Гладиатор. Тевтонский Лев. Золото галлов. Мятежники - Андрей Посняков

– Меня Заирой зовут. Ты и в самом деле первый раз тут?

– Первый.

– А я так постоянно прихожу… ну, когда ярмарка. Хочешь, тебе все там покажу?

– Покажи.

– Вот и славно! – девчонка неожиданно рассмеялась и довольно таки смело взяла Виталия за руку. – Вот и сладились.

Молодой человек так пока и не понял – в чем это они сладились? – но на всякий случай кивнул. И, скосив глаза, заметил, что и его напарник, губастенкий разбойный парнишка Кармак, тоже уже шел не в одиночестве – его старательно окормляла рыженькая толстощекая хохотушка:

– А ты мед любишь? А орехи? Я – так очень люблю! Ой, какой же ты молчун! Давай, я за тебя говорить буду.

Эх, Кармак, Кармак, как бы ты не спалился! Хотя… в такой-то компании? Молчун и болтушка – тут, пожалуй, можно и отпустить тормоза.

– Сперва мы мед с пивом купим, – с каким-то непонятным весельем перечисляла Заира. – А потом я тебе все покажу. Речку, дорогу, луга… ой, как там красиво, красивее даже, чем в ваших горах – вот, сам все скоро увидишь!

Совсем скоро впереди, на излучине неширокой реки, показалась деревня. Действительно – большая, грязнуля не обманул, Беторикс с ходу насчитал около трех дюжин дворов, причем дворов хороших, если и не богатых, то зажиточных – точно. С плетеными изгородями, обоженными камнями огородами, многочисленными хозяйственными постройками и чистенькими белеными домиками, с крытыми соломою крышами. Улицы меж дворами оказались не такими уж и пыльными, а главная площадь так и вообще сильно напомнила Виталию детство. Наезжал ведь, бывало, к дальней родственнице в такую же вот точно деревню! Не хватало только сельсовета, магазина райпо и клуба, да несущихся по улицам босоногих мальчишек с криками – кино привезли! Впрочем, детишки носились… только вот про кино не кричали, а громко славили местных богов.

– А у вас какие боги? – взяв молодого человека под руку, осведомилась Заира. – Как у нас, или другие? Как их зовут?

– Маркс, Энгельс и Ленин, – вот наши боги! – весело расхохотался Беторикс.

– Тоже трое главных? Как и у нас. Ой… Марс – это же бог римлян! – вдруг озаботилась девушка. – Злой бог, нехороший. Божество войны!

– Не, – отмахнулся Виталий. – У римлян – Марс, а у нас – Маркс… Он забавный – с бородой, волосатый. А вот Ленин – лысый, но тоже с бородкою.

– И с рогами?

– С рогами? Гм… можно считать и так.

– И у нас тоже с рогами!

– Ну вот. Видишь, как мы с тобой похожи.

На главной площади, заставленной по кругу сбитыми из свежих, вкусно пахнущих досок, столами, гостей милостиво встречал местный вергобрет и другие старосты, почтенные седовласые старцы. Впрочем, вергобрет оказался вовсе еще не старым, а довольно живеньким мужчиной лет сорока с приятным лицом и темной, тщательно зачесанной назад, шевелюрой.

– Рад вас видеть на нашем празднике, уважаемые гости из ближних и дальних мест. Ого! Некоторых я даже вижу впервые! Откуда ты, уважаемый?

– Из-за дальних гор, – поспешно отозвался неосторожно приблизившийся к официальным лицам Беторикс. – Имя мое – Бетом из рода славного Скруджа, мой дом – около дома Катуманда, сын которого, Вирид, недавно помог мне перекрыть крышу.

– Катуманда с Виридом мы знаем, – приветливо покивал староста. – Теперь знаем и тебя, славный Бетом. Веселись же, славь ваших и наших богов, пей пиво и брагу! Пусть для тебя будет приятен наш праздник… и наши девы… Впрочем, я вижу, ты уже себе нашел.

