Пропущенные материалы: Последние дни Лориен - Питтакус Лор

— Уйя! — Утро началось с жестокой побудки.

Мальчишка, предварительно оттоптав мне ноги, скакал у меня на животе, а потом и ребрах.

— Вставай! — повторял он во время своих живодерских прыжков. Я уже начинал привыкать к таким грубым пробуждениям.

— Вставай! — не успокаивался мальчик, которого мы все начали называть «Девятым». Ясноглазый, шаловливый и неугомонный, уже через пять минут его общества, я начинал молиться о наступлении тихого часа.

Девятый, как и другие юные Гвардейцы, быстро очухался от ужасов той жуткой ночи, когда Лориен захватили могадорцы, а ведь это случилось всего менее месяца назад. Другие Чепаны-Наставники поражались детской толстокожести. Мы завидовали им. Ни одному из нас было не под силу забыть то, чему мы стали свидетелями.

— Ну все, все, встаю, — прокряхтел я, спуская ноги с кровати и снимая с крючка мою футболку Калвака. Пока другие Чепаны-Наставники тухли в своих туниках, я щеголял в том, что было на мне в последнюю ночь на Лориен.

— Ты такой медленный, — дергал меня за руку Девятый, мешая одеваться.

— Прости, дружище, — сказал я. — Я вчера поздно лег спать.

— Тоже мне новость!

У края переборки, отгораживающей мое спальное место от остального пространства корабля, стоял ухмыляющийся Брендон. Он все время проходился на мой счет за любовь подольше поспать и общаться с другими Чепанами в корабельной столовой после полуночи. Даже если Брендон уходил спать, всегда оставалась Кентра или еще кто-нибудь.

— Сегодня первое занятие по начальной боевой подготовке, — объявил он. — Если не возражаешь, я заберу Девятого.

— Борьба? Не рановато ли? — В голове не укладывалось, что их так рано начнут натаскивать как Гвардейцев-воинов. Брендон и Кентра объяснили, что это всего лишь безобидная каланетика и другие упражнения, но для меня они все равно были слишком малы.

Гвардеец Брендона, Четвертый, выглянул из-за спины своего Чепана и застенчиво протянул руку Девятому, приглашая вместе пойти на тренеровку.

Я ждал, что Девятый возьмет его за руку, отвечая на этот милый жест.

— Бальба! Арррр! — пронзительно завопил Девятый и снова сиганул на кровать, от перевозбуждения или от невнимательности даже не заметив робкой попытки Четвертого подружиться.

Я улыбнулся, одновременно измученный и гордый гиперактивностью моего Гвардейца. Сцапав Девятого, я сгреб его кровати и поставил на пол.

— Иди с Брендоном и Четвертым, договорились? А потом у нас будет Тет-а-тет. Тет-а-тетом назывались тренировочно-развивающие занятия между Чепаном-Наставником и его Гвардейцем. Из-за моей неопытностни и отсутствии должной подтоговки наши занятия решено было проводить под наблюдением одного из Чепанов-Наставников. Но даже с дышащими в затылок Брендоном или Кэтер, Тет-а-тет все равно было моим любимым временем: только я и ребенок.

Просторный корабль имел открытую планировку, без каких-либо стен, но ради права на личную жизнь и нашего душевного равновесия пассажирский отсек был поделен на «отсеки» голографическими переборками.

Столовая являлась одним из таких мест и располагалась рядом с кабиной управления звездолетом. Когда я наконец-то туда добрался, там уже почти никого не осталось, как и выбора еды: лишь упаковка сублимированных фруктов да тарелка какой-то полуостывшей кашеобразной массы.

Мда, подумал я. Вот оно наказание за лишний сон.

Смирившись, я выбрал фрукты и уселся рядом с единственным оставшимся в столовой Чепаном, Хессу. Она была самой старшей среди Чепанов и к тому же замкнутой. Я никогда не знал, о чем с ней говорить, так что просто кивнул ей и принялся в тишине поглощать свой завтрак.

Как часто бывало, когда я оставался наедине с собой, мои мысли возвращались к событиям на Лориен, которым я стал свидетелем — уничтожение столицы и исполненные страдания мутные слезы на щеках деда Девятого, и событиям, о которых я мог только догадываться: родительский коттедж в Делуне взрывается под ракетными ударами могов; Девектра, храбро защищающая любимый город, в конце концов погибает под напором наземных войск могадорцев…

Мне вспомнился момент взлета корабля. Я наблюдал из иллюминатора, как мы отрываемся от взлетной полосы. Старейшина Лоридас, наотрез отказавшийся всходить на борт, превратился в точку и исчез, когда мы пробили атмосферу планеты, оставляя позади продолжающих сражаться Карабакцев и воинов Сил Обороны Лориен, сдерживающих орды могадорцев.