Трехручный меч - Юрий Никитин

Волк подумал, сказал с чувством:

— Не люблю черных. Наглые они очень. А мудрость… откудау них мудрость?

Ворон, не отвечая, полетел вперед, волк тоже умолк, берегдыхание, уже начали карабкаться на холм, мы оба пыхтели, торопились, надоуспеть к дверям раньше, чем враги начнут выносить сокровища.

* * *

Послышался треск щебня, мощное всхрапывание. Из-за кустовпоказался Рогач, на ходу дожевывая толстую ветку с ягодами и широкими зеленымилистьями.

— Жрешь всякую гадость, — сказал я емуласково, — ладно, жри-жри! Ты лучше знаешь народную медицину.

Просидели час, два, изнывающий от нетерпения волк вызвалсясбегать и посмотреть. Очень неохотно я отпустил, волк исчез, ворон сперваотпускал ехидные замечания, потом умолк, забеспокоившись, наконец предложилидти его искать, а то, мол, мало ли чего с дураком может случиться.

Волк появился, едва мы сунулись в дверь, язык на плече,сказал хрипло:

— Все… до одного… мертвые!

— Кто их убил? — каркнул ворон. Посмотрел подозрительно:— Ну сбреши, сбреши, что это ты всех одной левой! Волк проигнорировал пернатое,обратился ко мне:

— Мой лорд, полагаю, их убили эти камни. То лизачарованные, то ли пропитаны ядом, но едва те начали набивать карманы, как всеи попадали. Я застал уже трупы.

— Понятно, — произнес я, холодный ветер пронизалтело. — Потому все двери и открывались так охотно перед нами. Кто-топриготовил ловушку, мы послушно вошли в нее, но… приманку так и не тронули.

Волк сказал громко:

— Да, все трое! И никто и не собирался, верно, мойлорд?

— Верно, — подтвердил я, стараясь не смотреть всторону ворона.

Мы не продвинулись и на сотню шагов, как ворон встрепенулся,рывком взметнул себя в воздух, а волк зарычал, ринулся вперед, но тут жепопятился.

Деревья расступились, Рогач вздрогнул и захрипел, словно егодавят за горло, а по мне прошла холодная волна. Все бескрайнее поле загородилизеленые рыломордые, ростом с тираннозавров, но в кольчугах из колец размером сякорные цепи, с правой стороны надвигаются бронированные чудовища,несокрушимые, как горы. Слева подходит угрюмая рать воинов-мутантов, загородивдорогу. Я оглянулся, но за спиной трещат и с треском падают деревья, слышитсятяжелая поступь каменных великанов.

Под ногами вздрогнула земля, нас слегка тряхнуло, потомтолчки пошли чаще, сильнее. Некто огромный и страшный рвется к нам из недрземли, чувствую голод и нетерпение древнего зверя, из глубин доносился скрипперемалываемых камней, скрежет зубовный, а когда я вскинул глаза горе, небопотемнело от неисчислимой стаи гарпий, что не уязвимы ни для какого видаоружия, а перья у них попадают в путников с невероятной точностью, все доодного железные с булатными наконечниками.

Я оглядел прижавшегося к земле волка со вздыбленной шерстью,дрожащего Рогача, а ворон плюхнулся мне на плечо, каркнул обреченно:

— Все! Мы в ловушке. Даже мне, замечательному, не уйти,небо перекрыто.

— И не надо, — сказал я убежденно. Зевнул, повелплечами, пусть рукоять меча выглядывает покрасивше, выпрямился во весь рост изаставил дрожащего Рогача сделать шаг навстречу чудовищам.

— Волк испугался, подпрыгнул, ухватил зубами за сапог:

— Мой лорд! Затопчут, разорвут, забодают, растерзают…

— Может, и так, — согласился я. — Есть такаявероятность, хоть и малая… Но совсем уж невероятно, чтобы такое случилось вначале квеста! Если я правильно понимаю законы этого мира…

Я заставил Рогача сделать еще шаг, перед нами прямо извоздуха появилась девушка необыкновенной красоты. Ее огромные глаза со страхоми непониманием смотрели на меня.

— Доблестный герой с трехручным мечом! —произнесла она серебристым нежным голосом. — О тебе говорят все Древние идаже Очень Древние пророчества, а также Самые Древние, что дошли до нас изэпохи…

Я отмахнулся, прервал:

— Не продолжай. Уже слышал.

— Герой, — сказала она, запнувшись, — на этотраз твое беспримерное мужество и отвага не помогут! Ты погибнешь, погибнешь,погибнешь!

Я бесцеремонно оглядел ее с головы до ног. Необыкновеннокрасива, хоть и несколько нестандартной красотой: рот чересчур большой, глазашироко расставлены, носик задиристо вздернут, скулы высоки, но в глазах такоеочарование, что как-то не замечаются такие несущественные мелочи, как длиннаяшерсть, чешуйчатый хвост и толстые козлиные ноги с раздвоенными копытами.

Она смотрела преданно и жалобно, я нагнулся с седла, молчаобнял ее за плечи, с удовольствием чувствуя волнистую шерсть.

— Но спасет твое колдовство, не так ли?

Она в тревоге оглянулась на чудовищ, но те остановились,терпеливо ждали. Я понимал, что простоят столько, сколько нужно, а бросятсялишь в последний миг, чтобы чуть-чуть не успеть, а потом будут в бессилииозлобленно реветь и кинутся друг на друга.

— Не знаю, — ответила она тихо. — Намзапрещено помогать низшим существам… Но ты так прекрасен, так мужественен, чтоя готова нарушить все запреты и быть изгнанной на Остров Забвения, где меня внаказание превратят в какую-нибудь простую принцессу… Ты и твои друзья,возьмите меня за руки, закройте глаза… Ах да, руки есть не у всех, ладно,встаньте поближе…

Вспыхнул и быстро погас зеленый свет, наши ноги все на такойже земле, трава шелестит под ногами, цверенчат кузнечики. Знакомый лесотодвинулся почти на линию горизонта, оттуда тоскливый рев, чудовища потерялинас и сейчас начнут уничтожать друг друга. Козлоногая спасительница превратиласьв очаровательную девушку, естественно, обнаженную, с прелестными ногамифотомодели, гладкой кожей, красиво вылепленными ступнями.

— Спасибо, — сказал я до того, как она успелараскрыть рот, а то еще попросит взять ее с собой. — Спасибо, дорогая!.. Негрусти, по моим следам пройдут еще герои, они спасут тебя из этого состояния иснова вернут в подлинный облик, а вдобавок завоюют для тебя королевстводостойных размеров, с богатыми и толстыми крестьянами!

Я торопливо пустил Рогача вскачь, волк и ворон метнулисьвперед, как же… спешат разведать дорогу, и когда я оглянулся, на том месте, гдестояла прекрасная девушка, ради нашего спасения ставшая простой принцессой,лишь колыхалась зеленая травка.

Ворон все ввинчивался, как опрокинутый штопор, в синее небо,волк исчез в густой траве по направлению к дубовой роще, мы стараемся ни однуне пропускать по дороге: это и тень от палящего солнца, и холодная вода ручья,и нередко подстреленный заяц или косуля…

Задумавшись, я не обращал внимания, как из-под копыт прыгалитолстые, как лягушки, кузнечики, выскакивали рассерженные суслики, наконецдеревья приблизились, приглашающе расступились, гордые, что могут похвастатьсяажурной тенью, густым ковром зеленого мха, свежестью воздуха.