Прикосновение тьмы - Скарлетт Сент-Клэр

Спустя мгновение она подошла к стене с окнами и посмотрела на главный зал клуба. У нее появилось странное ощущение, что именно так чувствовали себя олимпийцы, когда жили в облаках и смотрели на землю.

Она всмотрелась в толпу смертных внизу. Поначалу она видела только компании друзей и пары, отгоняющие свои тревоги напитками в руках. Для них это была ночь веселья и эйфории – мало чем отличающаяся от той, когда она оказалась здесь впервые. Но для остальных визит в «Неночь» означал надежду.

Она всматривалась в лица гостей, в одно за другим. Их выдавали алчущие взгляды, обращенные к спиральной лестнице, ведущей на второй этаж, где Аид заключал свои сделки. Она подмечала ссутулившиеся плечи тех, кто был напряжен, поблескивающий пот на лбах тех, кто волновался, застывшие позы тех, кто отчаялся.

От этого зрелища ей стало грустно, но уже очень скоро они будут предупреждены об опасности оказаться жертвой Аида. Она об этом позаботится.

Персефона отвернулась от окна и подошла к столу Аида. Огромный кусок обсидиана выглядел так, словно его высекли из скалы и отполировали. Персефона задалась вопросом, не принесли ли его сюда из самого подземного царства.

Она провела пальцами по гладкой поверхности. В отличие от ее стола, который уже весь был покрыт стикерами и фотографиями, на рабочем месте Аида не было никакого мусора. Она нахмурилась. Ее это расстроило, ведь Персефона надеялась найти здесь что-нибудь, но у стола Аида не было даже ящиков.

Она вздохнула и обернулась, вспомнив, как Минфа появилась в проходе позади стола Аида. Сейчас на стене не было ни единого намека на дверь. Она подошла ближе и наклонилась, чтобы изучить стену. Бесполезно.

Дверь, видимо, отзывалась на магию Аида, а это значило, что она должна отозваться и на ее благо. Она провела рукой по гладкой поверхности – и ее рука вдруг погрузилась в стену. Персефона охнула и отшатнулась, сердце бешено забилось у нее в груди. Она осмотрела свою ладонь со всех сторон, но не обнаружила ран.

Любопытство взяло верх, и девушка оглянулась через плечо, прежде чем попробовала снова войти в стену. Та расступилась перед ней, словно жидкость, и Персефона оказалась по другую сторону – в коридоре с хрустальными люстрами. Несмотря на исходящий от них свет, ее ноги остались в тени, и, сделав шаг вперед, она упала, приземлившись на что-то острое.

От удара у нее сбилось дыхание. Запаниковав, она продолжала делать резкие вдохи, пока дыхание не восстановилось. И только после этого она поняла, что упала на ступеньку. Свет наверху едва очерчивал края лестницы.

Персефона поднялась на ноги, несмотря на острую боль в боку. Она сняла туфли и оставила их на ступеньке, а потом осторожно пошла вниз по крутой лестнице. Прижав одну руку к боку, другой она держалась за стену, опасаясь, что если снова упадет, то переломает себе ребра.

К тому времени, как Персефона добралась до земли, ее ноги и бок сильно болели. Впереди сквозь расщелину проникал ослепляющий, но мутный свет. Она направилась к нему и вышла прямо в поле высокой зеленой травы, усеянной белыми цветами. Вдалеке устремлялся в небо дворец из обсидиана, великолепный, но зловещий, словно тучи с молниями и громом. Оглянувшись, она обнаружила, что вышла из огромной черной горы.

«Так это и есть подземное царство», – догадалась она. Оно казалось таким привычным, таким прекрасным. Совершенно иной мир под их миром. Над головой простиралось светлое небо, но она не видела солнца, воздух был не теплым и не холодным, хотя легкий бриз, шевеливший траву и ее волосы, заставил Персефону поежиться. Он приносил с собой и смесь ароматов – сладких цветов, пряностей и пепла. Так пахло и от Аида. Ей хотелось надышаться этими запахами, но даже от легких вдохов после падения ее тело пронзала боль.

Персефона пошла вперед, скрестив руки на груди, потому что боялась дотронуться до нежных белых цветов – ведь они могли тут же завянуть. Чем дальше она шла, тем больше в ней рос гнев на Аида.

Ее окружала пышная растительность. Где-то глубоко внутри ей хотелось, чтобы в подземном царстве были только пепел, дым и огонь, но она обнаружила… жизнь.

Почему Аид выбрал для нее такое задание, хотя и сам уже в этом преуспел?

Персефона продолжала идти в направлении дворца. Он был единственным, что она видела в огромном поле. Ее удивляло, что за ней до сих пор никто так и не вышел. Она слышала, что у Аида была трехголовая собака, охраняющая вход в подземное царство. Ей стало интересно, что помогло ей выйти незамеченной – было ли это ее благо?

Вот только она уже почти мечтала, чтобы кто-то оказался рядом, потому что чем дольше она шла, тем тяжелее дышала и тем сильнее болел бок.

Вскоре дорогу ей преградила река. Вода в ней была неспокойной, темной и бурлящей, и река эта была так широка, что по другую сторону виднелась лишь размытая зелень.

«А это, должно быть, Стикс», – решила она. Он отмечал границы подземного мира и был известен Хароном, демоном, которого также называли проводником душ. Он перевозил души на своем пароме в подземное царство, но Персефона нигде не видела ни демона, ни его парома. Повсюду были лишь цветы – берег реки заполонили бесчисленные нарциссы.

Как ей пересечь реку? Девушка оглянулась на гору – она уже зашла слишком далеко, чтобы поворачивать назад. Персефона отлично плавала, вот только боль в боку могла сильно ее замедлить. Если не считать ширины, река выглядела довольно непримечательно – просто темная вода в глубоком русле.

Персефона шагнула к краю берега. Это был сырой, скользкий обрыв. Цветы, растущие на склоне, образовывали белое море – странный контраст с водой, похожей на нефть. Она осторожно макнула ногу в воду, прежде чем погрузиться полностью. Вода была холодной, дышать стало тяжелее, из-за чего боль в боку усилилась.

Но стоило ей начать плыть, как что-то схватило ее за лодыжку и потянуло вниз. Она не успела даже вскрикнуть, как оказалась под водой.

Персефона пиналась и била руками, но чем больше она боролась, тем сильнее сжималось кольцо на лодыжке и тем быстрее двигалось существо. Она попыталась выкрутиться, чтобы взглянуть, кто ее схватил, но болевой спазм заставил ее вскрикнуть, и в рот ей хлынула вода.

Потом что-то схватило ее за запястье, грубо дернув, и существо, державшее ее за ногу, остановилось. Увидев, что держало ее за запястье, богиня попыталась закричать, но вместо этого лишь вдохнула воду.

Это был труп. На нее смотрели пустые глазницы, окруженные свисающими с черепа лоскутами кожи.

Богиня оказалась между двумя мертвецами, которые тащили ее в противоположные стороны. Вскоре к ним присоединились еще двое, схватившие Персефону за оставшиеся конечности. У нее горели легкие, болела грудь, и она чувствовала, как за глазами растет давление.

Я погибну в подземном царстве.

Внезапно один из мертвецов отпустил ее, чтобы наброситься на остальных, и трое других последовали его примеру. Персефона воспользовалась шансом и поплыла прочь так быстро, как только могла. Она ослабела и устала, но видела странное небо Аида, сияющее над поверхностью воды, – оно обещало свободу и воздух, и это придало ей сил.