может быть живым и не являться экспонатом. Я же коллекционер, Ула. Во мне слишком силен эгоизм, слишком сильно желание, чтобы то, что нравится, принадлежало лишь мне. Я, конечно, понимаю, что подвиг это сомнительный, но действительно рад, что не закрыл тебя в своем холме. Только мне нужно время… действительно нужно время для того, чтобы понять, как себя вести. Я – фейри. Отношения без собственничества для меня – нечто особенное и странное. Я должен привыкнуть.

– Это, конечно, все очень мило, но скандал не становится менее оскорбительным. Когда ты называешь меня козой – это неприятно.

– А козочкой? – в голосе Янтарного отчетливо слышалась улыбка.

– А козочкой… я подумаю!