Отчаяние. Том 3. - Say Latto

Я кивнул.

Он протянул мне небольшой жёлтый контейнер.

— Заряд. Термобарический. Медленного сгорания. Под гнездо. Активируешь и отходишь минимум на сто метров. Волна выжигает всё, кроме камня. Действие — 12 секунд. Радиус — тридцать метров. Гарантированная зачистка.

— Принято.

— Ещё одно. Если встретишь то, что не вписывается ни в какие параметры — не пытайся понять. Просто убей. Или уходи. В этом районе активность нестабильная. Есть шанс, что под гнездом не только зверьё.

Я убрал заряд в карту. Пригодится. Редкая штука.

Он снова посмотрел на меня. Долго. Без эмоций.

— У тебя есть имя?

Я не ответил.

Он кивнул, как будто ожидал.

— Тогда иди, 731. Времени мало.

Я развернулся и вышел.

Спускаясь вниз, слышал только шаги. На каждом пролёте — кто-то в броне, с глазами как у тех, кто давно не спит. Но никто не спрашивал. Никто не задерживал.

На выходе — тот же карабинер. Открыл ворота молча.

Я сел в машину. Дверь хлопнула глухо. Мотор завёлся сразу.

На экране навигатора — отмеченный сектор. Координаты. Время до точки — 43 минуты.

Дорога вела к северу. Сначала асфальт — потрескавшийся, но ровный. Потом — щебёнка. Потом — грунт. Чем дальше, тем меньше признаков недавней жизни. Ни людей, ни машин. Только редкие следы от шин — будто кто-то пытался проехать и не вернулся.

Навигатор сбился один раз — вильнул маршрут вправо, потом снова выровнялся. Видимо, сигналы прыгали. Пришлось свериться с координатами вручную. Старый бумажный лист с пометками от командира был точнее. Я проехал ещё километр, свернул налево — через покосившийся указатель и в сторону деревьев.

Хутор показался внезапно. Несколько обугленных зданий, развороченный навес, у края — валун с привязанной к нему табличкой: B3. Буквы свежие, краска не облезла.

Я заглушил двигатель. Вышел. Тишина навалилась сразу — густая, вязкая. Воздух был тяжёлый, чуть прелый. Откуда-то тянуло горелым мясом.

Четыре щупальца медленно вышли — вдоль спины и в стороны.

Я прошёл к зданию. Дверь — наполовину сорвана, внутри темно. Стены закопчённые, следы пальцев — не человеческих. Три когтя, глубоко. Кто-то держался. Кто-то скользил вниз.

Пятно крови — старое. Почерневшее. Ведёт внутрь.

Я вошёл. Никаких приветствий. Только сырость и следы борьбы.

На полу — разгрызанный шлем. Наш. Итальянская маркировка. Внутри — обломки челюсти. Без кожи, без языка. Кто-то умирал медленно.

Я прошёл дальше. Коридор — короткий. Внизу — спуск. Подвал.

Я тяжело вздохнул.

– Опять под землю...

Пришлось спускаться.

Темно. Влажно. Пахло землёй и железом. Треск — крысы или хуже. Щупальца прошли впереди, касаясь стен. Я медленно шёл за ними. Один шаг — один вдох.

В углу — тело. Половина. Верхняя. Нижней не было. Одна рука тянулась к стене. В пальцах — комок ткани. Я наклонился. Не разглядеть что там. Все в крови.

Я выпрямился. Рядом — ящик. Медицинский. Пуст. Все бинты изорваны. Кровь на стенах — на потолке. Значит, сражался. Долго.

Щупальце метнулось вправо — контакт. Что-то движется за стеной. Глухой шорох. Словно тянут когти по камню.

Я вытащил заряд. Термобарический. Проверил предохранитель. Работает.

Если это и было гнездом — его уже освободили. Либо расчистить, либо сжечь.

Я двинулся дальше.

Шорох становился всё отчётливей — не громкий, но уверенный. Как если бы кто-то шёл на цыпочках по влажному камню, стараясь не дышать. Я замедлил шаг. Пальцы сжались на рукояти полуторника, другой рукой проверил, что граната закреплена — фиксатор не соскочил. Щупальца растянулись по сторонам, два вверх, два вниз, как щиты.

Туннель вёл к узкой арке — раньше, возможно, это был проход в подвал. Сейчас — скорее пасть. Сырые стены покрыты плесенью, внизу — потёки крови и чёрного, как мазут, вещества. Шаг — и воздух стал тяжелее. Пахло тухлой водой, мясом и чем-то химическим, разъедающим ноздри.

Я пригнулся и прошёл внутрь. Свет почти не проникал, только тусклое отражение с поверхности стены. Где-то в глубине слышалось дыхание. Громкое, медленное. Неритмичное. Почти как храп, но не совсем.

Щупальце коснулось пола — вибрации. Тяжёлые. Кто-то там есть. Большой, один или больше.

Я сделал ещё шаг. Сразу — резкий визг. Что-то метнулось сбоку. Я пригнулся, щупальце выбросилось вперёд — с хрустом впечаталось во что-то мягкое. Тело упало рядом, дёрнулось пару раз и затихло. Не монстр. Человек. Или то, что от него осталось.

Он был без лица. Место глаз — выжжено. Грудь раздута, кожа в язвах. Судя по всему, заражение было давно. Уже не жертва. Уже часть гнезда.

Слева — снова движение. Я не стал ждать. Два щупальца пошли вперёд, прочёсывая проход. Один ударил в потолок — тварь свалилась прямо на лезвие, распалась, оставив после себя густую слизь. Вторая попыталась обойти снизу, но получила в бок энергозарядом из руки.

Весь коридор начал реагировать. Плесень вспучивалась, пол словно дышал. Это было не просто заражение — это было ядро. Гнездо.

Я выдернул кольцо. Граната полетела в центр — туда, где темнота становилась густой, как нефть.

Сразу сорвался на бег в обратную сторону.

Взрыв не был громким, но чувствовался внутри груди. Давление ударило, потом — волна тепла и глухой рев. Стены дрогнули, потолок осыпался.

Я шёл назад, не оборачиваясь. Всё внутри этого места корчилось, визжало, таяло. Воздух стал горячим, потом холодным, потом снова густым, как дым. На выходе я остановился. Проверил дыхание, пульс. Нормально. Только сердце било слишком часто.

Подвал начал медленно оседать. Я отступил. Через несколько минут всё стихло. Гнездо уничтожено.

Сел в машину и поехал назад. Ожидал конечно худшего. На деле оказалось просто.

У КПП меня уже ждали. Карабинер махнул рукой, открывая ворота.

— Проходи. Командир ждёт.

Я вошёл. Здание штаба было тем же. Стены серые, двери металлические, запах сырости и антисептика. Внутри — пусто. Только один охранник у консоли, и он даже не поднял головы.

Командир сидел в том же кресле. Лицо — такое же выжженное. Только глаза — резче.

— Ты жив, — сказал он. Не вопрос. Констатация.

Я кивнул. Он повернул к себе монитор, быстро пролистал что-то. Потом снова посмотрел на меня.

Он встал. Подошёл к карте. Сектора вокруг города мигали. Красная зона B3 погасла. Стала серой. Он ткнул в неё пальцем.

— Первая зачистка за последние восемь дней. Полная. Без потерь. Ты доказал всё, что нужно. Теперь