Аферисты поневоле - Елена Помазуева

— Понятия не имею, но я обязательно что — нибудь придумаю, — вздохнув, отозвалась она, потом опомнилась и снова потребовала, — Снимай кольцо.

Выглядела она поникшей, уставшей. Наверняка еще и колено болит. Свалился на нее грузным мешком, придавил сверху. Кот — сволочь. С его подачи все случилось, но все равно чувствовал себя виноватым.

— Ну!

В меня ткнули протянутой рукой. Никогда не думал, что от кольца семейства Ристоль будут отказываться столь решительно.

— Ирина, мне необходимо, чтобы носила это кольцо, — произнес я.

— А если я не хочу? — озадачилась девушка.

— Поэтому я предлагаю тебе сделку. Я оплачиваю твоей работодательнице потерю кота, а ты … — договорить мне не дали.

— Ни за что! Слышишь? Не нужны мне твои деньги! Хватит одного договора, из — за которого весь вечер рыщу по темному двору в поисках Эмильена.

Кажется, бабушка оказалась права. У девушки напрочь отсутствует меркантильность. Или как вариант, сильней набивает себе цену.

Не дождавшись продолжения разговора упрямая «невеста», не желающая называться таковой, отобрала свою руку, резко развернулась и направилась к высокой стене, огораживающей двор.

— Эмильен! — закричала она, задрав голову вверх и пытаясь рассмотреть рыжее чудовище в темноте, свисающей над забором, — Иди, красавчик мой ненаглядный! Я тебе консервы с омарами открою! Кис — кис — кис!

— Омары? — от неожиданности поперхнулся.

— Сегодня у него по расписанию на ужин морепродукты, — вздохнув, пояснила Ирина, — Мне бы его поймать, а омарами я его накормлю. Что бы себе рыжая морда об этом не думала. У меня договор. Эмильен!

— Не могу не спросить, что за договор? — подошел ближе и тоже стал вглядываться в чернильное небо над стеной.

— Кабалистический. В смысле кабальный. Холить, лелеять, гулять, развлекать и готовить к выставке. Эмильен! Красавец мой писаный! Не смей прятаться от карьеры! Я его найду, где бы этот несчастный не прятался, — уже тише пообещала она себе.

Ее слова заставили задуматься. Деньги на возмещение за пропавшего блохастика Ирину не интересуют. Тогда, что я еще могу предложить? Устроить розыск пропавшего животного!

— Я помогу тебе в поисках в обмен … — сделал многозначительную паузу, дожидаясь реакции.

— На что? — обернулась девушка и с подозрением уставилась на меня.

— Быть моей невестой.

Ирина

Цирк уехал, клоуны остались. И, кажется, я играю в их представлении не последнюю роль.

Георг старательно улыбался, мужественно преодолевая боль от ушиба. В полумраке глаза мужчины выразительно смотрели, а сам он имел вид потрепанный, но геройский.

— Зачем? — подозрительно уставилась на него.

— Хочу помочь с поиском Эмильена, — легко отозвался он.

— Зачем я тебе нужна в качестве невесты? Мы с тобой встречались два раза, романтических чувств друг к другу не испытываем, — здесь я старательно наступила ногой на возмущающуюся совесть, — и жениться на мне ты не собираешься, иначе бы просил стать женой, а не невестой. Повторяю вопрос: зачем?

Виконт задумчиво смотрел на меня, видимо рассуждая, насколько можно говорить откровенно.

— Из — за бабушки, — буркнул он, помрачнев.

Интересный поворот.

— Это та милая старушка, что была в ресторане? — уточнила, вспоминая недавние подробности.

— Графиня Ристоль удостаивалась разных эпитетов, но милой ее еще никто не называл, — неожиданно развеселился Георг.

— И что не так с бабушкой? — нахмурилась я на заметное нежелание говорить на озвученный вопрос, — Неужели жениться заставляет?

По помрачневшему взгляду догадалась, что попала в самую точку. Сегодняшний вечер, плавно перетекший в ночь, положительно сказался на умственных способностях. Хотя и частично. Я до сих пор не имела понятия, как найти пропавшего Эмильена.

Устало прикрыла глаза, и вдруг увидела перед собой рыжий лист. От неожиданности тряхнула головой, сбрасывая наваждение.

— Вопросы наследования … — начал говорить Георг, отвлекая от мыслей об Эмильене.

— Тихо! — приказала ему и снова закрыла глаза.

Темнеющая золотом листва снова оказалась перед моим взором. В этот раз не торопилась, стараясь понять, откуда в сознании появился образ чего — то, не имеющего к моему восприятию никакого отношения.

— Ирина, — озадаченно позвал Георг, на что нетерпеливо отмахнулась.

Что — то происходит не так. Ничего страшного или пугающего, но определенно непонятно и …

К листику в моем видении потянулась рыжая лапа!

Творцы всемогущие! Эмильен!

— Я знаю, где его искать! — воскликнула и, схватив мужчину за руку, затрясла его.

— Кота? — удивился виконт, пытаясь освободиться от захвата.

— Эмильен недалеко, — задумчиво проговорила, озадаченно озираясь по сторонам, — лист свежий, не успел испачкаться в пыли. Освещение падает справа. Что у нас сейчас хорошо освещено? — задала вопрос сама себе, — Правильно!

С места я взяла бодрой рысью.

— Ирина, что происходит? — воскликнул утягиваемый мной Георг.

— Я знаю, где искать. Я знаю ориентир. — Воодушевленно сообщила ему, — Скорей же!

Он еще пытался что — то сказать, уточнить, но я неслась в сторону ворот, пока Эмильен не убежал за листиком, несомым ветром по аллеям бульвара. Потом попробуй, разгляди его, когда ночью все кошки серы.

Сверившись с расположением дерева за стеной, на котором мы в последний раз видели Эмильена, я двинулась к ближайшему фонарному столбу. Не уверена, что сбежавший питомец мадам Строем не дал дёру, куда подальше, но с чего — то надо начинать поиски!

— Эмильен! — прокричала я, внимательно оглядываясь по сторонам.

Одновременно я пыталась сопоставить полутемные виды бульвара с тем, что удалось увидеть глазами кота. Вспоминалась темная земля и рыжий листик, интригующий шуршанием. Вокруг оранжевых пятен валялось множество, Эмильен не наблюдался.

Потом подумала о разнице в размерах и присела на корточки. Листиков в моем поле зрения появилось больше. Наклонилась, опершись ладонями на холодную землю, и попыталась найти ракурс, с которого смотрел кот.

— О каком ориентире шла речь? — задал главный вопрос Георг, внимательно наблюдая за моими манипуляциями.

— Эмильен заинтересовался листиком, — отозвалась я, внимательно вглядываясь в темнеющие деревья и кусты.

— Это многое объясняет, — весело отозвался виконт, — Осень. Здесь много листьев.

— Знаю, — раздраженно ответила ему, старательно запихивая подальше рассуждения, что он прав.