Моя непокорная травница - Стейси Амор

— Верно, — он кивнул, — я ее убрал.

— Зачем? — ошалела я от наглого признания.

Сдалась ему моя одежда?

— Чтобы ты не сбежала. — Спокойно пояснил Брюс, подтверждая мои догадки. Он снова расслабился, улегся поудобнее и произнес: — Мне повторить приказ? Иди сюда.

Пришлось нехотя подчиниться.

Продолжая кутаться в одеяло, как гусеница в кокон, я подошла поближе. Встала вплотную, стараясь не таращиться на его тело. Все повторяла мысленно: «Я врач, я врач, я врач. Чего я там не видела?». Жизнь, правда, все переиначила. Не видела я много, и, кажется, многое упускала в работе и учебе.

Лэрд не облегчал мне задачу. Он резко поднялся, вызывая новые брызги, потянул меня к себе и провел рукой по шее, поддевая злосчастный ошейник.

— Что это? — изменился мужчина в лице. Из ленивого, умиротворенного, он превратился в кого-то яростного и въедливого. — Лиса, откуда эти синяки?

Про синяки-то я и забыла. Но как сказать Брюсу, что ими меня наградил его брат, не доверившись с первого раза?

— Натерла, — соврала я не моргнув. — Ошейник положен собакам, а не людям.

Опустила подбородок пониже, обиделась.

Между прочим, от его движений мне тоже было больно.

— Не похоже, что натерла, — сверкнул глазами глава клана. — Говори, кто! Не заставляй выпытывать.

— Какая разница, — с вызовом отвечала я, а сама рассматривала два шрама на его груди и животе.

Поверить не могу, но выглядели они уже поджившими. Будто прошло не двенадцать часов, а неделя минимум.

Невольно потянулась ладонью, провела пальцами по следам, чтобы изучить и проверить. Зря я сделала подобное.

Воспользовавшись ситуацией, Брюс потянул меня к себе, рывком скинул мое нелепое одеяние и погрузился со мной обратно в воду, усадив на свои колени.

— Что ты творишь? — взвизгнула я, но сопротивлялась недолго.

Губы мне закрыли властным поцелуем.

Сначала я забылась, растерялась, совершенно не ожидая такого страстного напора, но саднящая боль, мое бесправное положение и чужая нагота при свете дня быстро поставили мои мозги на место.

На меня словно чан со льдом вылили, а не теплую воду.

Я забарабанила по его каменной груди.

— Что ты делаешь? Что ты делаешь? — Отстранилась, буквально вырвалась, хоть мужчина и упирался.

— Целую, Лиса, — Брюс, казалось, не испытывает никаких предубеждений.

Он перекинул мою прядь волос с одного плеча на другое, и снова впился, целуя ключицу, шею, опускался ниже.

Держал он крепко, зато я упорно барахталась, мечтая сбежать поскорее.

— Хватит, хватит, — закричала я, почувствовав, что в уголках глаз собираются слезы.

Я не хотела так... Я вообще ничего не хотела.

Голос надломился, захрипел. Видимо, это и повлияло на дальнейшее поведение лэрда.

Стальные руки ослабили хватку, он спиной облокотился о стенку ванной, расставил ладони по бортам и недоуменно посмотрел на меня.

— Ты вчера пришла... сама... я тебя не звал. — Объяснял он, считая все очевидным. — Но ты пришла. — В тоне сквозило непонимание.

Ощутив эту толику свободы, я выпорхнула из наполненной емкости, как воробей из лужи. Опять покраснела, тяжело дышала и начала догадываться, какое именно мнение сложилось у главы клана.

Для меня это была помощь. Пусть своеобразная, волшебная, попирающая все мои принципы, но помощь. Я лечила.

А для него я просто покорилась, смирилась со своей участью и согласилась на роль подстилки.

Обидно.

Я была о воине лучшего мнения.

— Прости, лэрд, — заговорила учтиво и понурила голову, чтобы не поднимать глаз. Вызывать у него очередной приступ гнева я боялась. Что ему стоит взять меня силой? — Но между нами ничего не поменялось.

Ох, оторвать бы мне язык. И почему я не могу согласиться?

— Ничего? — он продолжал не понимать, но начал злиться. Пальцы скривились, у скул заиграли желваки. Кажется, он успел пожалеть о том, что принял в клан новую и весьма строптивую целительницу. — Разве эта ночь не в счет? — Он встал, снова показывая свою наготу.

Я отвернулась.

У местных жителей странное представление об ухаживаниях, флирте. Когда они хотят кого-то, они просто берут. Здесь часто воровали невест, угоняли женщин в рабство, а мне, вот, достался благородный лэрд, терпящий мои закидоны. Надолго ли?

Но даже он, честный и верный слову, не осознал, по какой причине я отказываю в новой близости.

— Или тебе не понравилось, Лиса? — Он вылез, обернулся лежащим рядом полотенцем, подошел ко мне и рукой повернул мое лицо. — Так всегда в первый раз, но в следующий... — его зрачки потемнели, — в следующий я обещаю быть нежным. Ты надолго его запомнишь.

Я поморщилась. Дело не в этом.

Мне и этот раз понравился, но я не гожусь в любовницы. Мне мерзко, противно.

— Лэрд, — выдохнула, собирая остатки храбрости, — я хотела тебя спасти, вылечить. Сделала все, чтобы ты не перешел за грань, — смотрела на него прямо, стараясь доступно объясниться, — но это было вынужденно. Будь ты в порядке... — договорить не успела.

Брюс помрачнел, лицо скривилось от гнева.

Перебив, недослушав, он оттолкнул меня и пошел вперед, скрываясь в своей комнате.

Я стояла молча и ждала, когда его злость обрушится на меня.

— Чего ты там застряла? — спросил он из своих покоев через несколько секунд. — Иди сюда, собирайся. Позавтракаем, и ты отправишься к себе. Можешь не дрожать словно кролик перед травлей, я тебя не трону.

А вот это было безумно странно. Я не верила своему счастью и ждала новый подвох, но его не было.

В покоях уже застелили постель и поменяли простыни. Я закусила губу, представляя, как сейчас меня проклинает