Неохотница на нечисть - Кристина Юраш

— Какой? — сонно спросила Варвара, мечтая досмотреть сон про то, как плюшевый медведь учил ее играть на гитаре.

— Мною созданный! — рявкнул демон.— Ты встаешь?

— Встаю… — пробурчала Варвара, закрывая глаза.

Медведь уже виртуозно играл фламенко.      

— Вставай! — рявкнул демон, заводя будильник на телефоне. Он подсунул его под ухо Варваре. Та вяло скосила глаза на телефон. Зевнула в знак согласия, что нужно вставать. И снова уснула.

— Давай, вставай, — тряс ее демон за плечо. Варваре снилось, что она уснула в поезде. И сейчас будут разносить чай.

— Сама ты «мне с сахаром!», — выдохнул демон. Он раскрыл ее глаз пальцами. — Давай, у нас спорт! Все охотники занимаются спортом! Либо качают руки, либо ноги, чтобы быстро бегать!

— Встаю я! Встаю! — огрызнулась Варвара, перевернувшись на другой бок. И для верности накрывшись одеялом с головой. Всем видом она показывала, что уже проснулась и готова вставать. Особенно тихим умиротворенным посапыванием.

— Слышишь, достоинство импотента! — прокашлялся демон. — Я кому ору полчаса: «Вставай!».

Она чувствовала, как ее тянут за ногу по кровати. Варвара не сопротивлялась. Пока она лежала на кровати, все было хорошо.

Ее поставили на ноги. Потом бросили в нее кроссовки, лосины и футболку. 

— Ага, сейчас, — зевала Варвара. Желание заниматься спортом у нее отпало само собой.

— Надеюсь… Меня сейчас… Никто не видит! — цедил демон. Он стоял на корточках и осматривался по сторонам. — Вторую ногу сюда! Я еще шнурки не завязывал! Ничего, я тебе это припомню.

— Хорошо, что хоть у кого-то память хорошая, — зевнула Варвара, глядя на кроссовки. Желание заниматься спортом пока не появилось.

— Начнем с отжиманий! — прокашлялся демон, делая отметку в блокноте. — Что у нас по отжиманиям?

— Отжимаю два раза, — зевнула Варвара. Она смотрела на демона равнодушным взглядом человека, который еще не пил кофе. — Один раз в машинке. Один раз вручную… Итого два.

— Давай на пол! — злился демон. Варвара еще раз заразительно зевнула и лениво опустилась на пол. Она смотрела на ковер и видела ниточку. И мусор.

— Раз! Два! — отсчитывал демон. Варвара на дрожащих руках опустилась грудью на ковер и …

— Ты что? Уснула? — обалдел демон. — Эй…

 В Варвару чем-то потыкали. Варвара открыла глаз, убедилась, что это ручка, и успокоилась. От ручки еще никто не умирал. И не рождался. А это — главное.

— Вставай! — настаивал демон. Варвара трепыхнулась, как рыба об лед. И сникла.

— Давай-давай! — подбадривал демон. Странно, нечисть, а наивный!

Варвара с усилием заняла положение. Потом еще раз отжалась. И еще раз. После этого она вытянулась на ковре.

— Ты что? Спишь? — обалдел демон.

Знакомство со спортом прошло удачно. Варвара сразу решила с ним переспать. Она лежала на полу и тихо сопела. 

— Нда-а-а, — заметил демон, присаживаясь на кровать. 

Проснулась Варвара уже на кровати. Завернутая в сладкий теплый конвертик. Она чувствовала себя начинкой для пирожка. А потом посмотрела на демона и убедилась. Ее сейчас съедят.

Время было позднее. За окном уже был сизый вечер. Из-под одеяла высовывался кроссовок. Варваре очень хотелось спросить. Как прошли занятия спортом. Но она постеснялась.

— Я так понимаю, что единственный способ борьбы с нечистью — это жалобы в небесную канцелярию? — подал голос демон.

— Как спорт? — набралась смелости Варвара. Он зевнула. — Просто не помню.

— Не переживай, зато я не забуду! — обиделся демон.

— Ладно, — встала Варвара и поплелась в прихожую. — Схожу за хлебом. А то хлеба дома нет.

— Зато зрелищ хоть отбавляй! — демон посмотрел на нее тяжелым взглядом. Этот взгляд должен был лечь тяжким грузом на ее совесть.

Шурша теплым пальто, перекладывая деньги и телефон из кармана в карман, Варвара готовилась к марш — броску. Стоило ей выйти на улицу, как ее тут же пронзил холодный ветер, выдувая остатки тепла.

Зубы стучали кастаньетами, требуя жаркого фламенко и горячих мужчин с розой в зубах. «Ууууу! Тепленький!», — простонала бы Варвара, засунув под небрежную рубашку мачо обледеневшие руки.

Варвару сдувало, а она обещала убить синоптиков. Они обещали потепление еще два дня назад. Сулили курорт.

— Горнолыжный, — стонала Варвара, уворачиваясь от ветра.

Теперь она была вооружена и очень опасна!

Этой булкой хлеба можно было забить гвоздь и древнего вампира. Нанести тяжкие телесные повреждения оборотню. Не совместимые с личной жизнью. Этой булкой можно было кинуть в след маньяку. А потом смотреть, как его увозят на скорой с проломленным черепом.

Такой булкой хлеба можно было построить дом, посадить мужа и вырастить сына.

— Ой, девонька, — послышался слабенький старческий голос. — Руку дай… А то…

На дороге сидела бабушка. Крупная такая. Основательная. Из тех, кто лучше знает, кто правильно молиться в церкви. Из тех, которые дадут фору любому вышивальщику. Их тех, кто держит очередь. Иногда в страхе. Иногда в ужасе. А иногда в поликлинику.

Но Варвара была девушкой вежливой. И тут же бросилась помогать.

— Ох-охохоюшки! — причитала бабушка, поднимаясь.

— Все в порядке? — вежливо спросила Варвара.

— Да, внученька, — задыхалась бабка, неловко отряхиваясь. — Вот, возьми! Носи на здоровье!

Варвара опомнилась, когда бабки и в помине не было. А в ее руке лежал медальон на шнурке. Уродливый такой, потертый и странный. Она сунула его в карман. Старики часто дарят всякую ерунду. Одна пожилая санитарка дарила банку кабачков и старенькую книжку просветительских лекций о вреде капитализма или журнал «Крепкое хозяйство». Восемьдесят затертого года выпуска.

— Я забыла купить соль, — опомнилась Варвара. — Как хорошо, что вспомнила!

Она развернулась и взяла курс на гипермаркет. Соль была нужна для супа и нечисти. Которая ее почему-то на дух не переваривала. Видимо, у нечисти где-то есть диетолог, который не рекомендует соленое. А так же острое. В виде ножей, кольев и кинжалов.

Ночной сторож с ружьем и солью, видимо, знал толк в нечистой силе.

Двери гипермаркета распахнулись. Внутри играла мелодичная реклама: «Попой по терочке!». 

— Мммм, — вздохнула Варвара, рассматривая коктейль из морепродуктов. И свою зарплату.

Если мерить коктейлями, то Варвара получала двадцать пять коктейлей. А если элитным алкоголем, то три бутылки.

— Как хотелось бы попробовать, — размечталась она.

Цены облаяли ее из морозилки, прогоняя к дешевым макаронам. Внезапно появился менеджер зала. И стал менять ценники на полке.