Книжные странники - Мехтильда Глейзер

Мы огляделись. В подвале было довольно темно, свет шел только от камина, где на вертеле жарился поросенок. У камина стояло резное деревянное кресло, в нем дремал рыжебородый молодой человек, одетый в юбку из шотландки с традиционным узором нашего клана и рубашку старинного покроя. Глаза полуприкрыты, на животе – стопка книг. Грязные голые ноги он протянул к огню, сапоги лежали тут же.

Мы хотели было подкрасться поближе, как вдруг дверь на другом конце подвала с грохотом распахнулась. В помещение ворвались двое темноглазых юношей с растрепанными волосами, тоже одетые в килты, но с другим узором. Лет им было по четырнадцать – пятнадцать, и они, казалось, были вне себя от ярости.

Мы с Бетси беззвучно отступили в тень.

– Малкольм Леннокс! – прокричал один из них и вытащил меч. – О чем ты думал?

Клинок сверкнул в танцующем свете пламени.

Рыжебородый молодой человек, вздрогнув, проснулся.

– Кэйлиан! Тевин! Кто впустил вас, макалистерский сброд? – забормотал он. – И что это за дурацкие взмахи мечом, Кэйлиан?

Но темноглазые юноши уже приблизились к рыжебородому и рывком подняли на ноги. Стопка книг рухнула на пол.

– Встань и сражайся как мужчина! – потребовал Кэйлиан, приставив меч к горлу рыжебородого. – Или умрешь как щенок.

Малкольм Леннокс, недолго думая, выбрал первое и тоже достал оружие. Клинки ударили друг о друга, металл звякнул. Малкольм и Кэйлиан сражались, перемещаясь по комнате, как в танце.

– Позвольте узнать, за что меня хотят убить. Мамочка снова выкупала вас в слишком горячей воде? – бросил Малкольм на ходу.

– Ты совершил преступление. Настоящее преступление. Ты доставил их сюда! – прошипел Кэйлиан.

– Что? – Малкольм чуть не забыл отразить удар. Лишь в последний момент он вскинул меч и отступил к камину: – Кого и куда я привел?

– Не корчи из себя дурачка, – зарычал Кэйлиан. – Мы знаем про русалок!

На последнем слове он плюнул под ноги Малкольму.

– Ты высадил их на берегу! – добавил Тевин, до сих пор державшийся в тени. – А мы увидели и хотели вернуть в книгу, но эти резвые твари уплыли прочь.

– По-моему, просто вам не хватило ловкости, чтобы их изловить. Эти дамы высмеяли вас, надо полагать. – Малкольм ехидно ухмыльнулся.

– Подумаешь! – фыркнул Тевин. Вдруг он выхватил кинжал и тоже устремился к Малкольму. – Сказочные существа во внешнем мире, да как ты посмел? Они теперь могут оказаться где угодно. Их увидят! И примут за настоящих людей.

– Они и есть настоящие! По-настоящему литературные. – Малкольм усмехнулся, хотя против него выступали уже двое.

Он был немногим старше нападавших, но дрался куда лучше их. Малкольм играючи кружил по комнате, и казалось, его клинок сверкает повсюду. Однако Макалистеры не сдавались, они нападали на Малкольма все отчаяннее.

– Лорд точно придет в ярость, когда увидит, что уже так поздно, а вы не в постели, – подколол Макалистеров Малкольм, сделав элегантный выпад.

Секунду назад Кэйлиан и Тевин кипели от ярости, но тут глаза у обоих расширились от ужаса, и они опустили оружие.

– Испугались, что лорд отругает? – Малкольм расхохотался. – Может, в наказание лишит вас сказок на ночь.

Но Макалистеры лишь молча указали на камин, в огне которого полыхали книги. Должно быть, Малкольм столкнул их, делая очередной выпад.

Леннокс тоже выронил меч:

– Боже мой! – И полез в огонь голыми руками.

Макалистеры последовали его примеру. Они вытаскивали горящие книги одну за другой и лихорадочно топтали их, стараясь сбить огонь. Я чуть не бросилась на помощь, но Бетси схватила меня железной хваткой.

– Ты что, вообще ничего не соображаешь? Вмешиваться нельзя, – прошипела она, в то время как наши предки в панике пытались затушить горящие книги.

Наконец в камине остался один-единственный том.

Чертыхнувшись, Малькольм последний раз сунул обожженные руки в угли. Книга сгорела почти дотла, сохранилось лишь несколько листов. Вытащив их, Леннокс взглянул на название и разразился громкой бранью.

– Это была единственная рукопись! – завопил он. – Манускрипт!

– Что? – воскликнул Кэйлиан Макалистер.

Тевин Макалистер сбросил плащ, тоже занявшийся огнем. Тот приземлился на деревянное кресло, и прикрывавшая его шкура сразу начала тлеть. Дымящееся полено выкатилось из камина и подожгло стенной ковер и деревянную скамью.

Но ни Малкольм, ни Макалистеры не заметили огня. Все трое потрясенно смотрели на все еще дымившиеся остатки манускрипта.

– Скорее к Porta Litterae! – вскричал Малкольм после заминки. – Вперед, вперед! Это единственный шанс спасти то, что еще можно.

Кэйлиан и Тевин закивали. И в следующий же миг все трое выскочили за дверь.

Я лихорадочно оглядывала комнату.

– Надо чем-нибудь погасить огонь! – крикнула я.

Почему нигде нет ведра с водой, когда оно так нужно?

– Мы внутри книги, ты, дубина! – крикнула Бетси. – Тут все не по-настоящему, понятно?

Я фыркнула. Для меня тут все очень даже по-настоящему! Настолько, что я испугалась.

Огонь быстро распространялся, даже балки, выступающие из стен, уже горели. Заполнивший комнату густой черный дым щипал глаза. Дышать стало мучительно до боли. Я ничего не могла разглядеть и щурилась, чувствуя, как Бетси толкает меня вперед. Кашляя и задыхаясь, мы сделали несколько шагов до того места, откуда появились…

Вскоре мы скатились на плетеный коврик снова на Штормсее, внутри каменного кольца, и я долго не могла восстановить дыхание, жадно втягивая свежий воздух. Глаза не переставали слезиться. Легкие горели.

Глен помог нам с Бетси подняться.

– Почему ты не сказал, чтобы мы оделись в старье? – фыркнула Бетси, показывая на испачканное сажей платье.

Ее щеки и волосы тоже покрывал слой копоти, и я догадывалась, что выгляжу не лучше. Впрочем, какая разница!

– В этом самом пожаре сгорел замок, принадлежащий моей семье? – спросила я.

Глен кивнул:

– Поэтому я и послал вас обеих. Потеря замка – это пустяк по сравнению с тем, что той ночью оказалось утрачено навсегда. Упавший в огонь манускрипт был единственным свидетельством одной эпохальной истории, и когда он сгорел – история оказалась забытой. Оба клана очень тяжело переживали эту утрату. Они посвятили жизнь защите книжного мира, а какая-то нелепая ссора уничтожила важную часть его.

Я смутно помнила, что на первом занятии Глен уже рассказывал о сгоревшей книге.

– И тогда кланы заключили перемирие, – догадалась я.

– Правильно, Эми, – улыбнулся Глен.

Бетси, наоборот, фыркнула: