След паука. Часть первая - Анна Шнайдер

– Так. – Гектор решительно шагнул вперёд и коснулся подбородка девушки ладонью, заставляя поднять голову. – Во-первых – Кэти, детка, ты действительно привлекательна. Единственное, чего тебе не хватает – это уверенности. А во-вторых – всё, что происходило сегодня и вчера, не такое уж и притворство. Да, я рассчитывал на зрителей, но я не был неискренним с тобой. Я пригласил тебя в театр, потому что желал провести время с девушкой, которая мне нравится. Чтобы этот поход был не только работой, а ещё и удовольствием.

Кэт не знала, куда деть глаза, особенно когда Гектор произнёс слово «нравится», и ему было немного смешно из-за этого. А ещё – жаль её. Жаль, потому что этот комплекс наверняка родом из какой-то неприятной ситуации в прошлом, и мужчины вроде Роджера лишь подбрасывают дров в огонь вместо того, чтобы тушить его.

– Правда? – шепнула она тихо-тихо, как мышка.

– Конечно, правда, – ответил Дайд твёрдо и замер от удивления, потому что Кэти, приподнявшись на цыпочках, попыталась поцеловать его в щёку – но Гектор оказался для девушки всё же слишком высоким, и вместо щеки поцелуй пришёлся на губы. Краткий и почти невесомый, но Кэт хватило и этого, чтобы перепугаться и с негромким «ой» попытаться отпрыгнуть в сторону.

Гектор не дал ей этого сделать, опустив одну ладонь на талию, а второй вновь касаясь подбородка.

– Кэти, – сказал Дайд с улыбкой, погладив большим пальцем нежную кожу, – не следует так поступать, если ты не хочешь, чтобы мужчина остался на ночь. Это провокация. – Испуг в глазах усилился, и Гектор поспешил продолжить, стараясь говорить со спокойной ласковостью: – Ничего страшного, просто потом будет неловко объяснять, что тебя неправильно поняли. Будь осторожнее.

– Я… постараюсь, – выдавила из себя Кэт. – Вы… извините…

– Тебе не за что извиняться, – он покачал головой и отошёл, и уже поднял руку, чтобы начать строить лифт, когда девушка, зажмурившись, словно перед прыжком в воду, выпалила:

– А всё-таки Элен вам понравилась больше! Больше, чем я.

Гектор, застыв поначалу на мгновение, не выдержал и фыркнул, а потом и вовсе рассмеялся. Кэт, услышав это, осторожно открыла глаза.

– Элен мне вообще не понравилась, – признался Дайд, и после этого она открыла ещё и рот.

– Да?..

– Да.

– А… почему?

– Давай поговорим об этом завтра, хорошо? Я сам очень устал и хочу спать. Ладно?

Кэт кивнула, и Гектор, ещё раз пожелав ей доброй ночи, перенёсся в собственную прихожую.

Браслет связи завибрировал через полчаса – Дайд как раз только вышел из душа. Покосился на экран и расплылся в довольной улыбке – с ним пытался связаться Вольф Ассиус, муж принцессы Анны, глава Комитета культуры, науки и образования, и кроме того – один из главных подозреваемых в деле о второй волне заговора.

– Я слушаю.

Проекция Вольфа выглядела обеспокоенной, широкие брови озабоченно хмурились.

– Доброй ночи, Гектор. Надеюсь, я тебя не разбудил?

– Нет, – хмыкнул дознаватель, опускаясь в одно из кресел в гостиной. – Да даже если бы и разбудил – невелика беда. Чем могу помочь?

– Мне принесли на утверждение статьи и заметки в утренние газеты. Ты же знаешь, то, что касается императорской семьи и глав комитетов, мне обязательно показывается. И я бы запретил печать, но… учитывая специфику твоей работы… Я подумал – может, это провокация, и тебе нужно, чтобы это напечатали?

– А ты полагаешь, провокация? – Гектор потянулся за портсигаром, лежавшем на столике, и вытащил оттуда толстую сигару.

– От тебя всего можно ожидать, – Ассиус криво усмехнулся. – И я склоняюсь к мысли, что да.

– Это ещё почему? – поинтересовался Дайд, прикуривая. Выпустил в воздух струю серого дыма и довольно облизнул губы – хороший табак, качественный. Ещё бы молока налить, но сейчас не до этого.

– Потому что ты меня не предупредил. А мог бы.

– М-да, – Гектор иронично фыркнул. – В моём комитете тебе точно не работать, Вольф. Как раз наоборот – если бы это была провокация, я бы тебя предупредил. Но с чего бы мне это делать, если я просто решил сходить в театр с красивой девушкой?

Ассиус нахмурился сильнее, внимательно глядя на Дайда – словно пытался понять, врёт он или нет.

– Но ты же понимал, какой ажиотаж это вызовет. Ты ведь никогда…

– Всё когда-нибудь случается впервые, – перебил собеседника Гектор и вновь затянулся. – Тем более, ты наверняка помнишь, кем была моя сестра и что с ней случилось. Так что театрал из меня не очень. Но если собираешься ухаживать за девушкой, ещё и не на такие подвиги решишься, верно? – Дайд подмигнул, имея в виду ухаживания самого Вольфа, который, дабы произвести впечатление на принцессу Анну, чего только не предпринимал много лет назад.

– Верно, – глава Комитета культуры засмеялся, но как-то натянуто. – И всё же, Гектор… давай вернёмся к статьям. Что мне с ними делать?

– Печатать. Всё, кроме имени-фамилии девушки, с которой я был в театре. И никаких магпортретов, разумеется.

– Ты уверен?

– Абсолютно. Пусть народ отвлечётся безобидными сплетнями, а то только и обсуждают, что портальную ловушку возле Императорского музея.

Ассиус поколебался пару мгновений, но всё же проговорил:

– В нескольких статьях есть данные, будто ты упоминал, что уходишь в отпуск. Это… оставлять?

– Да, конечно. Тем более, что это правда.

– Не понимаю, как это связано с расследованием… – пробормотал Вольф и удивлённо приоткрыл рот, когда Гектор спокойно сказал:

– Дело закрыто. Все арестованные сознались. Больше мне там нечего делать, коллеги справятся. В отпуске я не был очень давно, так что…

– Сознались? – по слогам повторил Ассиус. – Однако…

– Мы умеем добывать информацию, – вкрадчиво произнёс Гектор. – И ещё раз повторяю – печатай что хочешь, кроме имён. Пусть хоть помоями меня обольют – ерунда.

– Учту, – кивнул Вольф, и через несколько секунд они попрощались, пожелав друг другу доброй ночи.

Дайд немедленно пошёл на кухню за молоком, налил большую чашку и выпил сразу половину, а затем вернулся к сигаре. Когда-то давно у них с Карлой и Урсулой была традиция – перед сном пить молоко. Изначально это придумала Карла, чтобы заставить брата и сестру, как она говорила, «пить полезное», а потом этот ритуал превратился просто в дружеские посиделки и болтовню. Несколько лет после смерти старшей сестры Гектор и Урсула на молоко даже смотреть не могли, но постепенно это ощущение ушло в прошлое.

Интересно, что творится в голове Ассиуса после всего сказанного? Если он ни при чём – это один вариант поведения, если замешан – другой. Во втором случае ему нужна будет информация. И кто может её добыть? И вновь два варианта. Либо крыса среди сотрудников комитета – а Гектор был уверен, что таковых не имеется, – либо… одна очень симпатичная актриса.