Алиса - Кристина Генри

– Я в последний раз говорю, она не его девушка. Она моя, – заявил Тесак.

– Конечно, конечно, – залебезил Чеширский. Его будто подменили, он стал гораздо любезней и, казалось, ничуть не обиделся на Тесака за то, что тот еще пять минут назад размахивал перед его носом пистолетом. – Вот бы еще посмотреть, как ты ему такое скажешь. Да уж, вот это было бы зрелище.

«Глаза у него зеленые и светятся, как у кота в темноте», – подумала Алиса.

– Да, что касается твоего вопроса, – продолжал Чеширский. – Мои познания ограничиваются историей про волшебника и появлением Бармаглота. Однако в городе много коллекционеров.

– Коллекционеров? – удивилась Алиса.

– Да, они собирают всякие диковинки и драгоценности. Кстати, Кролик тоже из них. Он увлекается красивыми и редкими вещицами, а ты как раз такое редкое чудо, моя девочка. Так что не попадайся ему на глаза, ведь он мечтает заполучить тебя обратно в коллекцию, и больше улизнуть не даст.

«Странно, – подумала Алиса, – он будто предостерегает меня, словно ему не все равно».

– Не люблю я тех, кто хватает девчонок и использует в корыстных целях, – заявил Чеширский. – Своих девиц я стараюсь оградить, а для этого мне приходится знать о тех людях больше их самих. Но, увы, такие, как я, нынче редкость.

– Вы знаете о Морже? – спросила Алиса, вспомнив слова Долли.

– Все, что о нем болтают – это не просто слухи, – сказал Чеширский без малейшего намека на шутку. – Надругавшись, он тут же их пожирает, ужасней участи не придумаешь. Уж лучше быть в коллекции Кролика, чем попасть в лапы Моржу.

– Я не отдам ее, – сказал Тесак.

– Ты теперь настоящий мужчина, Николас, – вздохнул Чеширский. – И все же Дженни защитить не смог. Впрочем, тогда ведь ты был моложе и наивней, тебя обманули.

На этот раз при упоминании Дженни по лицу Тесака пробежала судорога. Алиса хотела спросить, кто такая Дженни, вспомнил ли он еще что-нибудь, но при Чеширском решила этого не делать. Кто знает, как бы он себя повел?

– Но то дела давние. Сейчас же нас интересует настоящее, а в настоящий момент по улицам разгуливает Бармаглот. На сегодняшний день самый ушлый делец из всех коллекционеров – Гусеница. Если нож находится в Старом городе, он должен об этом знать. Он может быть даже у него, тогда ваша задача здорово упрощается. Но если нож и впрямь у него, он может не захотеть с ним расстаться.

– Все имеет свою цену, – заявил Тесак.

– Конечно, но способны ли вы заплатить? – спросил Чеширский. – Гусеницу не прельстишь презренными деньгами, как некоторых.

– Где нам его найти? – спросил Тесак.

– Его кварталы к северу от моих. По вечерам его обычно можно застать в заведении под названием «Бабочки». Можете представить, чем там занимаются, – объяснил Чеширский, – а теперь, как ни весело мне с вами было, вам пора. У меня столько забот, а вы меня задерживаете.

Его опять будто подменили, он засуетился, и не дав гостям опомниться, выпроводил их из гостиной в маленькую прихожую и тут же с резким щелчком запер за ними дверь.

Алиса с Тесаком переглянулись, она увидела у него на лице отражение собственной растерянности. Что же все – таки произошло? Помог им Чеширский или подложил свинью? Он явно выудил у них больше информации, чем сообщил сам. И вроде искренне переживал из-за опасностей, грозивших Алисе от Кролика и прочих хищников, шныряющих по Старому городу, хоть другом ей вовсе не был. Но на него ни в чем нельзя было положиться, если ему самому это не выгодно.

Охранник Теодор ждал их, и, как показалось Алисе, с весьма довольным видом.

– Сюда, – пригласил он их пройти в какой-то удивительный коридор.

Все стены, пол и потолок там были выложены в шахматном порядке черной и белой плиткой. От одного взгляда на это тошнило и кружилась голова, Алиса еще не полностью отошла от тяжелого дурманящего запаха роз в гостиной.

– А почему вы ведете нас этой дорогой, а не ко входу? – спросила Алиса.

– Мистер Чеширский ожидает важных гостей и не желает, чтобы они сталкивались на пороге со всяким сбродом, – фыркнул Теодор.

Алиса собралась было обидеться на «сброд», но в конце концов, это было не так уж важно. Кроме того, в грязной и окровавленной одежде они и впрямь выглядели так себе, а ее не покидало подспудное чувство, что Теодор с удовольствием пустил бы в ход ту серебряную спиральную дубинку, и ей не хотелось давать ему для этого повод. Алиса через плечо оглянулась на Тесака: он напряженно хмурился, как будто изо всех сил старался что-то вспомнить, наверняка даже не расслышал слова Теодора.

Коридор все никак не кончался, для такого маленького домика он был слишком длинным. В конце его виднелась еще одна белая дверь. «Словно полный рот зубов, – подумала Алиса. – Кругом зубы вместо дверей, выжидают, так и норовят укусить». Теодор шагнул в сторону и указал им на выход.

Алиса повернула ручку и открыла дверь. Солнечный свет снаружи оказался непривычно ярким и на мгновение ослепил ее. Тут Тесак врезался ей в спину, и не удержавшись на ногах, она услышала характерный щелчок замка захлопнувшейся за ними двери.

Она перевернулась на спину, собираясь задать Тесаку как следует за этот толчок, но осеклась, заметив здоровенные, крупнее него, кусты роз, возвышающиеся по бокам.

Тесак протянул ей руку.

– Этот охранник меня чуть не взашей вытолкал. Наверное, специально, чтобы мы не успели осмотреться.

– Где это мы? – удивилась Алиса, озираясь вокруг. – Неужели это сад Чеширского? Быть не может.

Кусты возвышались над ними и простирались намного дальше видимых пределов. Вдали виднелась развилка, там дорожки расходились направо и налево. О Городе здесь ничто не напоминало, не было ни зданий, окружавших домик, ни уличного шума, даже пахло по-другому. Воздух был чист и свеж, а от роз исходил лишь легкий аромат, от которого не щипало в носу и не першило в горле.

После мрачного Старого города солнце казалось таким ярким, как будто они перенеслись в другой мир.

– Чеширский развлекается, – мрачно сказал Тесак.

Алиса изучала проход перед ними.

– Это лабиринт, – предположила она.

– Да уж, и бьюсь об заклад, что пока его не пройдем, нам отсюда не выбраться.

Тесак вернулся к белой двери и отвесил ей такого пинка, что даже стекла задребезжали.

– Чеширский! – взревел Тесак. – Нам тут некогда дурака валять! Ты что, про Бармаглота забыл?

Ответа не последовало, хотя Алисе показалось, что ветер донес откуда-то едва слышный смешок.

– Это цена его рассказа, – сказала Алиса. – Тес, он наверняка сам волшебник, а как же иначе? Еще и тот фокус с розами в доме.

Тесак покачал головой.

– Он не волшебник. Я же тебе рассказывал, что какой-то волшебник построил этот дом с розами. Наверное, он же и лабиринт тут устроил, а Чеширский всем этим просто пользуется.