Прикосновение тьмы - Скарлетт Сент-Клэр

– Вы в порядке? – Его глубокий голос отозвался дрожью у нее внутри.

Богиня кивнула:

– Уже лучше.

Он провел пальцем по ее щеке, оставив жаркий след.

– Поверьте, я глубоко подавлен тем, что вы пострадали в моих владениях.

Персефона сглотнула и с трудом произнесла:

– Со мной все нормально.

Его нежный взгляд вдруг стал твердым.

– Этого никогда не повторится. Идемте.

Аид вывел ее на балкон, откуда открывался изумительный вид. Цвета подземного царства были слегка приглушенными, но все равно прекрасными. Серое небо оттеняло черные горы, что сливались с лесом из темно-зеленых деревьев. Справа деревья росли чуть реже, и она увидела черную воду Стикса, змеей извивающуюся в высокой траве.

– Вам нравится?

– Здесь прекрасно, – кивнула она, и, кажется, бог был доволен. – Это все вы создали?

Он кивнул.

– Подземное царство развивается так же, как мир над ним.

Ее пальцы по-прежнему были переплетены с его, и он потянул за них, уводя ее с балкона вниз по лестнице, что спускалась в один из красивейших садов, который она когда-либо видела. Лавандовая глициния создавала полог над тропинкой из черного камня, и по обеим сторонам от дороги пышно росли скопления фиолетовых и красных цветов.

Сад внушал ей благоговение и одновременно злил. Она повернулась к Аиду, вырвав у него свою руку.

– Вы мерзавец!

– Следите за языком, Персефона, – предостерег он.

– Как будто вам не все равно. Здесь… здесь прекрасно! – От красоты вокруг у нее заныло сердце – именно это она мечтала создать. Она снова огляделась, обнаружив новые цветы – чернильно-синие розы, розовые пионы, ивы и деревья с темно-фиолетовыми листьями.

– Так и есть, – согласился он.

– Тогда почему вы попросили меня создать здесь жизнь? – Богиня попыталась скрыть отчаяние в своем голосе, но не справилась, стоя в центре своей мечты, воплощенной в жизни, а не у нее в голове.

Аид лишь мгновение смотрел на нее, а потом взмахнул рукой, и все розы, пионы и ивы исчезли. Вокруг них осталась лишь пустыня. Персефона раскрыла рот, глядя на Аида и стоя посреди руин его царства.

– Это иллюзия, – сказал он. – Если вы хотите вырастить сад, он будет здесь единственной жизнью.

Она смотрела на землю вокруг с изумлением и отвращением. Так вся эта красота была лишь магией Аида? И ему удалось сделать это без особых усилий? Он действительно был могущественным богом.

Он вернул иллюзию, и они направились в глубь сада. Богиня следовала за Аидом, и ее окружали ароматы – сладких роз, терпкого самшита, горькой герани и многие другие. Запах густой растительности напомнил Персефоне о времени, что она провела в оранжерее, где так легко расцветали растения ее матери, и о данном себе обещании никогда туда не возвращаться. Теперь она поняла, что всего лишь сменит одну тюрьму на другую, если не сможет выполнить условия контракта.

Наконец они дошли до низкой каменной стены, где оставался нетронутым участок земли, а почва под ногами имела цвет пепла.

– Вы можете работать здесь, – сказал Аид.

– Я все еще не понимаю, – произнесла Персефона, и Аид посмотрел на нее. – Иллюзия это или нет, у вас есть вся эта красота. Почему вы требуете ее от меня?

– Если вы не хотите выполнять условия контракта, вам нужно лишь сказать об этом, леди Персефона. Я подготовлю для вас комнату меньше чем за час.

– Вряд ли мы хорошо поладим в качестве сожителей, Аид. – Он вскинул брови, она приподняла подбородок. – Как часто мне можно приходить сюда и работать?

– Так часто, как вы захотите, – ответил бог. – Я знаю, что вы страстно желаете выполнить задание.

Она отвела взгляд и наклонилась, чтобы набрать в ладонь песка. Он был шелковистым на ощупь и утекал сквозь пальцы, как вода. Она задумалась над тем, как ей разбить здесь сад. Ее мать могла из ничего создавать семена и заставлять их прорастать, но от одного лишь прикосновения Персефоны растения увядали. Возможно, ей удастся убедить Деметру дать ей несколько саженцев. У божественной магии было больше шансов вырасти в этой земле, чем у всего того, что было у смертных.

Она обдумала план, поднялась на ноги и обнаружила, что Аид наблюдает за ней. Она начинала привыкать к его взгляду, но он по-прежнему заставлял ее чувствовать себя незащищенной. То, что на ней был лишь его черный халат, нисколько не улучшало ситуацию.

– И… как мне входить в подземное царство? – решила уточнить богиня. – Полагаю, вы не хотите, чтобы я возвращалась тем же путем, что пришла.

– Хм-м. – Он с задумчивым видом наклонил голову набок. Она знала его всего три дня, но уже понимала, что он делал так, когда его что-то особенно веселило. Это движение означало, что он уже знает, как собирается поступить.

И все же Персефона удивилась, когда он схватил ее за плечи и притянул к себе. Она вскинула руки, уперевшись ему в грудь, и, когда его губы встретились с ее, потеряла связь с реальностью. У нее подкосились ноги, и руки Аида скользнули по ее телу, сжав ее еще крепче. Его рот был горячим и ненасытным. Он целовал ее всем – губами, зубами и языком, – и она отвечала ему с той же страстью. И хотя девушка знала, что ей следует остановить его, ее тело имело собственное мнение на этот счет.

Когда ее руки поднялись по его груди и обвили шею, Аид издал глубокий грудной звук, который одновременно взволновал и напугал ее. Потом они оба сдвинулись с места, и она почувствовала каменную стену у себя за спиной. Бог поднял ее над землей, и Персефона ногами обхватила его талию. Он был настолько выше ее, что эта позиция позволила ему провести губами по линии ее подбородка, прикусить мочку уха и поцеловать в шею. Эти ощущения заставили ее охнуть, и она изогнулась, запустив пальцы в его волосы и ослабив повязку, что удерживала темные пряди. Когда его руки оказались у нее под халатом и коснулись мягкой, чувствительной кожи, она вскрикнула, сжав его волосы.

В следующий момент Аид отстранился. Глаза его горели желанием, которое она чувствовала глубоко внутри, и им потребовалось время, чтобы отдышаться. Они долго оставались неподвижны. Руки Аида все еще лежали у нее под халатом, обхватив бедра. Она бы не остановила его, если бы он продолжил. Его пальцы были опасно близки к ее лону, и она знала, что он ощущает ее жар. И все же если бы она уступила его желанию, то не смогла бы сказать, что чувствовала бы после, а ей почему-то не хотелось жалеть об Аиде.

Возможно, он тоже это почувствовал, потому что опустил ее на землю. Длинные волосы волнами рассыпались у него по плечам, создав вокруг лица темный нимб.

– Когда войдете в «Неночь», вам нужно будет только щелкнуть пальцами, и вы перенесетесь сюда.

Кровь отлила у нее от лица, и на мгновение Персефона перестала дышать. «Ну конечно, – подумала она. – Он одарил меня благом». Поцелуй отозвался в Персефоне чувством стыда. Почему она позволила ему это сделать? Почему позволила обстановке так накалиться? Она же знала, что нельзя доверять богу подземного царства – даже его страсти.