Ученица рыцаря - Мирослава Адьяр

Пока что.

Слишком уже много “пока что” в моей жизни.

– Что с вами сегодня, Александра? – Эктор недовольно покачал головой.

Я разочарованно махнула мечом и отвернулась. Сегодня мучитель поставил меня на “качалку”. Так я называла эту жуткую штуковину, над которой специальными механизмами раскачивали грузы разного размера.

“Для баланса”, – как-то сказал Эктор, и по его выражению лица я поняла, что ничего хорошего меня не ждет.

Как и всегда…

Скакать по этой “качалке” мне приходилось, как обезьянке по дереву. На первой же тренировке я несколько раз чуть не свернула шею, навернувшись с проклятого “тренажера”. Эктор за шкирку ставил меня на ноги и заставлял забраться обратно, чтобы получить еще несколько чувствительных тычков грузами в живот и бока.

Сегодня же к простому балансированию добавилось оружие.

Урок не задался с самого начала. Я почти всю ночь не могла заснуть, тяжелые мысли бродили в голове, превращаясь в новые и новые витки размышлений о будущем. О мрачном будущем, где меня ждет борьба за собственную шкуру.

Время шло, я никак не могла замедлить его ход. Приближался тот самый день, когда мне предстоит столкнуться с учениками, подготовленными куда лучше меня. Какими они будут? О чем станут спрашивать? Отравят меня сразу или подстроят несчастный случай, чтобы избавиться от “конкурента”? Конечно, конкурент из меня, как из дерьма – пуля, но все же…

– Все в полном порядке, – буркнула я, стараясь выглядеть максимально беззаботно.

Эктор нахмурился еще сильнее. Очевидно, что не поверил.

– Тогда еще раз! Следите за маятниками, – приказал он.

С каждой тренировкой он все больше подводил меня к мысли, что скоро мы перейдем на спарринг. Беготня от маятников, баланс и удары по пугалу – это все хорошо, но:

– Так вы никогда не будете готовы к реальной стычке, – не уставал повторять мужчина.

И меня это пугало до трясучки.

Перед глазами сразу вставали жуткие картины отсеченных конечностей, криков и боли, а Эктор представлялся несокрушимым противником, от которого можно ожидать чего угодно.

Где-то в глубине души теплилась надежда, что Эктор поставит меня в пару с кем-то… послабее, но противный внутренний голос только посмеивался и попискивал, что он предпочтет сам выколачивать из меня дурь и веру в лучшее.

– Стоп! – рык мужчины услышали, наверное, во всей крепости.

Оступившись, я получила удар в спину и, вскрикнув от неожиданности, полетела вниз. И так бы и встретилась лицом с землей, если бы не Эктор, подхвативший меня на полпути. Вцепившись в его плечи мертвой хваткой, я застыла, боясь даже вздохнуть. Он держал меня так, что наши глаза были на одном уровне.

И расстояние между нами было слишком уж… маленькое: можно рассмотреть золотистые крапинки на его радужке и длиннющие ресницы. Я совсем раньше не обращала внимания.

Смущенно заерзав, я с удивлением поняла, что Эктор не собирался ставить меня на ноги. Он держал меня совсем не напрягаясь, как тряпичную куклу, и впивался в лицо пристальным взглядом.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

– Рассказывайте, Александра, – в голосе – ни капли холода или раздражения. Мы будто о погоде собирались поговорить.

– Что, прямо так?

Я все-таки оторвала руки от его куртки, с сожалением подумав, что за такие крепкие плечи очень приятно держаться.

– Вас что-то смущает? – в его глазах засверкали хитринки.

У Эктора вдруг появилось чувство юмора?

– Не очень удобно говорить, когда у меня ноги в воздухе болтаются, – проворчала я. – Вы бы отпустили меня, господин, вдруг люди подумают, что вы со мной заигрываете?

В эту же секунду я пожалела о своих словах. Лицо мужчины изменилось стремительно, превратившись в ледяную непроницаемую маску. Руки разжались, позволив мне соскользнуть вниз, и Эктор сразу же отступил на шаг назад, как от прокаженной.

Или змеи.

Ну не дура ли я? Язык без костей…

– Вы забываетесь, – пророкотал мужчина. – Я не мог оставить без внимания, что ваши результаты резко ухудшились. И как ваш наставник я обязан выяснить почему.

– Не спалось ночью.

– По какой причине?

– Это так важно?

Мужчина тяжело вздохнул. Шаг вперед, неуловимое движение рукой – и мои волосы оказались зажаты в его кулаке. Запах пижмы защекотал нос, когда Эктор немного наклонился ко мне.

Другой рукой он обхватил мою челюсть и сдавил, больно впиваясь пальцами в кожу. Я бы даже пикнуть не смогла без позволения.

Стало страшно.

От ощущения крепкой хватки в опасной близости от позвоночника в животе скрутился холодный комок.

– Я могу вас заставить, – его голос пробирался в меня неумолимо, распахивал настежь все двери в голове, ощупывал все мысли. В первое мгновение было щекотно, а через секунду мир перед глазами застлала кровавая пелена. – Я могу вытряхнуть из вас все, что захочу. Я могу прочитать вас, как открытую книгу. И брать силой крепость ваших мыслей снова и снова, столько раз, сколько мне потребуется. Но я не стану. Смотрите мне в глаза, Александра! – Приказ меня встряхнул и заставил приподнять веки. – Вы должны мне доверять.

Отличный способ меня успокоить. Лучше бы ободряющее что-то сказал!

Я хотела произнести это вслух, но рука Эктора мешала.

– Я не ваша нянька, чтобы щадить чувства, – сказал он, а я поморщилась от пронзившей затылок боли, будто кто-то тыкал мне в череп раскаленной иголкой. – Если что-то вам мешает тренироваться, я должен понять, что это, и устранить проблему.

Хватка на лице ослабла, и Эктор прочертил линию вниз по горлу и уперся пальцем в грудь, точно над сердцем.

– Даже если она у вас только здесь.

Я криво усмехнулась, но дергаться не стала. Вторая рука все еще крепко держала меня за волосы.

– Вы и сердца штопать умеете?

Эктор ответил мне такой же усмешкой.

– Свое же я как-то заштопал.