Не пожелай зла - Дмитрий Лазарев

«Нет, пора завязывать, парень, а то так и ласты склеить — не вопрос! Так относиться к себе — последнее дело! Давай-ка вспомни, что ты сегодня сделал хорошего. Шутка сказать — отца исцелил! Ну не молодец ли?! Почти герой! А суббота? Так с кем не бывает? Не ошибается тот, кто ничего не делает. Забудь и наплюй! Тебя ждут великие дела!»

Невероятно, но этот простецкий внутренний монолог, правда произнесенный с чувством, подействовал лучше всякого лекарства. Живительная Э-волна, которой я окатил себя с ног до головы, мигом исправила весь тот вред, который я только что нанес себе своими уничижительными мыслями. Самочувствие стало просто отличным. Вот так, Игорь, учись позитивному мышлению!

Мишка сидел, растерянный и слегка испуганный произошедшим. На его глазах человек стал выглядеть как тяжелобольной — и тут же восстановился. Причем все это за считаные секунды. Умом можно тронуться! В себя мы пришли почти одновременно. Он — от изумления, я — от пагубного воздействия Э-магии. Видя его обалдевшее лицо и понимая, что сейчас он учинит мне форменный допрос, я его опередил:

— Все, Мишка, харэ! На сегодня хватит! На днях после работы пересечемся и обо всем подробно переговорим. Но не здесь и не сейчас!

И столько в моем негромком голосе было твердости и убедительности, что Тихонов подчинился. А я, довольный этой маленькой победой, двинулся к своему рабочему месту, готовясь к погружению в море служебных бумаг. До конца рабочего дня оставалось еще как минимум четыре часа…

Два часа прошли относительно спокойно, так как мне почти в полной мере удалось отрешиться от проблем личных и сосредоточиться на рабочих. Правда, однажды только чудом избежал гибели стоявший на столе рядом со мной телефон, который зазвонил как раз в момент моей наивысшей сосредоточенности, из-за чего я вздрогнул, но сумел-таки спеленать рванувшуюся было отрицательную Э-волну. Так что, в общем, все шло относительно неплохо, пока я не услышал за спиной:

— Привет, пропащий! Куда ты подевался вчера?

Так. Эти слова сегодня уже звучали. Фраза дня, что ли? Я повернулся. На меня смотрела Лена Медникова. Она улыбалась беззаботно и весело, но где-то в глубине ее карих глаз затаилась тревога.

— Прости, Лена. Не удалось попрощаться. Возникли срочные дела.

— Правда? — Ее взгляд стал испытующим.

— Чистая. Я стараюсь не врать без крайней необходимости. К тому же, если ты заметила, я отсутствовал и сегодня с утра.

— Заметила. Я тебя искала.

— Зачем?

— Все за тем же. Узнать, что случилось и куда ты исчез.

— Семейные проблемы, — почти не солгал я.

— Серьезные?

— Отец попал в больницу. Сердце.

— Ох! Мне очень жаль.

— Спасибо. Сегодня с утра я навещал его. Завозил лекарства.

— Понятно. А я подумала…

— Что?

— Да так… Ничего. Жаль, что тебя в воскресенье не было, — резко поменяла она тему. — Мы здорово провели время!

— Не сомневаюсь.

Повисла пауза, и нарушать ее я не собирался. Несмотря ни на что, мне было приятно на нее смотреть, но с точки зрения здравого смысла лучше бы ей поскорее уйти и не провоцировать меня на проявление эмоций. Молчание затягивалось, так как неловкость, похоже, мешала Лене найти подходящую тему для продолжения беседы, а чувство вины не позволяло просто так отправиться по своим делам.

— Ты как, в порядке? — наконец спросила она.

— Да. А что, есть причины предполагать обратное?

Эк завернул! Да и тон подходящий. Браво, Игорь, браво!

И Лену, кажется, проняло. Она дернула плечом и не менее холодно произнесла:

— Просто проявила участие.

— Спасибо, все нормально.

— Рада слышать.

Она резко развернулась и удалилась, а движение воздуха, вызванное ее стремительным передвижением, заставило пару листков только что распечатанного мной отчета спланировать на пол. Я усмехнулся своим мыслям, водрузил листки на место и вернулся к прерванной работе, надеясь, что это испытание для моего самоконтроля на сегодня будет последним. Но не тут-то было…

— Игорь, зайди ко мне в кабинет. — Хриплый голос Шелехова в очередной раз оторвал меня от работы.

Чертыхаясь про себя (дадут мне сегодня закончить этот проклятый договор?!), я пошел за ним. Только бы раздражение не прорвалось наружу! Почему я раньше не замечал, как трудно контролировать свои эмоции? Может, для меня это просто никогда не было так важно? Повторяем про себя: «Все нормально. Шелехов — твой босс, и загружать тебя работой — его право и обязанность. Спокойно. Не раздражаться!»

В кабинете Шелехова я застал Кошкина. На мое приветствие он ответил небрежным кивком. Блин, только его мне не хватало для полного счастья! Выглядел младший партнер «БШК» неважно, что я отметил с немалой долей злорадства. Очевидно, чересчур расслабился в выходные, за что сейчас и расплачивается. Однако в чем дело? Уж не собирается ли Шелехов…

— Игорь, я знаю, что у тебя много работы, — начал тот, подтверждая мои худшие опасения, — но тут сложилась непредвиденная ситуация. Олегу Сергеевичу необходимо подготовить к завтрашнему заседанию ряд бумаг, а Нина Дмитриевна слегла с простудой. Я прошу тебя задержаться сегодня и помочь.

Черт! Как некстати! Я отчаянно сжал зубы, словно они могли удержать внутри моего организма нарастающую злость. Однако, как ни странно, это действительно помогло. По крайней мере, явных признаков воздействия отрицательной Э-волны я не заметил. Зато понял, что оба партнера смотрят на меня озадаченно — мое молчание, похоже, затянулось.

— А ваши задания? — спросил я.

— Отложишь до завтра. Но к среде эти договоры мне понадобятся. Ничего не поделаешь, придется напрячься.

«Знал бы ты, как я сейчас напрягаюсь, чтобы ни с кем из вас ничего плохого не произошло!» — подумал я, но сказал, естественно, совсем другое:

— Хорошо. Что нужно сделать?

— Олег Сергеевич тебе объяснит.

— И вы хотите, чтобы я это сделал сегодня?! — изумленно произнес я, оценив масштабы свалившейся на меня «халтуры».

— А кому сейчас легко? — равнодушно спросил Кошкин. — Думаешь, я в потолок плюю? Мне сегодня тоже не один час сверхурочных светит. Я ведь не жалуюсь!

— У нас с вами зарплата разная, — рискнул сказать я.

— И не только зарплата, — ядовито проговорил младший партнер. — Должность тоже. Так что выполнять распоряжения руководства ты обязан! Еще вопросы есть?

— Нет, — процедил я сквозь зубы. — Можно приступать?

— Действуй, — бросил он и с показной сосредоточенностью уставился в лежащие на столе бумаги.

Я поспешил выйти из его кабинета, так как почувствовал: еще чуть-чуть — и Кошкину не поздоровится. «Ох, не нарывался бы ты, — мысленно обратился я к младшему партнеру, — не доводил бы до греха…»