– Это я его нашла! – не преминула заявить девушка.

Вергобрет и старосты рассмеялись:

– А ты все так же быстра на язык, Заира. Не нашла еще себе мужа?

– Осенью найду, – девчонка отозвалась вполне серьезно. – Но это осень, а пока же…

Она окинула своего спутника столь ласковым и нежным взглядом, что молодой человек сглотнул слюну… впрочем, может быть, сглотнул от того, что как раз проходил мимо прилавка с медом.

– Давай возьмем, – Заира протянула руку к разложенным на широких листьях сотам.

Странно, но никто не потребовал от нее никаких денег, так же, как и за бражку, и за пенное пиво…

Виталию даже стало как-то неловко.

– Заплатить? – удивленно переспросила его девушка. – А, ты имеешь в виду – подарить им что-то. Да, подарим. Вот эти браслеты, пояс и, может быть, кому-нибудь – свою любовь. Но все это не сейчас, позже… Идем же, я покажу тебе все эти места!

Девчонка оказалась настойчивой, упорной – вот ведь, прилипла, словно банный лист, попробуй теперь, отвяжись… Впрочем, а зачем отвязываться? Лучшего прикрытия здесь и не найти! Тем более, губастый Кармак куда-то потерялся. Главная цель сейчас – найти мальчишку-молочника. Вот и нужно искать!

Эх, жаль, адреса не спросили… да и нет тут никакого конкретного адреса, не висят на беленых стенах таблички – скажем, какая-нибудь «Озерная, 5».

– Слушай, Заира, ты ведь здесь часто бываешь? Знаешь одного парнишку, грязного такого, что частенько носит молоко к озеру мертвых голов?

Девушка вздрогнула:

– Озеро мертвых голов – не наше озеро и не здешнее – соседей. Соседи туда молоко и носят, не наши.

– И все же, хотелось бы того парня найти. Поможешь?

– Помогу, коли просишь. Но сначала… пойдем на луг.

– Пойдем, – улыбнувшись, молодой человек махнул рукой. На луг, так на луг, запросто.

За околицей пахнуло в лицо разнотравьем – сладким клевером, приторной мятой, кислым до зубовного скрежета щавелем. Бросились в глаза цветы – одуванчики, колокольчики, ромашки. Трава под ногами была высокая, мягкая, где-то неподалеку мычали коровы, а внизу, за вербами, синела река.

Взяв своего спутника за руку, Заира подошла к липам:

– Здесь вот, в тенечке, и отдохнем, здесь и… Садись, садись, мягко… Можем и полежать – смотри, какое глубокое небо! И – ни облачка, а ведь только вчера шел дождь, целых три дня дождило. А нынче вот, смилостивились боги. Потому что праздник. И мы – мы с тобой – здешним богам должны! Сейчас и отдадим, да будет эта земля плодородной.

В принципе, Виталий этого и ждал… и не противился, просто не было противиться сил… и желания. Желание появилась другое, враз, едва только Заира, распустив косы, скинула с себя платье, да бросившись в траву, прильнула нагая к груди, раздевая и крепко целуя Беторикса в губы.

Да уж, тот не был против… Все же – мужчина, инстинкты брали свое… особенно, когда тут – такое!

Гибкое и смуглое, вернее сказать – загорелое – тело, упругая грудь… целовать ее, целовать вот сейчас, сейчас же! Погладить девчонку по спинке, прижать к себе, провести рукою по бедрам… поласкать животик… Ах, какая славная рядом с пупком родинка! Накрыть ее губами… пощекотать языком… А теперь – навалиться, почувствовать всю упругость, всю нежность и притягательность юного гибкого тела… И ощутить искры в глазах! Нежнее, нежнее… Как сладко пахнет клевер… Как сладко… Сладко… сладко! Какой томный вздох… ах, эта нежная шелковистая кожа… И трепет! И стон… А душа… кажется, она улетела.