За горсть монет - Константин Гориненко

в комнату. Теперь он смог рассмотреть и ее лицо: светлое, сильно контрастирующее с волосами и используемой магией, острые подбородок и нос едва выступают вперед, большие темноватые глаза смотрят четко на дверь. На вскидку лет двадцать, всего на три года младше его самого. Даже Гэбриэл мог бы назвать ее красивой, если бы не жуткая гримаса на лице и желание самого авантюриста ударить по нему в отместку за провал задания.

После единого пинка петли сорвались и дверь скрылась в мраке прохода. Впервые, хоть и мысленно, поблагодарив напарницу, Гэб бросил уже треснувшие руды во второй коридор, в конце коего показалось лицо Зарека, что, в отличии от оного наемницы, было раскрасневшимся и угловатым, с карими волосами, закрывающими лоб, при том не мешающими увидеть на нем морщины от напряжения.

Перед взрывом, обвалившим проход, за спину Гэбу успел залететь игольчатый камень и взорваться изнутри. Пара осколков застряла в слоях одежды, но один больно впился в скулу, а второй пробил щеку. Выплюнув его наемник почувствовал слабоватый железный привкус. Как только он вошел в коридор вслед за авантюристкой, волна жара обдала спину, дав понять, что завал Зарека не остановил.

Влетев в следующий зал, переходящий в пещеру, Гэб остановился. По центру протекал ручеек и вел к каменной плите, преграждавшей выход наружу. Рядом с ней и стояла девушка, что, вонзив в камень когти и подталкивая его темными столбцами, медленно но верно поднимала монолит.

-Эй ты! – обернувшись, она окликнула Гэба, – Подопри плиту своими рудами!

Кивнув, он потянулся к спице, связанной со всеми бомбами вокруг замка. Как вдруг из прохода вылетел снаряд Зарека и прошил весь механизм, попутно выжегши неглубокую борозду вдоль запястья Гэба.

Авантюрист вскрикнул. Боль разгорелась, кровь хлынула в мозг и на глаза попалась нога девушки. Даже не успев задуматься Гэб выхватил клинок и полоснул им по суставу. Та даже не успела понять, откуда настигла атака, как авантюрист юркнул в щель под плитой и покинул замок, все же не забыв прихватить доселе сидевшего под мостом Ифико. Две пурпурные полосы в полях не были замечены из-за серии ярких вспышек из-под моста, сопровождаемых душераздирающим криком.

Глава 11. Последствия чужих ошибок

Еще до рассвета Гэбриэл смог добраться до Торпы. За лошадью он не возвращался, а марки в обуви разрядились спустя несколько часов беспрерывного бега, потому остаток пути пришлось преодолеть собственными силами, иссякшими еще быстрее. Еда так же осталась в трактире в Домерланах, следовательно, не взирая даже на раны, все мысли наемника были направлены на пропитание.

Попетляв по самым захолустным и безлюдным улочкам, он нашел вход подвального помещения, из которого на ступени лился свет и доносились радостные голоса. Запахи трактира удивили Гэбриэла. Он не раз слышал зловонья подобных заведений, иной раз проходя мимо, но застоявшийся воздух данного погреба с тройной силой попытался выгнать потенциального клиента.

Изредка «четвероногие» табуреты, приколоченные к стенам доски вместо столов, и куча черни, вылупившиеся на вошедшего. Стерпев изысканный букет запахов и огромное количество оборванцев, наемник сделал еще несколько шагов к барной стойке.

-Чего тебе? – спросил седобородый трактирщик, покосившись на странно разодетого посетителя.

-Бренди, – ответил тот, вспомнив единственное знакомое название, – и что-то съестное.

-Тридцать врис, – ответил старик и поковылял к ящикам в углу.

Выложив монеты на стол, Гэб нетерпеливо дождался трактирщика, выхватил бутылку и кусок солонины, отпил и спокойной походкой направился к выходу, прочь от уже осточертевшей атмосферы. Столь же невозмутимо взойдя по стене, он уселся на краю крыши, свесив ноги перед окном второго этажа.

Неспешно уменьшая количество жидкости в бутылке, Гэбриэл задавал себе лишь один вопрос: «Как можно было так облажаться?!» Само собой, преимущественно он винил спонтанно объявившуюся авантюристку, далее виновными стали заказчики, разбросавшие объявления по всей стране, но с каждым глотком осознание собственного промаха подступало все ближе и ближе.

Сбоку послышалось слабое шуршание. Обернувшись, наемник увидел кота, что, вероятно, принял человека за статую, а потому и подошел без страха. Сам не зная зачем, Гэб налил часть бренди в отколовшийся кусок черепицы. Животное недоверчиво понюхало жидкость, лакнуло ее пару раз и ушло восвояси. Уже изрядно напившийся авантюрист воспринял даже такую мелочь как очередной дурной знак и яростно швырнул бутылку вдаль. Послышался звон битого стекла, чьи-то крики, но Гэб уже отполз от края крыши, улегся на ней и заснул сном младенца.

*****

Скеитрир был в Хеленпике. Сделав крюк через Малк, он прихватил часть запасенного мяса вепря и планировал вновь наведаться к Рафиму. Планам не было суждено сбыться.

Уже проходя мимо Гильдии, он заметил направляющегося к нему человека в красном капюшоне.

-Гэбриэл, – шепнул тот, одернув всадника. Пестрый головной убор в купе с раздвоенным подбородком выдали в нем Фалько.

-Скеитрир.

-Да сейчас не важно, смотри. – Фалько протянул ему бумагу, увидев которую наемник опешил. На ней было идеально нарисовано его лицо. Точнее, лицо Гэбриэла, а под ним – сумма, вдесятеро превышающая награду за изничтожение гончих, – Сегодня утром увидел на доске смертников.

-Что ты, придурок, натворил? – прошептал Скеитрир, обращаясь к портрету.

-Тебе бы лучше поскорей убраться из столицы, а скорей всего вообще из страны. Немногие из наших пока об этом знают, да и многие в жизни не поверят, что предателем объявят кого-то из Шестерки, но скоро им станет все равно. Пока никто еще не разобрался в происходящем, но пойми: демону или его другу много форы давать не будут, так что быстро забирай свои пожитки и вали отсюда!

Только сейчас Скеитрир заметил множество отдельных взглядов, искоса сверлящих его. Медленно спешившись он направился к своей комнате. Гэбриэл принадлежал к людям типа «все свое ношу с собой», потому его ящик обчищать не требовалось, а вот собственные деньги и ценности – более чем. Оборвав полы плаща и превратив их в мешок Скит начал сметать в него все, до чего мог дотянуться. Но посреди процесса снаружи, сквозь уличный шум просочились строевые шаги.

В легкой броне, чтоб не шуметь, пытаются идти в разброс, чтоб запутать. Явно по его душу.

Согильдийцы точно его сдадут, но шанс прикинуться дурачком все еще есть. Забросив собранный мешок под дверь наемник как ни в чем не бывало сел на край кровати.

Топот на лестнице. Скрипнула дверь этажом ниже – как раз в комнате Гэба. Часть шагов направилась к нему. Секунда, и двери