Красная пирамида - Рик Риордан

— А хозяин, надо понимать, наш отец? — спросила я. — Джулиус Кейн?

— Да, он, — буркнул Клецка. — Вы довольны? Я исполнил то, что вы хотели?

Картер тупо смотрел на меня, а я, кажется, начинала что-то понимать.

— Вот что, Клецка. Если я тебя пробудила, значит, обладаю такой же силой, как твой хозяин. Я сделала это не для забавы. Я велела тебе рассказать все, что ты видел и слышал.

Клецка скрестил свои уродливые ручонки.

— Да, это так. Но я не игрушка для твоих забав. Я не знаю, каким образом тебе удалось меня пробудить, но хозяину это очень не понравится. Он разорвет вас на кусочки.

Наконец у Картера прорезался голос.

— Клецка, ты слышал: хозяин — наш отец. Он исчез. С помощью магии его куда-то переместили. Куда, мы не знаем. Нам нужна твоя помощь.

— Хозяин исчез? — Клецка заулыбался во весь свой восковой рот. — Наконец-то я свободен! Слышите, желторотики?

Он метнулся к краю стола, но забыл, что у него нет ног. Это его не остановило. Клецка полз, помогая себе руками, и радостно кричал:

— Свободен! Свободен!

Он шумно шлепнулся на пол и пополз дальше, радуясь своей свободе. Мне это надоело. Я схватила Клецку и бросила его обратно в шкатулку. Он пробовал вылезти, но стенки были достаточно высокими. Может, отец намеренно сделал его безногим?

— Пленили! — вопил он. — Меня пленили!

— А ну, заткнись! — прикрикнула я. — Теперь я — твоя хозяйка. И ты будешь отвечать на мои вопросы.

— Почему ты так решила? — удивился Картер.

— Потому что у меня хватило сил и ума пробудить его.

— Это чистая случайность!

Когда мне надо, я великолепно умею не замечать своего братца.

— Прежде всего, Клецка, что такое шабти?

— А если я скажу, ты меня выпустишь?

— И не подумаю. А отвечать ты все равно будешь, — тоном хозяйки заявила я.

Клецка шумно вздохнул.

— Шабти означает «ответчик». Даже глупейшие из рабов это знают.

Картер прищелкнул пальцами.

— Вспомнил! Египтяне делали такие фигурки из воска или глины. Это слуги для загробной жизни. Когда умершему хозяину было нужно, они просыпались и выполняли его повеления. А он мог оттягиваться по полной. Шабти сделают все, что он прикажет. И так — целую вечность.

— Вот они, типичные рассуждения людей! — заверещал Клецка. — Бездельничать, заставляя работать нас.

Дела в загробной жизни — только часть обязанностей шабти. Мы выполняли множество повелений хозяев и в этой жизни. Без нас маги тыкались бы, как слепые котята. Если ты столько знаешь, зачем спрашиваешь у меня?

— Здесь вопросы задаем мы, — напомнила я. — Зачем отец отрезал тебе ноги?

— Потому что вы, люди, боитесь нас. Боитесь восковых фигурок. Ваш рослый папочка оттяпал мне ноги, чтобы я не убежал и не воплотился в другом теле. Он боялся, что тогда я попытаюсь его убить. Маги — жестокие существа. Они калечат фигурки, чтобы управлять нами. Но они нас боятся!

— И ты бы попытался убить нашего отца, если бы он сделал тебя с ногами?

— Возможно, — признался Клецка. — Кому нравится быть слугой? Теперь ты отвяжешься от меня?

— И не подумаю, — сказала я. — Ты не ответил на главный вопрос. Что случилось с нашим отцом?

Клецка пожал плечами.

— Откуда я знаю? Вижу только, что в шкатулке недостает его жезла и посоха.

— Посох — это палка, превратившая в змею? — спросил Картер. — Он сгорел. А жезл… это штука вроде бумеранга?

— Штука вроде бумеранга! — передразнил его Клецка. — Клянусь вечными богами Египта, до чего же ты глуп! Да, это и есть жезл.

— Жезл разнесло в щепки, — сказала я.

— Как это случилось? Расскажите, — потребовал Клецка.

Картер рассказал ему всю историю. Не знаю, надо ли было это делать. Но восковая фигурка высотой в десять сантиметров едва ли представляла для нас угрозу.

— Так это замечательно! — воскликнул Клецка.

— Значит, наш отец еще жив? — спросила я.

— Нет! — ответил радостно Клецка. — Он почти наверняка мертв. Пять богов в Дни демонов получили свободу? Великолепно! И всякий, кто вступит в поединок с Красным властелином…

— Подожди! — одернула я его. — Я тебе велела рассказать о случившемся.

— Ха-ха! Я должен рассказывать только то, что знаю. Делать обоснованные предположения — это совсем другое задание. Объявляю свою миссию выполненной!

И он превратился в комок безжизненного воска.

Я взяла Клецку в руки и несколько раз встряхнула.

— Выкладывай мне свои обоснованные предположения!

Клецка молчал.

— Может, у него что-то вроде таймера? — сказал Картер. — Рассчитан на одно задание в день. А может, ты что-то сломала.

— Картер, ты способен посоветовать что-нибудь дельное? Что нам теперь делать?

Он обвел глазами четыре статуи на пьедесталах.

— А может…

— Поискать другого шабти?

— Стоит попробовать.

Если статуи и были ответчиками, то они никуда не годились. Мы брали их в руки, хотя это вам не восковая фигурка. Мы тыкали в них пальцами, выкрикивали приказы, просили по-хорошему. И никаких ответов.

Я настолько разозлилась, что уже была готова применить заклинание «ха-ди» и разбить этих керамических упрямцев на миллион кусков. Но я устала и проголодалась. Еще одно заклинание, и я, чего доброго, рухну замертво.

Наконец мы решили проверить норки в стенах. Увидев пластмассовые цилиндры, я сразу вспомнила банк, где клиентов обслуживают прямо в машине. Там такие цилиндры выпрыгивали из пневмотрубок. Только в здешних лежали не деньги, а папирусные свитки. Некоторые были совсем новенькими, другие казались древними. На каждом цилиндре были нарисованы иероглифы и (что весьма кстати) добавлены надписи по-английски.

— «Книга Небесной коровы», — вслух читал Картер. — Ну и название! А это что? «Небесный барсук». Зачем это нам?

— Не знаю. А вот еще названьице: «Книга об убийстве Апофиса».

Из угла донеслось громкое мяуканье Маффин. Я повернула голову. Моя киса стояла с горящими глазами и высоко поднятым хвостом.

— Что это с ней? — удивилась я.

— Твое животное, тебе лучше знать, — отмахнулся Картер.

— Может, она где-то слышала про Апофиса?

— Сомневаюсь, — покачал головой Картер. — Вообще-то это такой здоровенный змей. С ним у древних египтян была связана куча разных бедствий.

Маффин понеслась по лестнице обратно в Большой зал. Кошки — существа непредсказуемые.