Моя непокорная травница - Стейси Амор

— Вчера, — он встал со стула и вышел из укромного уголка, — я поступил опрометчиво. Я недооценил тебя, ведьма.

Речь звучала немного пафосно, особенно для того, кто оставил синеватые следы на моей шее.

А дальнейшие его слова лишь подтвердили мои ощущения и догадки.

— Зато ты приобрела многое. Забралась в постель к моему брату, спасла его, удовлетворила. Он будет безмерно благодарен. — Рассмеялся утробно. — Он тебя еще не освободил?

Нехотя я потерла это отвратительное кожаное украшение, висевшее на моей шее и напоминающее о бесправном положении. В голове возник вопрос: «А так можно было?». Я могу воспользоваться? Получить свободу за близость?

Жаль, но гордость или разум, или, напротив, глупость победили. Если я начну спать с кем попало для личной выгоды, я превращусь в шлюху. И никогда в жизни не смогу отмыться от этого позора, в каком бы мире я ни находилась. Я сама себя не приму.

— За что? За его лечение? — холодно ответила я. — Он взял меня на место целителя, и я выполнила долг. А ты, — выразительно посмотрела на своего обидчика, — ты стоишь за своим словом?

Очень хотелось добавить «или ты балабол», но не было уверенности в том, что местные воины знают подобные выражения, да и опасалась, что Аллан меня моментально придушит. Хват у него крепкий.

— Прости меня, Лиса, — покаялся воин. — Мне донесли, что ты колдунья, а колдуньям мы не доверяем. Я считал, что ты будешь рада смерти Брюса.

Тут мои брови изогнулись в полумесяцы. Каким образом я могу радоваться смерти лэрда? Разве меня кто-нибудь бы отпустил? Дал бы волю рабыне? Позволил бы уйти? Что-то я сомневаюсь.

И как бы мне ни хотелось проигнорировать мужчину, съязвить или объявить, что его извинения мне и даром не нужны, я покорно и с благодарностью их приняла. Чему меня научил этот мир, так это терпению и смирению.

— Ты ошибся, Аллан, — я устало вздохнула и вытерла пот со лба. — Я не несу вам никакой вред, зато меня, кажется, прокляли ваши боги. Я принимаю твои извинения и не обижаюсь, ты защищал брата, но если у тебя ко мне нет вопросов, то прошу покинуть мой дом.

— Рабыня мне указывает? — насмешливо уточнил брат главы клана.

У меня не было сил отрицать очевидное, но я облекла это в более вежливую форму, хотя давалась она мне с трудом.

— Рабыня просит, — процедила я сквозь зубы.

— Будь по-твоему, лисичка, — Аллан как-то неожиданно посветлел. Перестал напоминать мне грозного медведя или голодного волка. Улыбнулся, потеплел. — Хотел предупредить, что вечером зайду к тебе. Меня долго не было в клане, а я хочу знать все о новых жителях. Ты примечательная девушка, явно непростая, намереваюсь тебя расспросить. Заодно поможешь мне в одном деле.

— В каком? — беспомощно окликнула я, когда мужчина был уже на выходе.

Последнее о чем, я мечтала, это внимание от брата лэрда.

— В лекарском деле, конечно, — весело обозначил он и скрылся из виду.

Глава 6. Лиза.

В этот день отбоя не было от посетителей.

Моя лояльность клану подтвердилась, когда я спасла Брюса от верной смерти. Ко мне вереницей пошагали воины, старожилы и прочие.

Если до этого дня я принимала человек шесть-семь, то сегодня пришло целых двадцать. На пороге образовалась очередь из мужчин и женщин, нуждающихся в моей помощи.

Естественно, я не отказывала, давала рекомендации, зашивала раны и обрабатывала ссадины.

Сперва я приняла раненых. Чего-то серьезного не находила, самым больным для меня оказался Брюс. Те, кого не пощадили боги, воины оставили за воротами, похоронили среди леса и поминали при случае.

Все передавали друг другу слухи, что среди бандитов, не одетых в тартаны, находилась девица с луком. Что-то мне подсказывало, что это была моя новая знакомая, но подтвердить свои догадки не могла. Девушка на половине лица носила платок, а на волосы набрасывала капюшон. Может, я бы преисполнилась опасениями, но я-то точно знала, что Анна иномирянка. Я жаждала, мечтала поскорее вновь пообщаться с ней. Плевать мне было на клятвы, на предостережения, на сообщения о том, что она чуть не убила главу. Я хотела услышать именно ее слова.

Если она из моего мира, она могла объяснить, как мы здесь оказалис, и как она спаслась. В общем, надежды я возлагала огромные, но пока не придумала, как прийти на реку без случайных свидетелей и не выдать себя.

В делах я не забыла и про Меланию. Проверила ее, удостоверилась, что мать и младенец чувствуют себя хорошо. После пошла по другим семьям, где помогала с родами.

Я явно была на своем месте. Служила эдаким семейным врачом. Пусть и не я выбрала специализацию, но вселенная за меня все решила. Я испытывала удовольствие, когда помогала.

К вечеру в мой дом пришла Хелен.

Ворвалась ко мне со смятым платьем, закрылась и расхохоталась. Ее супруг был против нашего сближения, но присматривать за мной просил сам лэрд, прознав про нашу странную дружбу. Тавиш ей больше был не указ, чему она необычайно радовалась.

Я незаметно вручила ей вожделенный пузырек, о котором она упорно просила. Не гордилась, но и не осуждала за ее решение. Сама отпила немного.

— Скоро ужин, — обозначила девушка, сидя со мной рядом. — Тебя будет ждать лэрд с отчетом. Ты идешь?

— Да, — я, поморщившись, кивнула, — Пора собираться, — а потом потянула с тоской, — я так не хочу.

Опять на меня будут смотреть и оценивать. Между собой смаковать подробности о новой любовнице лэрда. Снова встречусь с Авой и получу от нее какой-нибудь нагоняй, а про Аллана, Лиама и других мужчин предпочитала не вспоминать. Это будет не ужин, а настоящая пытка для моего самообладания.

В отличие от других, Хелен проявила невиданную скромность и терпение. Она не вызнавала подробности ночи,