Волшебные искры солнца - Анна Джейн

Она хотела схватить меня за предплечье, чтобы встряхнуть, но я не позволила ей этого сделать – больно перехватила руку, так, что у Алены не было возможности высвободить ее. Второй рукой я замахнулась.

Мне хотелось ударить бывшую подругу, залепить звонкую пощечину, так же, как и она вчера, но я сдержала себя. Из последних сил. Ради дружбы, в которую я действительно верила все эти годы.

– Я все поняла. А теперь настал твой черед кое-что понять. Если ты когда-нибудь еще посмеешь ударить меня, Лесовская, я отвечу, – пообещала я, не узнавая собственный голос. Он вдруг стал властным и твердым, и Алена, услышав его, перестала трепыхаться, изумленно на меня глядя. – И я отвечу так, что ты пожалеешь.

Я резко опустила занесенную руку – но не ударила Алену, а коснулась ее щеки, чувствуя новый прилив ярости.

– Что ж, я прощаю тебя за вчерашний удар – все-таки ты так измаялась за время дружбы со мной, – продолжала я. – Но если ты когда-нибудь посмеешь еще раз поднять на меня руку, тебе будет плохо. И да, последний совет от меня. Мой дядя никого не может любить. Он может только играть с людьми. Если уважаешь себя – беги. Ты еще можешь найти свое сомнительное счастье.

– Ошибаешься, – неожиданно широко и светло улыбнулась Алена. – Ты ничего не знаешь, Мельникова. Я особенный человек для Тима. А вот ты – не более, чем вещь, которую можно использовать в своих интересах, а потом выкинуть. Кстати, знаешь, почему у тебя с Женькой не получилось? – спросила она вдруг.

Я мрачно на нее взглянула.

– Просвети.

– Ему было стыдно. Любил одну, а переспал с другой. Соблазнил ее лучшую подружку, – сказала Алена со злым торжеством. – Винил себя, бедный. Ему и в голову не приходило, что в тот вечер я просто использовала его.

– Ну ты и мразь, – только и сказала я.

– Знаю, – откликнулась она. – Прекрасно знаю, Мельникова! А ведь он до сих пор тебя любит. Ревнует тебя к Ярославу. Страдает.

– Хорошо, ты мстила мне, Лесовская. Я понимаю. Но Женька-то при чем? Зачем ему больно делать? Он ведь тебя своим другом считал, – сквозь зубы сказала я. – Или, может быть, ты просто ищешь оправдания своей гнилой натуре?

На этом мы распрощались. Алена осталась, обхватив себя за плечи руками, а я ушла – гордая и несломленная. И спина у меня была так расправлена, будто бы мне было все равно. Но стоило мне скрыться от посторонних взглядов на втором этаже, как я остановилась и прислонилась к стене – уставшая и разбитая.

Я знала Алену с первого курса, уже много лет. Каждый день мы общались по телефону, виделись несколько раз в неделю, вместе отдыхали. Я считала ее близким и дорогим человеком. Когда ей было плохо, я помогала, когда она была счастлива – я радовалась вместе с ней. И я не думала, что однажды потеряю ее.

Но прошедшая ночь, кажется, все изменила.

Всего лишь одна ночь разрушила нашу дружбу.

***

Проводив Настю пылающим взглядом, Алена быстрым шагом пошла прочь. Ее глаза застилали слезы, руки были сжаты в кулаки, на губах застыли невысказанные слова – той, которая считала ее своей подругой, Алена сказала не все, что хотела. То, что она действительно хотела сказать Насте, навсегда останется секретом.

– Дрянь, почему ты? – прошептала она в исступлении. – Почему?

А ведь до ночного звонка Меркурия все было хорошо… Она наконец-то встретилась со своим любимым мужчиной – здесь, в этом доме, защищенном магией. А потом ей срочно пришлось собираться и ехать к Мельниковой, чтобы снова играть роль заботливой подруги. Так хотели Август и Тимофей, и если на первого она плевать хотела, то второго слушалась беспрекословно. Не вышло. Настя была права – Алена думала, что память ей сотрут, поэтому позволила себе слишком много. Позволила себе быть искренней.

Когда Тим узнал об этом, посмотрел на нее с усмешкой, но ничего не сказал, и Алена почувствовала себя глупой и маленькой. А разочаровывать любимого – последнее, чего она хотела.

Иногда Алена думала, как так вышло, что она оказалась замешанной в это дерьмо? И не находила ответа.

Все началось как подработка – слить богатому папаше инфу о его дочери? Без проблем. Алене очень нужны были деньги, и она не видела ничего плохого в дружбе с Мельниковой, за которую ей будут платить. Но теперь, после того, как выплюнула правду прямо в высокомерное – как у папочки – лицо Насти, Алена чувствовала себя мерзко. Так, будто была предательницей.

Но только чтобы предать друга, надо быть другом. А она никогда – никогда! – не была другом этой выскочке, которая играет в свободу. Почему же тогда так больно на душе? Почему она чувствует себя так скверно?

Из-за разочарования в холодных Настиных глазах?

Из-за упавшей на ее лицо тени презрения?

Из-за того, что Настя не знает, на что ей, Алене, пришлось пойти?

У зимнего сада она столкнулась с Тимофеем. Алена хотела пройти мимо, не желая, чтобы он видел слезы в ее глазах, но он схватил ее за руку и остановил. В этом был весь он – делал с другими то, что хотел. И ей это нравилось.

– Что случилось?

– Ничего.

– Врать мне у тебя никогда не получалось. Разговаривала с Настей?

Алена кивнула, закусив губу, чувствуя, как по щеке течет слеза. Она была прекрасной актрисой, но этот человек всегда видел ее насквозь. А может быть, она позволяла ему это. Только ему, никому больше.

– Ты ведь ничего ей не сказала? – ровным голосом спросил Тимофей.

– Только про ее отца.

– Умница. А теперь успокойся, – он приподнял ее лицо за подбородок и вытер слезу.

– Ты был на ее стороне, – прошептала Алена. – Почему, Тим? Потому что в вас течет одна кровь? Потому что она родилась в твоей семье? – ее голос дрожал. – Она ведь права? Я для тебя просто игрушка, Тим?

– Ты же знаешь, что это не так, – отозвался мужчина.

– Но ты был на ее стороне, – повторила она. – А я? А как же я? Я отыграю свою роль и исчезну?

– Успокойся, – Тимофей притянул Алену к себе, положив одну руку на затылок, другую – на спину.

– Я ненавижу твою племянницу, – прошептала она, спрятав лицо на его груди. От Тима пахло дорогими сигаретами, и ей это ужасно нравилось. – Ненавижу ее…

– Хватит, – тихий голос мужчины и его объятия всегда гипнотически действовали на Алену. И это точно была не магия, в которой Алена научилась разбираться.

Почувствовав спокойствие, которое всегда к ней приходило, когда Тим был рядом, она потянулась к нему за поцелуем, в котором сейчас так нуждалась. И получила его.

Это началось как подработка, а закончилось как испытание любовью.

Тимофей Реутов был мужчиной ее мечты. Человеком из другого мира – того, в который Алена так мечтала попасть. Когда она впервые увидела его, выходя из кабинета Алексея Реутова, то поняла, что он тот, кто ей нужен.