Капкан для некроманта - Ольга Громыко

– А ну, выходи, мерзавец! – истерически потребовала она.

– Ха-ха, – мрачно отозвался голос, и я окончательно убедилась, что он мне незнаком.

Чародеи вежливо поотнекивались на тролльем языке, но вскоре стало ясно, что враг упрямо навязывает нам право первого хода.

– Подсветим? – шепотом спросила Катисса.

– Да, пожалуй. Он наверняка где-нибудь залег, и на фоне проема мы для него слишком хорошие мишени.

Зеленые, а потом и красные зрачки угасли.

– Ты влево, я вправо. И сразу входим!

– Ага.

– А мне что делать?

– Лежать вот на этом самом месте! – Колдун непререкаемо ткнул мечом в пол перед моей мордой.

– Гав-гав, – мрачно сказала я.

В темноте вспыхнули два ослепительно-белых цветка, тут же сорвавшиеся со стеблей и улетевшие в аудиторию.

– Айии! – Проклятая Катисса таки оттоптала мне лапу. На сей раз – действительно нечаянно, стремясь оказаться внутри раньше Вереса. Второй каблук, судя по сдавленному восклицанию колдуна, достался ему.

Прошла минута. Другая. Упрямо не оседающая известка клубилась в струящемся из проема свете как дым. Не дождавшись ни шума драки, ни приглашения совместно поглумиться над трупом поверженного врага, я боязливо выглянула из-за косяка.

Аудитория оказалась огромной, демонстрационной – с площадкой для лектора и амфитеатром ступеней, на которых некогда стояли парты, а ныне лежали кучи обломков, мраморных и деревянных. В углу притулилась большая клетка из толстых ржавых прутьев, с распахнутой дверцей.

Чародеи застыли в центре площадки. Зажатые в руках мечи растерянно клонились к земле.

Я, прихрамывая, подошла к Вересу и села у его ног. Лучи парящих под потолком пульсаров скрещивались на длинноволосом, давно не бритом мужчине в мятой и перепачканной одежде, старательно притворяющемся, будто ничего особенного тут нет – развлечение у него такое: сидеть возле стены с распяленными на цепях руками. Более того, нам должно быть стыдно, что мы нарушаем его приятное уединение!

– Кто это? – шепотом спросила я у Катиссы.

Та уставилась на меня как на ненормальную:

– Как кто? Римар!

– ЭТО?!

– Он-он, – подтвердил Верес. – Хоть и не в лучшей форме.

– Не может быть! Впрочем… – Если бы «убивший» меня некромант недельку просидел на цепи, не бреясь, не моясь и не расчесываясь, то, наверное, примерно так бы и выглядел. -Но запах-то перепутать я никак не могла!

– Надо же. – Римар облизнул пересохшие губы и слегка изменил позу. Цепи мелодично звякнули. – Теперь в Школе вместо сторожевых псов держат оборотней?

– Это, хм, жена Вереса, – нехотя буркнула Катисса.

– ЭТО?!

Колдун успокаивающе опустил руку на мой вздыбившийся загривок и холодно обратился к ренегату:

– Ты что здесь делаешь?

– Сижу. – Римар со скучающим видом уставился на растрескавшийся потолок.

– Это мы заметили. Но почему?!

– Угадай. – Пленник перевел взгляд на магичку, и в нем впервые скользнул легкий интерес. – Прекрасно выглядишь, Катисса. Небось всех пиявок в округе переморила?

– Я не пользуюсь омолаживающими эликсирами, – процедила госпожа Лабская, машинально втягивая живот и выпячивая отсутствующую грудь.

– Ах да, ты держишь в шкафчике флакончик-другой исключительно для своей кошечки.

– И кошки у меня давно уже нет! – Катисса нервничала все сильнее, пытаясь отгородиться от Римара злыми торопливыми репликами. Но эффект получался обратный.

– Все-таки сдохла? Ну хоть одна приятная новость.

– За какое время? – невинно поинтересовался Верес, разом сбив с ренегата всю спесь. – Давно ты тут… сидишь?

– Не твое собачье дело, – огрызнулся тот, снова обращаясь к потолку.

– А цепочки-то раритетные, антарные, – заметил колдун, подходя ближе. – Часом, не те, что во время войны из школьного музея пропали? Ксандр по ним до сих пор убивается, таких кандалов даже в королевской темнице всего одна пара.

– Директору-то они зачем? – удивилась я. – Для провинившихся адептов?

– Нет, отличившихся. Чтобы не становились излишне самоуверенными, всецело полагаясь на магию… которая может внезапно исчезнуть. – Верес вложил меч в ножны, Катисса вообще повернулась к ренегату спиной, зябко обхватила плечи руками.

Я пока что не спешила расслабляться, к тому же в зверином обличье привыкла постоянно быть начеку.

– И надолго их сажали?

– Минут на десять. Но впечатлений хватало на всю оставшуюся жизнь. Верно, Римар?

– Торжествуешь, сволочь? – ненавидяще прошипел тот, поджимая колени к груди. – Что ж ты с той поляны так быстро удрал, а? Поговорили б на равных. Хотя что это я, измываться над беззащитным врагом куда приятнее…

– Отнюдь. – В голосе Вереса скользнуло едва заметное и оттого еще более обидное сочувствие. – Но и жалеть тебя, уж извини, не расположен: слишком много крови ты нам попортил. Так что, если не возражаешь, мы тут немножко поторжествуем и пойдем сдавать тебя Ковену.

Идти, впрочем, никуда не пришлось: в аудиторию шумно ворвались трое магов – все, судя по обнаженным мечам, практики. Увидев нас (а особенно меня!), они замерли в замешательстве.

– Э-э-э… Магистр Шаккарский… Катисса… – откашлялся один из них.

– Да, Хоран? – без бурного восторга отозвалась магичка.

Верес сдержанно кивнул. Это с ним он, что ли, отказался практику проводить? Хм, а внешне такой приятный мужчина: пожилой, но еще не старый, немного на дайна похож – лицо круглое, благообразное.

– Вы в порядке?

– А что со мной могло случиться? – надменно вздернула бровь Катисса.

– Так ведь там, – коллега ткнул большим пальцем в сторону окна, – пес знает что (Рыжая во дворе уже осипла, пытаясь подробно все объяснить) творится: окно напротив вашей комнаты выбито, внизу останки чучела валяются, в башне окна светятся… вот нас и послали разобраться. О боги! Как вам это удалось?! – Маг наконец опознал прикованного к стене человека.

Римар запрокинул голову и хрипло, с оттенком безумия, расхохотался.

– Верес… – Я тихонько потянула его зубами за штанину.

Колдун рассеянно тряхнул ногой:

– Не подскажете, где сейчас директор?

– Только что был у себя в кабинете.

Верес недоверчиво поднял брови:

– Чтобы Ксандр да сидел за столом, когда рядом происходит что-то странное?

– В критической ситуации умелое руководство ценнее личной отваги, – высокопарно заметил Хоран. – Пост директора многое дает, но и ко многому обязывает.